Социология счастья — психология

Счастье как объект изучения социологии

Лазарева Оксана Александровна
Саратовский Государственный Университет им. Н.Г. Чернышевского

Lazareva Oksana Aleksandrovna
The Saratov State University of N.G. Chernyshevsky

Библиографическая ссылка на статью:
Лазарева О.А. Счастье как объект изучения социологии // Психология, социология и педагогика. 2013. № 10 [Электронный ресурс]. URL: http://psychology.snauka.ru/2013/10/2492 (дата обращения: 11.01.2018).

Счастье давно и, как правило, поверхностно рассматривается в различных науках. Особо проявляющими интерес к данной категории являются философия, психология и социология.

Основной особенностью социального исследования проблемы счастья является рассмотрение счастья в реальной повседневной жизни людей, в конкретных ситуациях или конкретных группах или институтах.

Несмотря на то, что большинство исследователей рекомендуют искать счастье «внутри себя», влияние окружающего социума на ощущение субъективного счастья оспорить невозможно. Более того, само состояние (а точнее, его наличие или отсутствие) прямым образом влияет на социальную жизнь человека и на жизнь страны в целом.

Понятие «счастье» с социологической точки зрения рассматривается как состояние человека, которое отвечает наибольшей внутренней удовлетворенности условиями своего существования, полноте и сознания жизни, осуществление своего человеческого предназначения [2, с. 12]. Т.е, понятие счастье выражает представление о том, какой должна быть жизнь человека (идеал, некая утопия).

Много выдающихся людей предлагали свои определения понятию «счастье». Ниже приведены наиболее яркие из них: «Счастье – высочайшее благо» (Аристотель), «Счастье – удовлетворение наших желаний» (И.Кант), «Счастье – борьба» (К.Маркс), «Счастье – непременное условие прогресса» (П.

Сорокин), «Счастье – показатель того, что человек нашел ответ на проблему человеческого существования, а, значит, и единства с миром, и целостности своего Я» (Э.

Фромм), «Счастье – основное измерение человеческого опыта, которое включает в себя положительный эмоциональный настрой, удовлетворенность жизнью, а также оптимизм и высокая самооценка» (М.Аргайл) т.д. [3, с. 23].

Из вышеперечисленных определений следует вывод, что определение счастья само по себе крайне неоднозначно и субъективно как для каждой из наук, так для каждого отдельного человека. Главная заслуга в этом случае социологии как науки – это использование эмпирических методов, т.е. практического изучения категории счастья.

Если перебирать все известные на сегодня исследования, то нетрудно заметить, что в качестве основных индикаторов счастья выступают удовлетворённость жизнью, доход, семейное положение, досуг, учёба (работы), дружеские отношения и состояние здоровья. Недавнее исследование в г.

Саратов доказали взаимосвязь эти индикаторов с пониманием и отражением счастья в сознании респондентов: счастье чаще всего определяется как семья, чем удовлетвореннее человек жизнью, тем он счастливее; чем выше доход респондента, тем чаще он испытывает ощущение счастья, поводом для такого ощущения чаще всего становится общение с семьёй или друзьями и т.д. [1].

Ещё одна немаловажная особенность подходов в социологии – это выявления частоты ощущения счастья. В исследовании и дальнейшем анализе данных по г. Саратов было выявлено, что счастье сложно рассматривать как долговременное чувство. Скорее, счастье – это эмоция, кратковременное чувство.

Этот вывод также подтверждают и следующие данные: самые распространённые ответы на вопрос «Сколько раз за последний год вы испытывали ощущение счастья?» – больше 10 раз– 29,9%, точно не помню (много, больше 10 раз) – 21,4%. [1].

Такие выводы не  совсем оправдывают следующее выражение о счастье: «В определенном смысле то, что мы называем счастьем, случается в результате (предпочтительно непредвиденного) удовлетворения длительное время сдерживаемых потребностей» (австрийский учёный – психолог Зигмунд Фрейд) [5, с. 77]. Т.е.

,  можно утверждать, что счастье является предвиденным, кратковременным и часто повторяющимся чувством (эмоцией).

Также, социологические исследования позволили определить, то радостные эмоции и переживания не являются поводом или результатом для чувства счастья.

Это состояние лишь сопровождает это чувство, поскольку признаками счастливого состояния могут выступать не только радость, но и быстрый тем работы, отзывчивость, гиперактивность, общительность, приподнятое настроение и т.д.

Другими словами, радостное или бодрое настроение есть следствие счастливого состояние человека.

Не стоит забывать и достоверности данных.

Поскольку процент затруднившихся ответить на вечные вопросы о жизни, любви и счастье, всегда довольно высоки (по Саратову такой процент составлял 14%!), то стоить сказать о том, что получаемые данные в таких исследованиях не совсем репрезентативны, и не вполне соответствуют Закону больших чисел (погрешность в данном случае будет несколько выше привычных 5%) [4, с. 5].

Но, как бы там ни было, именно социология и развитие её методологии (появление методов опроса и интервью, разработка программы SPSS) позволили яснее представить и проинтерпретировать такую сложную категорию, как счастье.

Ни одной из наук ещё не удавалось более менее наглядно представить обобщенные данные на эту тему. Заслуга философии, например, это наличие рассуждений, догадок и гипотез по этой теме.

Заслуга психологии – наличие наблюдений за состоянием счастливого человека, а также поиск путей достижения этого состояния, изучения влияния счастья на психологию конкретного человека.

Только социология смогла представить факты, дать подтверждение или опровержение гипотезам, определить факторы, влияющие на счастье и дать почти полную картину природа это категории (естественно, не без помощи философии и психологии).

Современная социология не только изучает счастье «вглубь». Западные исследователи-социологи в последнее десятилетие проводят замеры уровня счастья в различных странах, т.е. устанавливается средний уровень счастья населения каждой страны и ее место по этому показателю среди других стран.

Выделяются счастливые и несчастные страны. При этом различные исследования дают разные результаты, а расхождения оказываются настолько значительные, что дают повод усомниться в их научной ценности.

Выходит, что основная цель западных исследований – не само определение счастья, а рейтинг стран по количеству счастливых граждан.

В качестве примера можно привести широко известные исследования уровня счастья, проводимые под руководством Р. Винховена. Согласно его исследованиям, уровень счастья населения страны коррелируют с уровнем ее экономического развития, т. е. наиболее счастливыми являются страны Западной Европы и Северной Америки.

Согласно исследованиям других авторов  уровень счастья в различных странах практически не зависит от уровня дохода населения, при условии, если этот уровень не падает ниже определенного минимального значения.

В России исследования ВЦИОМ (Всероссийского Центра Изучения Общественного Мнения) давно уже доказали особую зависимость счастья от материального благополучия  или дохода в виде денежных средств.

Из отечественных социологов, отчаянно пытавшихся или пытающихся продолжать развитие в изучении категории счастья как «вглубь», так и «вширь», стоит выделить Некрасову Н.А, Миронову С.В, Дятлова В., Мишутину Е.А., Джидарьян И. А.

и др. Также, нельзя не отметить ежегодное появление «свежих» данных на сайте ВЦИОМ.  Конечно, пока исследований мало, и они требуют развития и доработок, но уже сделан большой шаг к изучению такого «щепетильного» понятия [3].

Библиографический список

  1. Лазарева О.А. СЧАСТЬЕ ГЛАЗАМИ ЖИТЕЛЕЙ Г. САРАТОВ // Организация работы с молодежью. – 2013. – № 3;
    URL:  (дата обращения: 01.10.2013).
  2. Мишутина Е.А. Счастье как предмет социально-философского исследования. Материалы Диссертации // Социально-гуманитарные знания. 2008. №10. С. 12
  3. Некрасова Н.А. Разные толкования счастья. Киев. 1983. С. 23
  4. Ширяев А. Н. Вероятность. М.: Наука. 1989. С. 5
  5. Ягнюк К.М. Афоризмы З.Фрейда. М., 2002. С. 77

Количество просмотров публикации: Please wait

Источник: http://psychology.snauka.ru/2013/10/2492

Насколько счастлив русский человек: социолог Эдуард Понарин о связи уровня счастья с уровнем ВВП

заведующий лабораторией сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ

Материал предоставлен Высшей школой экономики по итогам международной конференции Всемирной ассоциации исследователей общественного мнения WAPOR.

— Почему социологам так важно измерять уровень счастья? О чем он говорит?

— В преамбуле Конституции США сказано, что все люди рождены равными, свободными и каждый из их них имеет право стремиться к счастью. Первоначально формулировка была другой: говорилось о праве каждого стремиться к богатству. Но уже тогда, в XVIII веке, люди понимали, что счастье не только в деньгах и счастье важнее денег, особенно когда они уже есть.

Человек должен иметь право, например, заниматься тем, что ему нравится. Поэтому, даже если исходить из экономических соображений, счастье — более базовая категория, чем доходы, поскольку стремление быть счастливым есть у каждого человека. Это то, что на самом деле мотивирует поведение людей. Другое дело, что в разных условиях счастье может быть понято по-разному.

Когда тебе нечего есть, то появление еды — это уже счастье. Когда какие-то базовые вопросы решены, то чуть больше денег или еды в холодильнике не сделают тебя заметно счастливее, счастье в таком случае определяется другими вещами.

То есть оно помогает лучше понять и уровень развития общества, и мотивацию людей, и в этом смысле является более универсальной категорией, чем такие фундаментальные экономические показатели, как доход или ВВП на душу населения.

— Важны ли для социологов различия в понимании счастья в разных странах?

— Это нужно иметь в виду, когда страны сравнивают друг с другом, но в то же время это базовая категория, потому что человек все время хочет быть счастливым. Согласно экономической теории, Homo economicus пытается максимизировать свои доходы и минимизировать издержки.

На самом деле, если посмотреть на это более широко, человек стремится максимизировать свое счастье. В богатых обществах люди иногда выбирают работу, которая не так хорошо оплачивается, чтобы заниматься своими делами. Есть дауншифтеры, которые посвящают больше времени личной жизни, друзьям, путешествиям, а не работе.

В этом случае максимизация доходов не равняется максимизации счастья.

— Как социологи измеряют счастье?

— Есть разные методы. Например, дневниковый метод, когда участник исследования регистрирует ежедневно свой уровень счастья по заданной исследователем шкале, но он сложный и дорогостоящий. Есть методы психологические, когда в анкете есть целый блок вопросов, которые идут подряд.

В социологии, особенно в больших исследованиях, где в анкете и так много вопросов, не представляется возможным уделить столько времени измерению одного-единственного параметра.

В World Values Survey (Всемирное исследование ценностей) и в European Values Study (Европейское исследование ценностей) есть два вопроса о счастье. Один — это прямой вопрос о том, насколько человек счастлив по четырехбалльной шкале, другой — насколько человек удовлетворен своей жизнью по десятибалльной шкале.

Это немножко разные вопросы. Уровень счастья говорит скорее об эмоциональном состоянии в данный момент, в то время как удовлетворенность жизнью отражает долгосрочный и рациональный взгляд.

— Насколько охотно люди отвечают на эти вопросы?

— Довольно охотно. На вопросы о доходах, например, люди отвечают с заметно меньшим желанием. Поэтому социологам, в частности, приходится придумывать обходные пути.

Спрашивать о том, что респондент может купить или к какой группе себя относит. Но даже на такие вопросы люди отвечают не так охотно, как на вопросы о счастье.

Вопрос о счастье довольно простой, за ним не скрывается никаких подводных камней.

— Как менялся уровень счастья в России в последние 30 лет?

— Измерения по России в World Values Survey есть с 1981 года. Тогда исследование прошло только в Тамбове, но, как показали последующие волны исследования, ответы жителей Тамбова более-менее отражают общероссийские настроения. С этого первого измерения уровень счастья в России стабильно падал.

Особенно резко он стал падать в 90-е годы и достиг минимума в середине десятилетия. Где-то с 2000-го он стал подниматься и сейчас почти достиг уровня начала 80-х. Это значительная флуктуация, которая соответствует тому, как менялся ВВП на душу населения, что неудивительно.

Тесная корреляция между экономическим и субъективным благополучием наблюдается практически везде, но в менее богатых странах, как Россия, она теснее. Население нашей страны состоит из материалистов, то есть тех, кто во главу угла ставит экономическое благополучие, безопасность.

О свободе выбора или интересной работе они думают во вторую очередь, если говорить о подавляющем большинстве населения. Это справедливо и для соседних с нами стран.

— Есть ли в этих данных что-то необычное, аномальное?

— Есть два любопытных момента, о которых стоит сказать. Во-первых, уровень счастья в России падал еще до резкого изменения ВВП на душу населения. Даже когда в конце 80-х уровень жизни слегка приподнялся, уровень субъективного благополучия все равно снижался.

То есть люди как будто предвосхищали, что их ждет что-то нехорошее. В дальнейшем наблюдалась очень тесная связь между субъективным и экономическим благополучием, но в последние пару лет снова происходят интересные вещи.

Это, наверное, тема будущего исследования, потому что сейчас у нас нет надежных данных, позволяющих объяснить, что именно происходит, но есть предположения.

С началом событий в Крыму и на востоке Украины отношения между Западом и Россией обострились, были введены санкции и контрсанкции, которые совпали с периодом падения цен на нефть. Соответственно, произошла девальвация рубля, упал уровень жизни населения, увеличилось количество бедных людей.

Что удивительно, на этом фоне субъективное благополучие продолжило свой рост, то есть процент счастливых людей увеличивался. До этого было понятно, что это связано с восстановлением экономического благополучия. В предыдущие годы был постоянный экономический рост на уровне 7%. Если это происходит каждый год, то это довольно заметно влияет на уровень жизни.

В 2008-м случился кризис, но возник конфликт в Южной Осетии, который был в короткие сроки решен с помощью военной силы.

Это контрастирует с тем, что происходило в 1990-е. У нас не только падал ВВП, но и происходило, если можно так сказать, геополитическое отступление, а вместе с ним — мировоззренческий крах. Коммунистическая идеология вызывала разочарование еще с 70-х.

Возможно, кстати, с этим связано то снижение уровня счастья перед 90-ми, о котором я уже говорил. Видимо, было ощущение, что страна идет куда-то не туда, что мы ошиблись с нашей экономической и политической системой. Был большой уровень разочарования.

Это сопровождалось не только падением уровня счастья, но и ухудшением демографических показателей — ростом алкоголизма, увеличением смертности, снижением продолжительности уровня жизни. Данные по демографии у нас есть за длительный период. Это падение началось довольно давно, в середине 1960-х.

Еще в начале 60-х по продолжительности жизни мы отставали от США всего на два года, и на три года — от Франции. В конце советского периода мы отставали от них в среднем на 15 лет.

После 2008-го почти ничего не произошло с уровнем жизни, но довольно неожиданно изменилась внешняя политика. Российское руководство стало предлагать новую повестку дня, которая оказалась достаточно популярной среди значительной части населения. Это компенсировало потери от кризиса, тогда еще не очень значительные. Уровень счастья продолжил расти.

В последние два года, когда кризис сильно сказался на благосостоянии людей, уровень счастья все равно рос. Мы объясняем это тем, что еще большее количество людей согласилось с повесткой дня, которую предлагает российское руководство: восстановление международного престижа страны, консервативная идеология, противостоящая западному либерализму.

Читайте также:  Испанская система образования - психология

У них появляется ощущение, что страна движется в верном направлении.

— У социологов есть прогнозы, как долго это может продолжаться?

— Социология вообще обладает низким прогностическим потенциалом, потому что на эти события оказывают влияние слишком много факторов, которые трудно учесть в моделях. Допустим, синоптики для предсказания погоды решают системы из сотни дифференциальных уравнений.

Прогноз погоды — это предсказание поведения неодушевленных сил, а у нас велик субъективный фактор, поэтому в социологии все еще сложнее. Не всегда возможно предсказать, как поведет себя тот или иной человек, даже при схожих обстоятельствах.

Поскольку социальные события складываются из поведения тысяч и миллионов людей, все это довольно сложно.

Очевидно, что невозможно бесконечно ехать на патриотизме, если нет успехов. Успех может быть либо экономический, либо геополитический. В области геополитики пока вроде бы получается: победил Трамп, высокие шансы на избрание имеют Марин Ле Пен или Франсуа Фийон во Франции, который тоже России симпатизирует.

После этого, наверное, пойдет какой-то каскад в Европе, и, даже если экономическое положение будет сложным, можно предположить, что значительная часть нашего населения останется довольна: вот, мы выстояли, развернули ситуацию, смогли показать Европе. Знаете, в мае 1945-го люди были очень счастливыми, хотя есть было нечего, в экономике была катастрофа. Вещи меняли на еду на толкучках.

А люди были счастливы, потому что была одержана победа в такой колоссальной войне.

Правда, по последним замерам наблюдается расхождение в ответах на вопросы о счастье и об удовлетворенности жизнью в целом.

Уровень счастья идет вверх, а удовлетворенность жизнью стагнирует, хотя в обычных условиях между этими двумя показателями наблюдается очень сильная корреляция. У нас примерно с 2008-го года наблюдается такое расхождение.

То есть с рациональной и долгосрочной точки зрения люди понимают, что жизнь уже не улучшается, но эмоционально пока еще довольны нынешней ситуацией. Это тоже довольно любопытно.

В общем, если успехов не будет, то можно ожидать каких-то изменений. Вот в 1914 году все были патриотами. Маяковский забирался на Александровскую колонну и читал стихи о том, как наши солдаты будут крутить портянки из нижнего белья немецких женщин, но уже через два года энтузиазм стих. С экономикой было тяжело, на фронте тоже без побед.

— Насколько Россия в плане уровня счастья похожа на другие постсоветские страны? Есть ли различия внутри самой России?

— Постсоветские страны и, если говорить шире, посткоммунистические, например Болгария, находятся приблизительно в одинаковом положении. Связь богатства и счастья можно описать уравнением и представить его в виде кривой.

Сначала рост экономического благополучия очень резко повышает уровень счастья, но по достижении какого-то приемлемого уровня его влияние становится заметно слабее. Все посткоммунистические страны, включая Россию, находятся под этой кривой, то есть мы, можно сказать, немного недополучаем счастья. Латинская Америка находится над этой кривой.

Получается примерно так, что каждый следующий песо или реал приносит больше счастья, чем можно было бы ожидать, в то время как рубль — меньше.

Самый богатый регион у нас Москва, но счастливых людей там меньше, чем, скажем, в Чебоксарах. В Чувашии живут беднее, но все находятся в примерно равном положении. Вот представьте себе обычного москвича, не очень богатого. Пусть это будет пенсионер.

Он может знать, что люди за МКАДом живут хуже, чем он. У него есть доплаты, компенсации. Однако это такое теоретическое знание, он на повседневной основе не сравнивает себя с ними. Он сравнивает себя с теми, кого видит в Москве.

Там он видит людей, которые ездят на невозможно дорогих машинах; видит за стеклами людей, которые пьют кофе по 300 рублей за чашку или дорогие коктейли. Ему от этого как-то нехорошо. Хотя по сравнению с Чебоксарами уровень жизни у него приличный, он о Чебоксарах не думает.

Он чувствует себя несчастным. Это называется социальное сравнение.

— От чего вообще зависит уровень счастья? Есть ли универсальные факторы, благодаря которым счастье растет везде?

— Нет, в том-то и дело, что не существует. Счастья можно ведь достигать разными способами. Если посмотреть на рейтинг стран по уровню счастья, то там будут, с одной стороны, скандинавские страны (Дания, Швеция, Норвегия), но с другой — там примерно на том же уровне будет и Колумбия, и другие латиноамериканские страны.

Если вернуться к примеру с кривой, то Скандинавия лежит на ней, там люди в равной степени богатые и счастливые. Латинская Америка счастливее, чем можно было бы ожидать теоретически. Помимо уровня богатства, есть и другие факторы. В Скандинавии, например, очень высок уровень равенства. Коэффициент Джини там небольшой.

Сама культура этих стран эгалитарная, в которой выставлять свое богатство напоказ не принято. Это не значит, что у того же норвежца не может быть замка во Франции с «Феррари» в гараже, куда он ездит в отпуск и отрывается. Но на родине у него скромный дом и скромный автомобиль. Его дети ходят в обычную школу.

Тем более что Финляндия, допустим, лидирует в мире по качеству школьного образования. Все это способствует миру в обществе. Там есть стабильность. Миллионер знает, что стекла его машины не побьют и дом не подожгут.

В Латинской Америке довольно плотные социальные связи, чего нет, кстати, в Скандинавии. Там меньше аномия. У них высокий уровень религиозности, что тоже помогает, особенно в бедных странах.

Там она создает ощущение, что у тебя все не так плохо, потому что Бог помогает тем, кто ведет себя праведно, и есть еще следующая жизнь — у человека есть надежда. Несмотря на высокую религиозность, там мало общественных запретов. Сексуальная жизнь начинается довольно рано, даже к сексуальным меньшинствам относятся вполне терпимо.

Такая комбинация черт создает особую латиноамериканскую среду, в которой человеку жить приятно, даже если он не может похвастаться богатством.

Если посмотреть на постсоветские страны, то там ситуация печальнее. В 90-е мы прошли тяжелый, в том числе психологически, период, потерпели геополитическое поражение, оказались на третьестепенных позициях с точки зрения политики. Даже в странах, ставших частью Евросоюза, очень сложная экономическая ситуация.

Промышленность Болгарии не может конкурировать с европейской. Даже в сельском хозяйстве они уступают ЕС. У людей снова есть чувство, что они ошиблись с выбором. У них, в отличие от Латинской Америки, нет религиозной подпитки. Кроме Польши, все посткоммунистические государства не очень религиозны.

Даже в России, где, как кажется, произошел подъем интереса к религии, процент людей религиозных не очень большой. Исключением можно считать Чечню и соседние с ней республики. Довольно счастливая, кстати, республика.

В общем, мы невыгодно контрастируем и со Скандинавией, получающей счастье через богатство и равенство, и с Латинской Америкой с ее тесными родственными и дружескими связями и опорой на религию.

— Какие вызовы сейчас стоят перед социологами, изучающими счастье?

Источник: https://theoryandpractice.ru/posts/15449-naskolko-schastliv-russkiy-chelovek-sotsiolog-eduard-ponarin-o-svyazi-urovnya-schastya-s-urovnem-vvp

Теория счастья — Журнал Здоровье

Наука о счастье относительно нова. Но психологи, социологи, генетики и многие другие уже успели установить, что мы не знаем своего счастья.

Счастье определяется мнением человека о качестве своей жизни. Положительная оценка предусматривает наличие 2 компонентов: получаемого от жизни удовольствия и удовлетворенности жизнью, которая определяется степенью исполнения желаний. Эти два компонента отражают два способа оценки жизни: эмоциональный и когнитивный (познавательный).

Молекула удовольствия

Нейротрансмиттеры — переносчики информации — сообщают нам о наших же ощущениях. Нейротрансмиттер “допамин” называют “молекулой удовольствия”. И у него есть одна особенность: он выделяется в ожидании счастья, а не в момент его получения.

Желание, о котором сообщает допамин, истинное: например, он выделяется в мозге голодного человека при виде еды, но не выделяется у сытого, сколь бы соблазнительным ни было блюдо.

Причем, непосредственная близость еды — обязательное условие: исполнение желания должно быть почти гарантированным.

А вот в момент исполнения желания — поглощения пищи, приема наркотиков или интимной близости — допамин выделяется только в том случае, если результат превосходит ожидания. Это, как известно, бывает редко.

Сколько раз вам приходилось заносить ложку над куском торта, заранее дав себе разрешение нарушить диету и предвкушая неземное удовольствие, и ощутить невнятное разочарование, усугубленное чувством вины? Ничего особенного.

Обманутые ожидания

Дело не только в допамине. Американский психолог Дэниэль Гилберт, преподаватель Гарвардского университета и один из главных специалистов в относительно новой области изучения человеческого счастья, считает, что людям в принципе свойственно преувеличивать воздействие грядущих событий на их собственную жизнь.

Мы редко заблуждаемся в том, каких эмоций следует ожидать: мы верно понимаем, что интимная близость или выигрыш в лотерее принесут радость, а потеря работы или развод — горе. Но мы обыкновенно преувеличиваем продолжительность и силу будущих эмоций, как отрицательных, так и положительных.

Дело в том, что мы представляем себе только само событие, а не то, что будет происходить после. “Как, по твоим предположениям, ты будешь себя чувствовать спустя шесть часов после победы твоего кандидата на выборах или после смерти твоей канарейки, должно зависеть от того, чем собираешься заниматься эти шесть часов, — пишет Гилберт.

— Если смотреть репортажи о выборах в компании единомышленников или листать альбомы с фотографиями твоего питомца — это одно дело. А если ты собираешься сидеть в аэропорту в ожидании вылета или наводить порядок в ящике с носками — совсем другое”.

Эмоции, вызванные, например, победой или поражением в футбольном матче, после матча преуменьшаются, преувеличиваются и вообще меняются под воздействием съеденной пиццы, вечеринки и последующего похмелья. Иными словами, непосредственно после ожидаемого события наступают последствия.

Как быть счастливым

Так как же все-таки, рождены мы для счастья или нет?

Известные американские психологи Соня Любомирски и Кен Шелдон считают, что счастье на 50 % зависит от нашего темперамента и личностных особенностей человека.

На 40 % — от того, как мы строим свою жизнь: чем занимаемся, какие у нас мечты и цели, кто наши друзья и любимые. И только маленькая частичка (всего лишь 10 %) — это влияние внешних обстоятельств, место проживания, социальный круг и уровень достатка.

Как видите, дорогой читатель, счастье зависит не столько от внешних обстоятельств, сколько от самого человека.

Основатели “школы позитивной философии”, которая становится все более и более популяной в США, считают, что главные составляющие счастья — позитивное мышление, увлеченность делом своей жизни и осознанные жизненные цели.

Ученые из Университета Висконсина утверждают, что можно научиться быть счастливыми, тренируя мозг специальными упражнениями. Они провели эксперимент с добровольцами, которые ощущали себя несчастными.

Эти люди целый месяц тренировали свой мозг, “программировали” его работать так, как работает мозг счастливого человека. Перед началом эксперимента было проведено сканирование мозга.

По окончании, после повторного сканирования, оказалось, что зона удовольствия у обследованных значительно активизировалась.

Может быть, стоит поэкспериментировать на себе? Ведь мы же ничего не теряем, если попробуем научиться быть счастливыми.

Семейное счастье

Доказано: люди, состоящие в браке, счастливее, чем одинокие. В особенности мужчины: женатые мужчины живут не только лучше, но и дольше. Впрочем, возможно, оттого и живут дольше, что жизнь им в радость — а не только оттого, что питаются лучше, чем холостяки.

Женатые мужчины и замужние женщины реже чувствуют себя одинокими: они видят свое отражение не только в работе, но и в семейной жизни, что дает им возможность отдохнуть от стресса; а также, как правило, живут богаче, чем одинокие люди.

Но трудно понять, где здесь курица, а где яйцо.

Живут ли люди богаче в браке или более успешным и состоятельным людям легче найти партнера? Делает ли брак людей счастливыми и менее одинокими, или же экстраверты, умеющие выжать удовольствие из любой ситуации, легче вступают в брак и остаются в нем?

Скорее второе. Американские исследователи, изучавшие близнецов, как воспитанных вместе, так и выросших в разных семьях, пришли к выводу, что счастье предопределено генетически.

Вне зависимости от семейных обстоятельств, благосостояния и прочих жизненных показателей, однояйцевые близнецы оказываются более или менее одинаково счастливы. То есть, счастливыми рождаются.

Как рождаются — или довольно рано становятся — экстравертами или невротиками.

Психологи утверждают, что ярко выраженные экстраверты и ярко выраженные невротики — это именно те два случая, когда можно предсказать шансы человека на счастливую жизнь: в первом случае они велики, во втором — наоборот.

И если поближе присмотреться к исследованиям счастья в браке, приходишь к выводу, что люди, которые счастливы в браке, были счастливы и до него, в особенности последний год перед женитьбой. Это, конечно, понятно: именно тогда они были влюблены, планировали будущее.

Но опять выясняется, что их ожидания были завышены: даже в счастливых браках уровень счастья падает, начиная с первого года после женитьбы.

Тот факт, что семейные люди все равно в среднем счастливее одиноких, подсказывает, что именно предрасположенные к счастью и вступают в брак.

Счастье каждый день

При всех его достоинствах брак приносит в жизнь человека новые обстоятельства и обязанности, которые не делают его счастливее.

Американский психолог Дэниэль Канеман изобрел способ, который он назвал “реконструкция дня”: человеку предлагается вспомнить прошедший день и разделить его на эпизоды, как фильм, а затем оценить уровень счастья в каждом эпизоде.

В самом большом и известном исследовании участвовали 909 работающих женщин из Техаса. Выяснилось, что самое счастливое времяпрепровождение — секс, за ним — общение после работы, совместная трапеза, отдых, занятия спортом, просмотр телепередач.

А в самом низу таблицы — воспитание детей, работа по дому, закупка продуктов, приготовление пищи.

Вместе с тем, выходит, что на долю одиноких, активных, общительных людей выпадает больше повседневного счастья. Но, видимо, именно в результате активного общения с другими людьми они и вступают в конце концов в брак. Общаться, кстати, женщины больше всего любят с друзьями, за ними идут родители и другие родственники, затем супруг и только потом — дети.

Деньги

Приносят счастье не всегда.Человек бедный, получивший достаточно денег, чтобы изменить свой образ жизни, становится счастливее. Но по мере роста благосостояния деньги обесцениваются — видимо, оттого, что они не приносят уже удовольствия от ощутимых изменений.

Опиум для народа

На протяжении всей истории человечества люди черпали счастье в наркотиках, алкоголе. “Чтобы не стать рабами и мучениками Времени, будьте всегда пьяны”, — советовал Шарль Бодлер.

Читайте также:  Формы общения - психология

И был прав: в конце прошлого века ученые установили, что человеческий мозг содержит специальные рецепторы для опиатов — как собственных, выделяющихся в результате, например, секса, так и приходящих извне, в результате приема, скажем, морфия или героина.

(Про время Бодлер тоже был прав: под воздействием опиатов человек воспринимает течение времени иначе).

Счастье наций

Кроме психологов, счастье изучают и социологи — но уже на уровне целых стран. В Голландии издается англоязычный социологический журнал, целиком посвященный науке о счастье, а в Интернете, по адресу: worlddatabase ofhappiness.eur.nl существует всемирная база данных о счастье. На первом месте находится Дания, на втором — Швейцария, на последнем — 95 месте — Танзания.

Зависимость счастья от благосостояния нелинейна, зато существует линейная зависимость уровня счастья от уровня свободы (чем больше свободы, тем люди счастливее); равенства (в особенности между полами — видимо, опять-таки, потому что это дает людям возможность менять свои жизненные обстоятельства); терпимости (чем ее больше, в особенности, к разным меньшинствам, тем счастливее люди в целом) и коррупции (чем ее больше, тем люди несчастнее).

Ученые практически в один голос утверждают, что счастье — одно из немногих по-настоящему универсальных явлений, как и самое его очевидное проявление: человеческая улыбка. “Хотя, конечно, в странах, где люди несчастны, есть тенденция утверждать, что они не рождены для счастья”, — считает Руут Винховен, редактор голландского журнала о науке счастья.

Мария Гессен

Источник: http://zdorovie.com/psychology/teoriya-schastya/9194

Что такое счастье? | Главная | Научно-культурологический журнал

   Представьте себе двух людей. Одного только что разбил паралич, а другой выиграл в лотерею миллионы и теперь может забыть об ипотеке, курсе рубля и работе «на дядю». Кто из них будет счастливее через год? Ответ очевиден и… неверен.

БИОЛОГИЯ СЧАСТЬЯ

 «Семь способов стать счастливым», «Пять путей к просветлению»… Такие книги пестрят советами вроде «ешьте шоколад каждые шесть часов», «уделяйте физическим упражнениям хотя бы полчаса в сутки», и, наконец, коронным «следите за уровнем эндорфинов» — нейромедиаторов, регулирующих физиологическую реакцию на стресс и вызывающих кратковременное чувство радости и эйфорию. К сожалению, действуют эндорфины недолго, и счастья на них не построишь. У Джорджа Вайланта, американского психиатра и профессора Гарвардской медицинской школы, есть другой рецепт: «Самая важная для счастья вещь — выкинуть это слово из своего словаря». Ему можно верить: Вайлант руководил самым большим в истории научным проектом по счастью. Большинство психологов и психиатров согласны с Вайлантом. Счастливый человек не задумывается о рецептах своего счастья и чаще остальных находится в состоянии потока — эйфорическом единении с реальностью.

  Впервые этот термин ввел американский психиатр Михай Чиксент-михайи. Войти в поток, отключиться от мыслей о будущем и прошлом, чтобы жить только настоящим, можно разными способами: погрузившись в работу, играя в футбол, общаясь с друзьями или детьми. Лучше всего попадать в поток получается у буддийских монахов.

Ученые из США и Тибета проводили исследование, в котором фиксировали работу головного мозга во время медитации, и увидели значительное увеличение активности в гипоталамусе, мозжечковой миндалине и фронтальной коре — областях, отвечающих за чувство счастья.

При этом если у обычных людей активность этих участков во время медитации возрастала всего на 10-15%, то у буддийских монахов — на 700-800%. Значит, счастью можно научиться.

ЭКОНОМИКА СЧАСТЬЯ

   Не в деньгах счастье.

Долгое время исследования экономистов и социологов подтверждали эту житейскую мудрость, Но в 1974 году профессор университета Южной Калифорнии Ричард Истерлин на основе данных нескольких благополучных стран заметил общую тенденцию: счастье линейно растет с увеличением доходов. Но только до определенного уровня. Дальше оно выходит на плато. Деньги очень важны, пока их мало, но когда их становится достаточно для нормальной жизни, прибавки к зарплате и премии уже не делают человека счастливее.

  Очень похоже на пирамиду Маслоу с физиологическими потребностями в основании и тягой к самореализации на самом верху.

   Но, к сожалению, исследования экономистов последних 10 лет опровергают выводы Истерлина: счастье линейно возрастает с увеличением доходов. Если отложить в системе координат средний доход на душу населения и средний уровень счастья в разных странах, точки почти идеально совпадут.

  Исключений совсем немного: так, Россия, Эстония, Грузия и другие государства с переходной экономикой еще несчастнее, чем могли бы позволить их скромные средние доходы на душу населения.

  Причины этого попытался найти экономист Сергей Гуриев с коллегами. И объяснил тремя факторами: макроэкономической нестабильностью, снижением качества и доступности общественных благ, а также неприсобленностью людей, выросших в прежней экономике, к новым условиям.

ГЕНЕТИКА СЧАСТЬЯ

  Кроме стран-неудачниц в графике есть и счастливицы. В Бразилии, Мексике, многих других странах Латинской Америки и даже Африки уровень счастья значительно выше, чем можно было бы ожидать от экономики. Почему? Счастливчикам стоит благодарить свои гены.

  Результаты специальных опросов за 2000-2014 годы ученые проанализировали вместе с экономическими, генетическими и даже климатическими данными.

  Оказалось, что жизнерадостность некоторых народов хорошо коррелирует с присутствием в их генотипе специфического аллеля (состояния) гена rs324420, кодирующего белок гидролазы амида жирной кислоты FAAH.

  У представителей таких народов медленнее разлагается анандамид — химическое вещество, усиливающее чувство визуального наслаждения и притупляющее боль.

Конечно, не настолько, чтобы какой-нибудь ганец, несмотря на колики голода в животе, впадал в эйфорию от красивого заката. Но, очевидно, гены все-таки помогают ему наслаждаться жизнью чуть больше, чем нам. Еще один феномен — Дания.

Страна благополучная, но не самая богатая. Она уже много лет возглавляет рейтинги счастья.

  Ученые из университета Варвика в Англии тоже объясняют это генетикой. В 2014 году вышла их статья об особенно высоком распространении в генотипе датчан гена 5-HTTLPR, регулирующего метаболизм нейротрансмиттера серотонина, который отвечает за настроение, общительность, чувство аппетита и либидо.

ПСИХОЛОГИЯ СЧАСТЬЯ

 «Все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Лев Толстой писал великие книги, но, похоже, совсем не разбирался в счастье. Американский маркетолог Говард Московиц понимал в этом больше. Он первым почувствовал, что не существует ничего идеального для всех.

  Анализируя отзывы случайных дегустаторов соуса для спагетти, Московиц заметил, что они делятся на три группы: любителей обычного соуса, острого соуса и густого соуса с твердыми кусочками. С тех пор на полках магазинов появилось бесчисленное количество разных соусов. Счастья стало чуть больше: каждый сам мог выбирать.

   Но ситуация со свободой выбора непростая. Без нее человек несчастен, зато с ней часто совершает ошибки. Несколько ярких экспериментов в этой области поставил психолог из Гарварда Дэн Гилберт.

Он организовал курсы черно-белой фотографии, на которых каждый участник делал 12 фотографий своих любимых мест и выбирал 2 лучшие.

Дальше нужно было решить, какую оставить себе, а какую отдать преподавателю.

  На этом этапе эксперимента студентов разбивали на две группы. Одним говорили, что выбор будет окончательным, поскольку отданные фотографии отошлют в центральный офис, а другим давали 5 дней на раздумье. Выберите, мол, но если передумаете — звоните.

  В результате люди из первой группы были абсолютно довольны своим выбором, а вторым несчастная фотография отравляла жизнь: сомнения, звонки, разочарование…

  Тем интереснее, что когда во второй серии эксперимента студентам еще до съемок предложили выбрать модель взаимодействия с главным офисом (отдать фотографию сразу или оставить пять дней на перемену решения), две трети добровольно обрекли себя на мучительные раздумья.

  Как же мы справляемся с нашей жизнью, когда постоянно нужно делать выбор? Гелберт считает, что у человека есть нечто вроде психологического иммунитета, и в доказательство приводит результаты еще одного опыта.

  Он просил испытуемых рассортировать шесть картин от самой красивой до самой невзрачной, а потом предлагал одну из двух средних взять с собой домой.

 Особой разницы между ними не было, но когда через несколько дней Гилберт снова просил испытуемого рассортировать те же шесть картин, приобретение оказывалось на втором или даже первом месте! За прошедшие дни картина стала нравиться своему хозяину гораздо больше: «Я молодец, — думал он. — Разглядел шедевр».

  Так, мы можем долго выбирать, какой пылесос купить домой, в результате ткнуть в первый попавшийся и потом быть чрезвычайно довольны своим выбором. Даже если он шумит, как Ниагарский водопад: «Зато мощность какая!» Человек умеет смиряться со своими окончательными решениями, синтезируя ощущение счастья.

  Кто-то скажет, что это подмена, суррогат счастья, порождаемый работой сознания. Чтобы опровергнуть это, Гилберт провел такой же эксперимент на людях, страдающих амнезией.

  На первой стадии пациенты госпиталя тоже сортировали картины и выбирали себе одну из двух «середнячков».

Проходило несколько дней, они напрочь забывали и об эксперименте, и о том, откуда у них взялась картина, но во второй серии показывали точно такие же результаты, как здоровые люди: их собственность казалась им заметно лучше остальных! Как будто мозг сразу же после сделанного выбора награждает людей счастьем и любовью к новому приобретению.

СОЦИОЛОГИЯ СЧАСТЬЯ

  В 1938 году университетскими психологами Гарварда было начато исследование по развитию взрослых, которое закончилось в 2013 году. В течение 75 лет ученые наблюдали за жизнью 724 мужчин, половина из которых были студентами Гарварда, а половина — мальчиками из беднейших районов Бостона.

  Психологи разговаривали с ними и их родственниками, анализировали результаты исследований и МРТ. В итоге поняли кое-что очень важное про счастье.

  Самое главное — отношения с близкими и любовь. Одиночество делает человека слабым и несчастным. И неважно, где он одинок, — в холостяцкой квартире или в доме, полном детей.

  Другое исследование, уже из области компьютерной лингвистики, косвенно подтверждает эту истину. Автоматический анализ текстов разных поэтов показал, что те из них, кто закончил жизнь самоубийством, в своих стихах гораздо чаще использовали местоимения первого лица единственного числа: «я» вместо «мы», «меня» вместо «нас».

  Счастье — это поток, чувство наполненности и цельности бытия. Это социальное чувство. Оно может прийти на любовном свидании и на митинге, в кругу семьи и на стадионе, но вряд ли охватит человека, любовно вглядывающегося в свое отражение в зеркале.

   Упомянутый в самом начале человек, выигравший в лотерею, наверняка будет страдать от разрушения привычных социальных связей. Один ему завидует, второй просит взаймы, третий боится подойти.

  А если добавить мучительные размышления, что делать с деньгами (это посложнее, чем выбрать фотографию), и обманутые ожидания (первый вечер после победы, проведенный в ванне шампанского, настраивал на другой лад), то все становится совсем грустно.

  Не будем рассуждать о парализованном человеке и сравнивать его возможные чувства с растерянным победителем лотереи. Просто приведем слова Нэнси Эткофф, еще одного гарвардского психолога: «Счастье и несчастье — это не два крайних значения одного и того же параметра.

Это две параллельные системы». Имеет смысл прислушаться и перестать подгонять нашу жизнь под счастье. А выигранный в лотерее миллион лучше вообще потратить на других (во всех странах счастье прямо коррелирует с участием в благотворительности). Ну или на себя.

Главное — долго не думать.

_________________________________

http://po-sovetu.com/chto-takoe-schaste/ 

Источник: http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main?textid=4808&level1=main&level2=articles

Виничук Н.В. Особенности представлений психосоматических больных о счастье — Журнал «Психологические исследования». ISSN 2075-7999

English version: Vinichuk N.V. Features of representations of happiness in psychosomatic patients
Дальневосточный федеральный университет, Владивосток, Россия

Сведения об авторе
Литература
Ссылка для цитирования

Представлены результаты эмпирического исследования представлений о счастье психосоматических больных и людей, не имеющих психосоматического расстройства (N = 50). Использовалась Шкала психологического благополучия C.Ryff.

По данным авторской методики семантического дифференциала выявлены факторные структуры, составляющие семантические пространства счастья.

Показано, что общий уровень психологического благополучия (счастья) психосоматических больных ниже, чем людей, не имеющих психосоматического расстройства; представления психосоматических больных о счастье имеют более сложную структуру.

Ключевые слова: счастье, психологическое благополучие, психосоматика, психосемантика, обыденное сознание

В настоящее время счастье выступает основным предметом исследования в рамках позитивной психологии. Как правило, изучаются уровень и детерминанты счастья различных социально-демографических и этнических групп.

К сожалению, трудно поддаются интерпретации результаты масштабных международных проектов по мониторингу уровня счастья и удовлетворенности жизнью.

Так, по данным большинства сравнительных социологических исследований, у россиян крайне низкие показатели уровня счастья и удовлетворенности жизнью (на уровне Нигерии и Ирака).

С другой стороны, психологическое благополучие китайцев и русских находится практически на одном уровне [Виничук, 2008], тогда как международные сравнения показывают, что Китай в числе 10 «благополучных» стран, Россия – в числе «неблагополучных».

Как можно интерпретировать подобные расхождения? Расхождения, на наш взгляд, связаны с тем, что в разных странах, обществах и группах представления людей о счастье имеют свои специфические черты. Это подтверждено эмпирическими исследованиями [Джидарьян, 2001; Аргайл, 2003; Виничук, 2008; Diener, 1998; Gohm, 1998; Kekes, 1982; David, 1980]. Показано, что социально-демографические влияния (объективные факторы) объясняют не более 15% дисперсии показателей субъективного благополучия [Джидарьян, 2001].

Психологический анализ, в отличие от социологического, ориентирован на индивидуальный уровень восприятия, этим можно объяснить несогласованность результатов социологических и психологически ориентированных исследований.

Читайте также:  Физическое здоровье - психология

Люди понимают, что делает их счастливыми, и это позволяет психологу изучать индивидуальные представления о счастье (именно это мы старались исследовать в работе [Виничук, 2008]).

Данные социологических мониторингов, по нашему мнению, не показательны в полной мере, необходимо исследовать счастье с психологической позиции.

Изучение представлений о счастье может способствовать более детальному и глубокому пониманию этого универсального и одновременно специфического феномена.

Поиск общих для большинства людей детерминант счастья позволит дифференцировать традиционно смешиваемые понятия «счастье», «субъективное благополучие», «психологическое благополучие», «удовлетворенность жизнью» и сформулировать теорию, в полной мере отражающую феноменологичность счастья.

В настоящей работе представлена часть масштабного исследования счастья как психологического феномена, главная цель которого – разработка комплексной модели надежного метода измерения счастья.

Понятие счастья в психологии

В психологии существует несколько определений счастья, которые можно подразделить на три группы: счастье как удовлетворенность жизнью (гедонистический подход), как ценность (эвдемонистический подход) и как позитивное аффективное состояние.

На раннем этапе изучения проблемы счастья доминировали социологические исследования удовлетворенности жизнью, которые складывались в общесоциологическую концепцию «качества жизни», где значение придавалось понятию субъективного благополучия личности, которое имело четко выраженный психологический смысл, связанный с понятиями счастья и удовлетворенности жизнью (удовлетворение базовых потребностей, состояние здоровья и возможность трудиться).

Источник: http://psystudy.ru/num/2012n2-22/653-vinichuk22

Кто счастлив в России: загадки социологии | Милосердие.ru

Фото с сайта rg.ru

Это исследование провел Центр социологических исследований Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХиГС) –  по методикам Евробарометра. Центральным сюжетом 2014 и 2015 года стали экономические ожидания россиян, поиск работы, миграционные настроения и – индекс счастья.

 Индекс счастья

Что такое счастье – каждый понимает по-своему. Вот как понимается счастье «Евробарометром»: «Индекс счастья: содержит в себе информацию о дисперсии двух переменных: субъективной оценке персонального счастья, и субъективной оценке удовлетворенности жизнью. Шкала: 1 – наименьший уровень счастья, 7 – наибольший уровень»

Но мы, конечно, так говорить не будем.

«Бессмысленно задавать простым людям вопрос: оцените степень полноты вашего бытия по 10 балльной шкале, – уверен директор Центра социологических исследований РАНХиГС Виктор Вахштайн.

– К тому же мы решили не включать в свой опросник смешные вопросы из классического «Евробарометра» типа «Вы сегодня счастливее, чем вчера?..

Счастливее, чем на прошлой неделе?» Мы просто спрашивали – счастлив ли респондент, насколько он удовлетворен своей жизнью».

В 2014 году ответы на вопрос о собственном счастье давали 6028 россиян из различных субъектов Российской Федерации. Все участники опроса были подобраны так, чтобы их возраст, род занятий, место жительства отражали структуру населения того региона России, в котором они живут, и тип этого региона по его социально-экономическому развитию.

«Рубль падает, а динамика оптимизма населения повышается, – подвели итог исследователи. – Так было уже в 2014 году, это характерно и для 2015 года. Недавно полученные данные нового «Евробарометра» это подтверждают.

В 2015 году россияне менее удовлетворены своей жизнью, политической и экономической ситуацией в стране, если сравнивать полученные результаты с  2014 годом. Они стали более адекватно оценивать свои финансовые возможности и предстоящие трудности.

Однако уровень счастья среди опрошенных остается стабильно высоким».

Прибавим: самые большие в России оптимисты живут в селах. На первый взгляд, все это кажется невероятным.

Парадокс Истерлина

В 1974 году профессор Ричард Истерлин (Richard Easterlin) из Университета Южной Калифорнии обнаружил и описал явление, которая в мире социологии получит название «парадокса Истерлина».

«Если говорить простыми словами, то парадокс заключается в следующем:… уровень счастья в среднем по стране не растет с ростом экономики… – объясняет сам Ричард Истерлин в одной из своих последних статей. Но, –  задается он вопросом, –  если не экономический рост является гарантом роста удовлетворенности жизнью, то что же?»

На последний вопрос профессору пока еще никто не ответил.

А в остальном многочисленные исследования, проведенные за сорок лет в разных странах, скорее, подтверждают его правоту.

Ричард Лэйард, профессор Лондонской школе экономики, специалист по вопросам безработицы и один из исследователей «экономики счастья», отмечает в своей книге «Уроки счастья», что за последние полвека доходы европейцев и североамериканцев выросли более чем вдвое, но жители этих стран не стали счастливее. (Richard Layard Happiness: Lessons from a New Science. London: Penguin 2005).

Уровень счастья  испытываемого каждым конкретным человеком, не прирастает с увеличением ВВП.

Обретя уровень дохода, выражающийся в конкретных для каждого государства суммах заработка, человек больше не чувствует себя таким счастливым, как в то время, когда его доходы росли.

Экономисты и социологи деликатно замечают, что при переходе определенной «точки насыщения» наступает адаптация к получаемым материальным благам. Если человек при этом продолжает радоваться жизни, это – его личное достижение.

Значит, он счастлив вопреки своему материальному достатку,  но благодаря усвоенным с детства ценностям, образованию, воспитанию, семейному кругу.

Многие исследователи увлекались подсчетом той роковой суммы дохода, которая гасит человеческую способность испытывать счастье.

Одни называют сумму в 10-15 тысяч долларов  (Ричард Лэйард, профессор Лондонской школы экономики в книге «Уроки счастья» (Richard Layard Happiness: Lessons from a New Science. London: Penguin 2005).

Другие – суммы от 30 до 33 тысяч долларов для стран Европы и чуть ниже, от 26 тысяч долларов, для неевропейских стран. (Proto, E. and Rustichini, A.

«Life Satisfaction, Household Income and Personality Traits» University of Warwick, 2012).

Последние исследования показывают, что «Парадокс Истерлина» действителен не только для развитых обществ, но и для развивающихся экономик.

Другие социологи продолжают доказывать, что существует непосредственная связь между обладанием материальными благами и счастьем. Состоятельный человек, живущий в богатом государстве, по их мнению, счастлив всегда. Житель бедного государства, не имеющий высоких доходов, всегда несчастен. Он может воображать, что счастлив, но при этом обманывает сам себя. Точка.

«Если люди зарабатывают много денег, они могут быть счастливыми, – пытается объяснить социолог Эд Динер и его коллеги, проанализировавшие данные Gallup World Poll с 2005 по 2011 годы по 135 странам. — Но если эти люди постоянно разочарованы, потому что должны зарабатывать ещё больше, рост доходов не сделает их счастливыми».

В обществе, где значительная часть граждан достигла в своих заработках «точки насыщения», наступает, по меткому выражению исследователей, «великое усреднение счастья». (The Great Happiness Moderation), как назвали свою статью (2012 г) исследователи «парадокса Истерлина» в разных странах Эндрю Кларк, Сара Флэш и Клаудия Сеник из Парижской школы экономики.

Это не значит, что счастья в таком обществе становится меньше, просто оно иначе ощущается. Жить становится менее яркой: ощущение всеобщего благополучия как бы «размазывается по тарелке».

России до «великого усреднения счастья» еще далеко. Так что же делает россиян счастливыми?

Снижаются доходы – повышается оптимизм

«Интересно,  что в России уровень счастья не связан с уровнем образования и с наличием семьи, как это происходит в США. Там люди с высоким уровнем образования, состоящие в крепком браке, обычно называют себя счастливыми», – заметил на презентации результатов «Евробарометра» 2014 года в Высшей школе экономики  директор Центра социологических исследований РАНХиГС Виктор Вахштайн.

За 2014 год доходы домохозяйств в России снизились на 10%. А показатель экономического оптимизма в то же время вырос на 10%. Несмотря на трудности, все больше россиян верят в себя, в свою страну и в то, что скоро жизнь станет лучше.

Исследователи установили, что оптимистический взгляд на жизнь для жителей разных регионов России лишь отчасти связан с субъективным ощущением материального благополучия.

Если та или иная социальная группа начинает ощущать себя более богатой (например, их материальное благосостояние за  определенный период возросло на 10%), то уровень оптимизма, который демонстрирует та же группа, увеличивается не пропорционально – примерно на 7%.

Счастлив человек или нет – в России не зависит от уровня его доходов.

Самый высокий индекс экономического оптимизма (свыше 60%) демонстрирует республика Дагестан, с ее невысокими показателями уровня жизни населения. На втором месте в России по полноте ощущения счастья – депрессивная Ленинградская область.

Напротив, самый низкий «индекс счастья» зафиксирован в Центральной России, в достаточно благополучной Ярославской области (менее 30% опрошенных сказали социологам, что они счастливы). Еще один «несчастливый» субъект Федерации с похожим результатом – Свердловская область.

Друзья и переезд

Ощущение благополучия большинства участников опроса зависит не от того, много ли денег у них на счетах, а  много ли они приобрели друзей и знакомых. Социологи называют это социальным капиталом. Именно этот капитал современные россияне с удовольствием  приращивают.

Если количество социальных связей россиянина 2014 года  увеличивалось на 10%, то его «индекс счастья» подскакивал на  14%!

С 2012 года, когда «Евробарометр» только пришел в Россию, среднестатистическое количество близких друзей у россиян (социологи обозначают их как «сильные связи») увеличилось  в два раза. Растет и количество разнообразных знакомых (в социологии они называются «слабыми связями»).

Именно этим капиталом подкрепляется, в представлении жителей регионов России, уверенность в собственных силах и оптимизм – в том числе, и экономический.

Социологи задались вопросом: что было более значимо для россиян в 2014 году: наличие верных друзей, которые пойдут за тебя « в огонь и в воду» или завязывание многочисленных (иногда поверхностных), знакомств? И не связано ли это с развитием социальных сетей, поддерживающих  ощущение «прирастания знакомства»?

Как считают американские психологи, крепкая дружба и сильные родственные связи обеспечивают человеку чувство уверенности (assurance). Именно такие контакты гарантируют человеку поддержку в экстренной ситуации.

Люди, которые обладают «сильными связями», уверены, что в любой момент смогут получить поддержку (в том числе финансовую) от друзей и родственников. Как выяснилось, один из источников неиссякаемого экономического оптимизма россиян – возможность взять в долг у друзей.

На вопрос: «Сколько денег (в рублях) вы можете собрать среди знакомых за три дня?», жители небогатой республики Дагестан бесстрашно ответили: 800 тысяч рублей.

Подобную сумму могли бы получить в экстренном случае от родственников и друзей и жители Татарстана (хотя эта республика куда богаче Дагестана).

Гораздо меньше – до 400 тысяч рублей – могли бы собрать за три дня среди своих друзей  жители Ленинградской области, Москвы и Краснодарского края. Но и эта сумма впечатляет!

Правда, социологи отмечают при этом,  что наличие «сильных связей» чревато потерями: чем больше у человека близких друзей, тем чаще людям приходится давать друзьям в долг деньги, а не занимать их…

Во всяком случае, сегодня для россиян оказываются более важными  поверхностные, зато более многочисленные и разнообразные знакомства и контакты, заведенные в разных местах и с разными людьми (так называемые «слабые связи»).

Этот выбор полностью подтверждается знаменитым тезисом американского социолога Марка Грановеттера (Mark Granovetter), профессора факультета социологии Школы гуманитарных и естественных наук Стэнфордского университета, высказанным им в статье «Сила слабых связей» (The Strength of Weak Ties, 1973). Грановеттер впервые объяснил, почему именно «слабые связи» –  не друзья и родственники, а приятели и случайные знакомые – имеют решающее значение для человека во многих обстоятельствах его жизни.

Эти «слабые связи» прочно обеспечивают людей  чувством защищенности (security) и снижают в их представлении некоторые экономические риски.

Разнообразие контактов и знакомств дает людям уверенность, что они смогут найти себя в новых условиях на рынке труда.

Социологи, проводящие в России «Евробарометр», считают, что  увеличивая и разнообразя круг своих знакомств, россияне как бы «страхуют» свое трудовое будущее.

«С 2012 года происходил поступательный рост социального капитала населения в России, – говорит Виктор Вахштайн. –  Основной источник роста – «слабые связи». Именно они связаны со стратегиями успешного поиска работы. Число «сильных связей» у россиян растет значительно медленнее, но также заметно».

Социологи выяснили, что частые переезды с места на место увеличивают, в глазах каждого человека, сумму его социального капитала.  Они назвали это развитием «парадокса Грановеттера». Наибольшим количеством знакомств («слабых связей») обладают те, кто живет на одном месте не более 10 лет.

Такие люди чувствуют себя более уверенно; они считают, что всегда смогут найти работу не хуже той, что есть у них сейчас. Зато те, кто живет на одном месте более 25 лет, при поиске новой работы чувствуют себя неуютно. Да и экономический оптимизм они демонстрируют куда реже.

Возможно, с этим явлением  связан феномен, который социологи объяснить пока не могут. Чем неувереннее чувствует себя россиянин, чем меньше у него друзей и знакомых, тем меньше он готов менять что-либо в своей жизни.

Чем выше уровень социального оптимизма – тем больше жители российских регионов готовы бросить все, уехать и начать жизнь с нуля.

Люди готовы расстаться с любимыми родственниками и друзьями ради возможности увидеть новые лица, приобрести множество новых знакомых. А с ними – новые перспективы и новую работу.

И вот – результат. Из Москвы в 2014 году хотели бы уехать 16% опрошенных, из Ярославской области – 17%, из Ленинградской области – 21% , из Томской области – 31%.

А из Дагестана, который демонстрирует самый высокий в России уровень социального оптимизма  – 39%.

Источник: https://www.miloserdie.ru/article/kto-schastliv-v-rossii-zagadki-sotsiologii/

Ссылка на основную публикацию