Рефлекторные эмоции — психология

Теории эмоций, Физиологическая основа эмоций — Общая психология Библиотека русских учебников

ГлавнаяПсихологияОбщая психологияПредыдущая СОДЕРЖАНИЕ Следующая

От древности до современности физиологи связывали и связывают эмоциональные состояния человека с различными изменениями в организме, с различными телесными проявлениями

конце XIX века была выдвинута теория эмоций, согласно которой эмоция возникает только как следствие внутренних, физиологических процессов, происходящих в организме.

Восприятие вызывает телесные процессы — изменений ни в деятельности дыхания, сердечно-сосудистой системы, мышц тела и т.д., и только после этих изменений в организме появляются эмоциональные переживания. Они являются следствием указанных изменений и их осознанием.

Эту теор ию предложил американский психолог. В. Джемс в работе»Принципы психологии»(1890). В. Джемс отмечал, что в противовес общепринятому мнению следует говорить:»мы скорбим том, что плачем; мы гневаемся том, что кричим и стучим, а не наоборот»В.

Джемс связывал эмоции только с внутренним субъективным опытом и не отмечал рефлекторной природы их возникновенияої природи їхнього виникнення.

В 1910-1915 гг ряд исследований, посвященных биохимическому анализу изменений, происходящих в организме под влиянием эмоций, совершил. В. Кэннон. Исследования. В. Кеннона, а также. М.

Шеррингтона дали ценный факты ичний материал, сделал отнестись к вопросу об эмоциях с точки зрения приспособительных реакций организма к деятельности.

Однако эти исследования недостаточно глубоко раскрыли физиологическую природу эмоций т а закономерности их возникновениякнення.

Интересные попытки изучить нервные механизмы эмоциональных реакций были осуществлены в лаборатории. ВМ.

Бехтерева (1929), который рассматривал эмоции как сложные рефлексы, возникающие на основе природных инстинктов богатыми то эмоциональных реакций воспроизводится по типу условных рефлексов, в которых раздражающий процесс распространяется из коры головного мозга на подкорковые вегетативные центры и передается разным органам тела рефлекторно механики змом объяснял возникновение эмоций с их характерными двигательными проявлениями также и. ИМ. Сеченов. Простые эмоциональные реакции имеют тот же механизм, что и сложные. Сначала — возбуждение чувствительного нерва, затем — ди яльнисть центра, наслаждение; итоге — мышечное сокращение. Эмоциональная реакция, за. ИМ. Сеченова, — это рефлекс с»усиленным концом», который охватывает всю сферу страстей. Эмоциональные элементы усложняют. Рефлект пахотные движения, связанные в своих элементарных формах с инстинктамх формах з інстинктами.

Глубокое экспериментальное обоснование условно-рефлекторного механизма эмоций дал. ИП. Павлов. От доказал, что эмоциональные реакции имеют своей основой совместной деятельности коры и подкорки с их сложными рефл лекторнимы связями, а кора выполняет регулятивную роль при эмоциональных реакцияіях.

103 Физиологическая основа эмоций

Все эмоции — радость, любовь, тревога, страх, печаль, стыд и т.п. — всегда возникают под воздействием на нервную систему человека внешних и внутренних раздражений.

При возникновении эмоций нервное возбуждение распространяется на вегетативные центры и вызывает изменения в жизнедеятельности организма. Эмоции с их реакциями в виде изменений в деятельности внутренних органов, различных выразительных движений и т.

д. возникающих при механи змом как безусловного, так и условных рефлексовів.

Эмоциональные реакции, возникающие по механизму безусловных рефлексов, имеют постоянный характер. Такие эмоции, как страдания от голода, жажды, боли, эмоции удовольствия, страха с типичными защитными рефлекс сами, а также эмоции гнева с его оборонительными рефлексами наступательного характера и др.

, возникают постоянно и обязательно с соответствующими состояниями организма и при соответствующих внешних условий. Эти реакции являются би ологично необходимыми, имеют жизненно важное значение и является унаследованными формами рефлекторных реакций. Они набирают типичных видовых форм проявления в различных высших — животных и людей.

Эмоциональные реакции смеха, с лез, реакция страха, гнева являются общими для всех людей, имеющих видовой характер. Однако механизм реакций даже при простых эмоций у человека значительно более сложной, разнообразнее, чем у животного. Эти реакции не такие стереотипные, имеют много различных оттенков по интенсивности и качества.

У человека природа этих безусловно-рефлекторных эмоциональных реакций неотделима от условно-рефлекторных реакции реакцій.

Условно-рефлекторное возникновения эмоциональных реакций связано с многочисленными безусловными раздражителями, с которыми животное или человек встречается в своем индивидуальном опыте. В условных рефлексах, которые возникают ають на базе безусловных, движение нервного возбуждения возможен как от подкорки к коре, так и в обратном направлении — от коры до подкоркового центру.

Подкорка функционирует под контролем коры больших полушарий головного мозга.

Контроль со стороны коры проявляется, в частности, в том, что человек может регулировать силу эмоций, не поддаваться им, задерживать определенной м степени внешние проявления своих переживаний (например, сдержать свой смех, гнев и т.п.) время подкорка оказывает положительное влияние на кору больших полушарий, выступая как источник их силли.

Разрушение подкорковых образований, особенно таламуса и гипоталамуса, приводит к нарушению внешнего проявления эмоциональных состояний. При патологических поражениях подкорки у больных людей наблюдаются расстройства е эмоциональных реакциий.

сложные переживания человека связаны с образованием систем временных нервных связей, с выработкой, поддержкой и изменением динамических стереотипов.

Динамический стереотип складывается под влиянием реальных х взаимосвязей организма со средой не только установление, но и более или менее длительное поддержание динамического стереотипа — нервная работа, зависит от сложности самого стереотипа и индивид уальних особенностей нервной системы человека. Образование, поддержка и нарушение динамического стереотипа не проходят незаметно для человека, они переживаются. НЕнею.

Динамические стереотипы меняются в течение жизни в связи с изменением его условий. Новые жизненные обстоятельства, новые задачи требуют от человека и новых способов действия, изменения старой системы связей с среды овищем и выработку новой.

Это изменение одного стереотипа другим часто сопровождается конфликтом между старым и новым стереотипами, получает свое выражение в борьбе различных переживаний человека.

Изменения произведенных си стем связей переживают дети в разные моменты их жизни (например, при переходе из семьи в детский сад, поступлении в школу, переходе из младших к средним классам, окончании школы и т.д.) поняли о, не все в выработанных системах связей меняется. Многое сохраняется, сохраняются и устоявшиеся чувствечуття.

Разнообразные внешние проявления чувств можно условно разделить на выразительные, или экспрессивные движения и изменения в деятельности внутренних органов, или висцеральные (от лат viscera — внутренности). И те, и другие по происхождению врожденными, безусловными и приобретенными, условными

Безусловно-рефлекторные проявления чувств обеспечиваются деятельностью подкорки. Физиологическим механизмом условнорефлекторных проявлений чувств является интероцептивные временные нервные связи, образующиеся в коре больших полушарий головного мозга и играют важную роль в регуляции ней работы внутренних органев.

Эмоции имеют свои биохимические основы. Проведенные эксперименты с психоактивными фармакологическими препаратами (фенамин, адреналин и др.) показали, что эти препараты по-разному влияют на гипоталамус и, сми инюючы его динамическое равновесие с вегетативной нервной системой, вызывают у человека различные эмоциональные состояния (подъем, беспокойство, депрессию, тоску и т.д.о).

Разные эмоциональные состояния человека, его сложные нравственные, интеллектуальные и эстетические чувства могут быть вызваны не только непосредственным влиянием на нервную систему явлений действительности. Они возникают также в о оцеси общение людей посредством условных раздражителей, слов.

Процесс преобразования временных нервных связей на словесные сигналы происходит основными законами высшей нервной деятельности, по зак онами иррадиации, концентрации и взаимной индукции нервных процессов, возбуждения и торможения.

Вызванные второсигнальными раздражителями, нервные процессы в коре головного мозга при их иррадиации на низшие. Отделения ли мозга вызывают различные реакции в жизнедеятельности организма, характерные для эмоций.

Мы часто наблюдаем в повседневной жизни случаи, когда, например, полученная словесная информация о которых сь события вызывает у человека определенную эмоциональную реакцию — она ??радуется, выражает удовлетворение или, наоборот, беспокоитсяться.

Предыдущая СОДЕРЖАНИЕ Следующая

Источник: https://uchebnikionline.com/psihologia/zagalna_psihologiya_-_skripchenko_ov/teoriyi_emotsiy.htm

Основы общей психологии

. . .

Эмоции, сколько-нибудь ярко выраженные, включают обычно широко разлитые органические изменения, охватывающие весь организм — работу сердца и кровеносных сосудов, органов дыхания, пищеварения, желез внутренней секреции, скелетной мускулатуры и т. д.

Изменения в сердечной деятельности и состоянии кровеносных сосудов при сколько-нибудь острых эмоциональных состояниях доступны наблюдению и невооружённым глазом.

При сильном испуге человек бледнеет — краска сходит у него с лица; при смущении люди часто краснеют, от стыда «вспыхивают»: краска стыда заливает лицо. В первом случае происходит сжатие, во втором — расширение поверхностных кровеносных сосудов лица.

При сильном эмоциональном возбуждении вообще наблюдается увеличение кровяного давления; в различных эмоциональных состояниях происходят различные изменения в силе и скорости сердечной деятельности.

Для регистрации этих изменений сердечной деятельности и кровеносной системы служит соответствующая аппаратура: кривая пульса фиксируется при помощи сфигмографа, кривая биения сердца — посредством кардиографа; определение кровенаполнения сосудов отдельных органов, или объёмного пульса, производится посредством плетисмографа.

Читайте также:  Фригидность - психология

На рисунке дана кривая пульса по А. Бине и Куртье: резкое падение кривой и уменьшение высоты пульсации вызваны были у очень пугливого субъекта возгласом: «Змея!».

Кривая пульса (по А. Бине и Куртье)

Более или менее значительные изменения происходят при эмоциональных процессах и в дыхательной системе: дыхание ускоряется или замедляется, становится более поверхностным или делается более глубоким, иногда переходя во вздох: иногда — например при неожиданном испуге — оно прерывается, во время смеха или рыданий приобретает спазматический характер.

Кривые дыхания фиксируются при помощи пнеймографа. Образцы кривых дыхания при различных эмоциях даны на помещённом ниже рисунке. Рисунок изображает (по Ж.

Дюма) кривые дыхания в состоянии: a) радости (17 вдыханий в минуту); b) пассивной грусти (9 вдыханий в минуту); с) активной грусти (20 вдыханий в минуту); d) страха, связанного с большим возбуждением (64 вдыхания в минуту — у больного, страдающего умственным расстройством); е) гнева (40 вдыханий в минуту у маньяка).

Кривые дыхания при различных эмоциях (по Ж. Дюма)

При сильном эмоциональном возбуждении наблюдаются изменения и в процессе пищеварения. При тревожных неприятных эмоциональных состояниях у человека часто появляется тяжесть в желудке. Неприятные эмоции тормозят деятельность кишечника, его перистальтику.

В опытах над животными это показали эксперименты Бергмана и Катца, а также Кеннона. Кеннон с помощью рентгеновских лучей наблюдал прекращение перистальтики кишечника у кошки, когда её привязали к стенке.

Бергман и Катц с помощью целлулоидного «окна», вставленного в брюшную полость кролика, наблюдали, как при неприятных для животного раздражениях (щипок и т. п.

) у него сразу прекращались перед тем очень интенсивные перистальтические движения кишечника.

Помимо того, при эмоциональных состояниях происходят и изменения в отделении пищеварительных соков. Опыты Павлова над собаками с перерезанным пищеводом, у которых пережёвываемая пища не попадала в желудок, показали, что пережёвывание приятной пищи вызывало обильное отделение желудочного сока, неприятная пища его не вызывала.

При отрицательных эмоциях (страхе, ярости и т. д.) наблюдается сокращение отделения не только желудочного сока, но также и слюны (сухость во рту при страхе, при сильном возбуждении). Эмоциональные состояния сказываются также на уменьшении отделения жёлчи и секреторной деятельности поджелудочной железы.

Изменения в железах вообще обычно широко включаются в течение эмоциональных процессов; это относится как к железам с внешней секрецией (усиление деятельности потовых желез при некоторых состояниях эмоционального возбуждения, слёзных желез — плач при горе, вышеупомянутые изменения в деятельности слюнных желез), так и к эндокринной системе, к железам с внутренней секрецией. Особое значение при эмоциях имеет выделение надпочечниками адреналина.

Опыты Кеннона над животными показали, что при эмоциональных реакциях типа ярости и страха происходит усиленное выделение надпочечниками адреналина. Этим вызывается усиленное поступление в кровь сахара, который под воздействием адреналина выделяется из гликогена печени. Кеннон производил свои опыты над кошками.

Стесняя свободу их движений, он вызывал у них бурные реакции ярости: волосы на спине у них становились дыбом, зрачки расширялись, они огрызались, стремясь освободиться.

Эти эмоциональные реакции всегда сочетались с усиленным выделением сахара, свидетельствовали об усиленном выделении надпочечниками адреналина, которым оно вызывается. Такой же результат получался в опытах Кеннона и тогда, когда кошка подвергалась нападению со стороны собаки и обнаруживала реакцию страха.

Последующие экспериментальные исследования обнаружили, что и у людей при сильном эмоциональном возбуждении — во время ответственных испытаний, при сильном напряжении во время спортивных состязаний — наблюдается повышенное количество сахара в крови, являющееся результатом и показателем усиленного поступления адреналина.

О связи эмоциональных состояний с повышением количества сахара в крови (и моче) свидетельствуют и клинические данные: влияние эмоциональных потрясений на состояние диабетиков (сахарная болезнь).

Усиленное выделение сахара в кровь, мобилизуемого печенью под воздействием адреналина, является не единственным следствием повышенного выделения адреналина в эмоциональных состояниях.

Взаимодействуя и кооперируя с симпатической нервной системой, адреналин, действие которого аналогично действию симпатической нервной системы, усиливая её действие, вызывает многообразные органические изменения — сужение сосудов, повышение кровяного давления, восстановление работоспособности утомлённой мышцы и т. д.

Помимо изменений, вызываемых секреторной деятельностью, в эмоциональных состояниях, происходят и другие химические явления — изменение количества кислорода в крови и кислотности крови (и слюны).

Источник: http://bookap.info/clasik/rubinshteyn/gl106.shtm

Рефлексы, эмоции, мотивы

На многочисленных примерах и по результатам экспериментальных исследований видно, что существует заметное сходство эмоциональных реакций и условно-рефлекторных реакций.

Например, эмоция страха высоты прослеживается в динамике, как результат предыдущих падений, неловких движений.

То есть, безусловно-рефлекторная реакция боли, вызывая генерализацию рефлекса, рано или поздно трансформируется в условно-рефлекторную реакцию страха.

Прежде чем представить какую-либо опасность и эмоционально отреагировать на неё, должна быть предыстория реального столкновения с этой опасностью и опыт реагирования «по горячим следам». Эмоция — это бессознательная оценка ситуации — результат длительной эволюции.

Когнитивная оценка ситуации, если она привела к возникновению эмоции, — это в любом случае возвращение к пережитым ранее первичным эмоциям.

А эмоции и мотивы деятельности возникающие, по «внутренним» причинам, похоже, мало чем отличаются от эмоций и мотивов, вызванных внешними причинами.

Проблематичность определения понятий «эмоция» и «мотив» отмечается многими авторами, особенно — их соотношение. Может быть, что-то проясняет факт, что эти слова имеют общее происхождение от «movere». Так, Х.

Хекхаузен (1986) на том основании, что мотивы поведения непосредственно не наблюдаемы относит их к гипотетическим конструктам и считает мотивами такие явления, как потребность, побуждение, влечение, склонность, стремление.

А эмоции или входят в состав мотивов (один подход), или ими являются, как, например, в гедонистических концепциях (другой подход). Есть ещё одна трудность: признание за эмоцией оценочной функции позволяет ошибочно полагать, что эмоция вторична по отношению к мотиву и потребности.

Или когда такое положение вещей, что мотивы и потребности стоят впереди эмоций, допускается самим автором. В таком случае, чтобы окончательно не запутаться, потребуются более жёсткие определения этих понятий, что тоже является довольно трудной задачей.

Если взять за ориентир условно-рефлекторную теорию, то эмоции в общепринятом их понимании, без сомнения, первичны, а потребности и мотивы — вторичны. Например, сначала возникает эмоция голода, а уж затем формируется потребность в еде и соответствующий мотив достижения.

Но вот пища становится доступной. Удовольствие от её поедания — это та же эмоция голода, только трансформированная (инвертированная) в положительную эмоцию — эйфорическое состояние с той же предметной основой.

То есть, эмоции и первичные, и вторичные (инверсии первичных эмоций, их развитие) лежат в основе мотивационных процессов, а не наоборот. Следовательно, первичные эмоции всегда отрицательные, а вторичные — положительные (результат инверсии).

Если происходит смещение, то смещённая эмоция (результат смещения) тоже относится к первичным эмоциям, так как имеет свой первичный условный сигнал и отрицательную эмоциональную окраску.

При экспериментальном изучении условных рефлексов И.П. Павлов обратил внимание на то, что эмоциональное реагирование на внешние раздражители, искажает или отменяет уже сформированные условные рефлексы, по-сути, влияя и на мотивацию. Этот феномен был назван «внешним торможением».

П.К. Анохин (1975) в своей концепции «афферентного синтеза», факторы внешнего торможения называет обстановочной афферентацией и для возникновения адекватного поведения учитывает, наряду с действием пускового стимула и обстановочной афферентацией, ещё фактор мотивации и прошлый опыт (память).

П.С. Купалов зависимые от влияния внешней среды рефлексы назвал ситуационными или обстановочными условными рефлексами.

Так, в экспериментальной или естественной обстановке, с возникновением болевой реакции, через какое-то время (возможно, пока ещё не прошла боль), обстановочные сигналы могут уже вызывать условно-рефлекторные реакции (состояние тревоги в стадии генерализации).

Читайте также:  Позитивная установка - психология

Если боль сильная, повторяющаяся, то может сформироваться условно-рефлекторная эмоция страха на какой-то один основной сигнал, например, на потерю опоры при падениях. Это тоже «смещение», в более широком его значении.

В данном примере, так как сигнал потери опоры не может предупредить падения, кошмарные падения во сне усиливают эту эмоцию страха до такой степени, чтобы произошло ещё одно смещение эмоции, в данном случае на условный сигнал высоты. Так формируется страх высоты.

Далее, если человеку приходится бывать на высоте или его деятельность мотивирована и связана с высотой, то страх высоты со временем ослабляется или заменяется ощущением эйфории.

Возможно, это связано с «накоплением» заторможенных условных связей на обстановочные сигналы, которые при повторяемости обстановки свидетельствуют о безопасности основного условного сигнала. Если ситуация контролируема (то есть человек может либо приблизиться, скажем, к обрыву, либо наоборот, если сильно страшно, отойти от края) то эти обстановочные сигналы свидетельствуют (на неосознаваемом уровне), что опасность не так велика. Если что-то повторяется — значит не опасно.

Существующие в подкорковых структурах мозга «система поощрения» (зоны удовольствия) и «система наказания» (зоны избегания, неудовольствия) — это, вероятно, последние звенья цепи, куда поступают сигналы об источнике опасности (например, сигнал высоты) и обстановочные сигналы, перед тем, как переключиться на эффекторные структуры.

Обе эти системы относятся к гипоталамо-лимбическому комплексу — области мозга, ответственной за эмоции. Но трансформируется (обрабатывается) сигнал в коре головного мозга. Если страх высоты сильный, то, естественно, преобладает активность центров наказания.

Если пребывание на высоте привычно, то, видимо, обстановочные сигналы тормозят центр наказания (страха), а соотношение обстановочных сигналов и условного сигнала (возможно, каких-то электрофизиологических параметров — чисто количественное) определяет уровень возбуждения центров удовольствия.

Так, если условный сигнал (признаки высоты) небольшой силы, а обстановочные усиливаются, то страх высоты проходит или сменяется состоянием эйфории (инверсия). Другими словами, если человек видит дно пропасти (условный сигнал), то страх сильный.

А если он видит зелёную траву на краю обрыва и обвязан страховочной верёвкой (обстановочные сигналы), — то страх ослабляется; или видит дно пропасти и обвязан верёвкой — возникает состояние эйфории. Всё зависит от предыдущего опыта.

То есть какие условные связи на обстановку были ранее образованы: сколько, какой силы и прочности, степень заторможенности. Следы предыдущего опыта хранятся в коре головного мозга; это промежуточное, но главное звено всех эмоциональных процессов. Начальное звено — уровень спинного, продолговатого мозга — генерирует безусловные рефлексы.

Эмоциональные процессы, как и условно-рефлекторные, постоянно находятся в динамике. Одни раздражители добавляются — другие исчезают. «Застывшего» условного рефлекса, эмоциональной реакции — в природе не существует.

Скорее, обычное эмоциональное состояние — это упрочнённые актуальные условные связи с признаками генерализации, когда условную эмоциональную реакцию начинают вызывать новые (похожие на старые) и некоторые обстановочные условные сигналы, а также происходит затормаживание новых и растормаживание старых (ранее заторможенных) условных связей.

Возможно, это одна из причин трудности в определении самого понятия «эмоция» и других понятий эмоциональной сферы: потребности, побуждения, мотива и т. д.

Например, А. Н. Леонтьев (1971,1975) мотив определил как опредмеченную потребность. В. К. Вилюнас (1990) отмечает признаки предметности и у эмоций.

Предметность — основополагающий признак. В условно-рефлекторной теории аналогом ему может быть условный сигнал. А состояние генерализации, когда действие условного (наличие предмета) и обстановочных сигналов может сочетаться, наиболее подходящим будет называть «ситуацией». Собственно, именно в таком смысле этот термин преимущественно и используется.

Образуется следующий ряд основных понятий (движение психических процессов совпадает с направлением по схеме снизу-вверх).

  • Доминирующая мотивация
  • Цель (подчиненная)
  • Мотив (подчиненный)
  • Положительная эмоция
  • Смещённая отрицательная эмоция
  • Отрицательная эмоция. Психическая травма
  • Болевая реакция
  • Физическое повреждение

Болевая реакция, как безусловный рефлекс, предметна в своей физиологической конкретности. Но со временем появляются признаки генерализации, что будет проявляться реакцией на обстановку состоянием тревоги (предметность, переходящая в ситуацию).

При упрочнении одной из условных связей и затормаживании других (обстановочных), возникает отрицательная эмоция, как реакция на этот условный сигнал (ситуация опять становится преимущественно предметной) — это признак смещения.

Сильная отрицательная эмоция, психическая травма могут приобретать некоторые свойства безусловного рефлекса, способны вторично вызывать генерализацию — образовывать обстановочные связи и выделять среди них один условный сигнал. То есть за смещением может последовать ещё одно смещение (ситуация с затормаживанием обстановочных рефлексов также становится преимущественно предметной).

Далее, отрицательная эмоция опять «обрастает» обстановочными рефлексами (реакциями), которые затормаживаясь и «накапливаясь», влияют на силу проявления основной эмоциональной реакции.

В какой-то момент, преобладание сигналов заторможенных обстановочных рефлексов при ослаблении условного сигнала приводит к тому, что знак эмоции меняется на положительный (предметность опять сменяется ситуативностью, но предмет в ситуации тот же) — это признак инверсии.

Мотив (подчинённый) — результирующее эмоциональное состояние, включающее отрицательную эмоцию (результат воздействия или лишения) и воображаемую, пережитую ранее положительную эмоцию, возникавшую при разрешении подобной проблемы. Преобладание первой или второй определяет каков будет мотив — избегание или устремление. (Предмет в ситуации тот же.)

Цель (подчиненная) — осознанный мотив (предметность в ситуации наиболее конкретна).

Доминирующая мотивация — доминанта — включает в себя подчиненные мотивы и цели (предметность в ситуации максимальна).

Ситуативный фактор в перечисленных выше феноменах (стадиях процесса) в любом случае присутствует. Это, главным образом, влияние условных обстановочных, ассоциативных связей доминирующей мотивации. То есть под влиянием доминирующей мотивации образуются новые мотивы путём инверсии отрицательных эмоций в положительные.

Принципиально важным для данных рассуждений является очевидный факт: разделение актуальных в данный момент мотивов и эмоций на главные, доминирующие и подчинённые, второстепенные.

Например, потребность в пище — это доминирующая мотивация, а вкусовые ощущения (оценка качества пищи) — подчинённые эмоции и мотивы. Доминирующие мотивации и эмоции ещё называют основными, ведущими, глубинными.

Вообще, доминантность мотивации относительна, и существует, пока актуализируются подчинённые мотивы. Подчинённые мотивы и эмоции могут называться ещё производными, ситуативными, конкретными.

Чаще всего, когда говорят собственно о мотивации, речь, видимо, идёт о главной, доминирующей мотивации. А мотив — это, скорее, подчинённое, конкретное побуждение.

Доминирующая мотивация преимущественно неосознанна. Это, например, в состоянии голода — желание еды, как таковой; подчинённый мотив более конкретен и более осознан (когда возникает желание сладкого, солёного, острого и т.д.).

По поводу проблемы взаимодействия доминирующей мотивации и подчинённого мотива, можно привести мнение, что мотивация — это совокупность мотивов (К.К. Платонов, 1986).

Если это так, то осознанные по очереди второстепенные мотивы, в разное время и в различных ситуациях, подчинённые какой-то главной мотивации, составляя эту мотивацию, делают её доминирующей, а мотивы в составе этой мотивации — неосознанными.

Получается, что подчинённые мотивы, как бы, «подпитывают», усиливают доминирующую мотивацию, за счёт «энергии» которой затем возникают всё новые и новые мотивы.

Эмоции отличаются только знаком и предметностью. Например, предметом эмоции страха высоты является потеря опоры. Такие эмоции относятся к простым..

Сложные эмоции состоят из более простых: зависть — это негативное отношение к кому-то (отрицательная эмоция) и желание иметь то, что он имеет (положительная эмоция привлекательности этой вещи); стыд — это переживание по поводу своего поступка и положительное отношение (симпатия, уважение) к кому-то или к окружающим, и т. д.

Однако в действительности, эмоции социального плана, как правило, осложнены механизмами переноса, проекции (смещение, инверсия) и др., и некоторые из эмоций, перечисленных здесь, возможно, могут быть разбиты на ещё более простые.

Такое сложение эмоций, вероятно, аналогично тому, что происходит при формировании мотива, когда положительная эмоция возникает на фоне отрицательной и на той же предметной основе. И, похоже, сложение происходит по тем же правилам: это наличие противоположных по знаку эмоций, и наличие общей предметной и ситуативной основы.

Читайте также:  Меломан - психология

Аналогичным образом, видимо, происходит сложение положительной доминирующей эмоции и отрицательной подчинённой эмоции. В результате, на предметной основе последней возникает положительная эмоция, а затем и мотив. Положительная эмоция и соответствующий мотив преимущественно ситуативны (хотя при осознании предстают в конкретной, предметной форме) именно потому, что «обременяются» ситуацией доминирующей мотивации.

Сильное влияние доминирующей мотивации может привести к тому, что предметом подчинённого мотива становится повреждающий фактор (например, слишком горячая еда).

Вредные привычки, зависимости, девиации поведения характеризуются тем, что мотив, возникший под воздействием очевидно повреждающего (травмирующего) фактора, становится доминирующим.

Вообще, разделить раздражители на вредные и полезные невозможно, потому что любой раздражитель при большой силе воздействия — вреден. Отсюда и возникают такие «сбои» в эмоциональной сфере.

Уменьшение повреждающего действия или отдаление опасности (изменение ситуации) вызывает положительные эмоции именно в отношении ослабленного повреждающего воздействия или удалённой опасности (фантомное удовлетворение). И именно потому, что, как уже отмечалось, не бывает абсолютно полезных и абсолютно безвредных окружающих факторов.

То есть нет идеальной цели (вообще без всякой вредности) к которой можно было бы стремиться. Но есть оптимальный путь, направление которого совпадает с ослаблением повреждающего фактора. Это направление определяется эмоциями (регулирующая функция): избеганием очень сильного повреждающего воздействия и стремлением к привычному, более слабому варианту этого воздействия.

Так повреждающие факторы (в широком смысле) могут становиться привлекательными.

По материалам статьи «Психология, сновидения, рефлексы»

Источник: http://oribus.ru/laboratorii/udivitelnaya-psixologiya/refleksy-emocii-motivy.html

Рефлексы и эмоции

Исследователи мимики неоднократно изучали вопрос об искусстве воспроизведения выражения лица при помощи приемов актерского мастерства. Как показали наблюдения, даже квалифицированным артистам не удавалось превзойти природу. Естественная мимика богаче, разнообразнее, тоньше.

Подлинные эмоции, воплощенные в мимике, и намеренное воспроизведение их с помощью мимических мышц не сравнимы. Теряются важные детали, изображения схематизируются. Каждый артист декларирует и реализует свое понимание экспрессии и ее законов, чаще всего самостоятельно открытых эмпирическим путем. Эти «законы» несомненно не могут претендовать на универсальность.

Эмоциональная экспрессия, демонстрируемая в театре и кино, как правило, преувеличеннее, чем в жизни, более подчеркнута и стереотипна.

Вероятно, поэтому, в реальных жизненных ситуациях люди способны в большинстве случаев безошибочно распознавать симуляцию эмоций без применения специальных приборов. А такие приборы есть.

Американский физиолог Экхард Гесс сконструировал пупиллометр для измерения величины зрачка при возбуждении и апробировал его в качестве индикатора эмоциональных состояний. Это устройство нашло применение на практике как «детектор лжи» [Liggett J., 1974].

Интересно, однако, отметить, что если эмоции вызывают мимические реакции, то вследствие обратной связи человек может заставить себя воспроизвести отражение какой-либо эмоции.

Так, реализация «периферической теории эмоций» Джемса Ланге привела к выводу, что можно улучшить настроение, отразив на лице веселье, радость. Оказалось, что мимические мышцы при такой произвольной тренировке создают обратную афферентацию. Психологи придают этому очень большое значение.

Объяснение мимики эмоциями в настоящее время не встречает возражений. И поскольку природа эмоций первоначально связана с безусловными рефлексами, последние определяют и мимику. В течение жизни ребенка условнорефлекторная основа эмоций играет большую роль.

Задача воспитателя заключается в том, чтобы научить регулировать эмоции, подчинить их воле, разуму. Одновременно эмоциональная мимика неизбежно приобретает произвольный, управляемый характер.

Эмоциональные состояния и мимика неразделимы. Их расхождение всегда искусственно. Так, в результате воспитания и тренировки тормозных реакций можно конструировать мимику по принципу «делать хорошую мину при плохой игре».

Добиться автоматизма в воспроизведении определенного выражения лица способен каждый, упражняясь перед зеркалом. В актерской профессии это необходимо.

Предполагается, что повторение одних и тех же мимических движений бесчисленное количество раз заставляет выработать стереотип, закрепляющий мимику превалирующей эмоции, или характерное выражение лица.

«Лицо человека», В.В. Куприянов, Г.В. Стовичек

Источник: http://www.vitaminov.net/rus-anatomy-face-section490-20172.html

Условно-рефлекторные активаторы эмоции

Кроме вышеописанных способов эмоция может проникать в сознание в виде отклика на условный стимул, то есть при помощи классических условно-рефлекторных механизмов. При выработке реакции животных чаще всего описывались как (Janis, Kagan.

Mahl, Holt, 1969, p. 42).

Кроме того, отдельные исследования процесса научения у животных также позволяют предположить, что страх как дискретная эмоция может быть вызван посредством (Miller, 1948; Liddell, 1962), и поэтому страх можно рассматривать как условную реакцию (УР).

Классическое обусловливание также можно рассматривать как источник случайно приобретаемой информации (Fair, 1969).

Условный стимул: 1) может не замечаться или осознаваться очень слабо, или 2) он может быть случайным светом, звуком или другим стимулом, не имеющим логической связи с безусловным стимулом (БС) или с безусловной реакцией (БР).

Таким образом, связь УС-БР может быть недоступной для логического осознания. Если безусловной реакцией является эмоция или недифференцированное возбуждение, то или стимул может вызывать серьезные последствия.

Исследования классического обусловливания, проведенные Лидделом (Liddell, 1962) на овцах, прекрасно проиллюстрировали связь между УС и БР (эмоцией) и продемонстрировали потенциальные опасности этого типа научения.

Лиддел обнаружил, что короткий разряд электрического тока, неощутимый для человека, вызывает у лабораторной овцы сильный страх, почти панику. После двадцатого удара током овца переставала проявлять страх, она реагировала на стимул энергичным сгибанием стимулируемой передней конечности, облизыванием носа, оскалом зубов и зевотой.

Чтобы выработать у нее условную реакцию, оказалось достаточным десятикратно предъявить удар тока (БС), связав его со звуком метронома (УС). После этого один только звук метронома вызывал у овцы страх и паническое поведение.

После ста одновременных предъявлений звуков метронома и удара током условная реакция страха сохранялась у животного до конца жизни. (р. 204). По мнению Лиддела, многие из человеческих эмоциональных переживаний имеют в своей основе такие же, . Если большинство эмоциональных реакций условно, индивид (р. 204).

В основе таких эмоций и вызываемых ими поведенческих реакций лежат либо ошибки восприятия, либо неверное толкование стимульной ситуации, и потому они являются неадаптивными или неэффективными для борьбы за выживание и должны рассматриваться как проявление невротизма (Liddell, 1962).

Этим печальным выводом Лиддел продолжает традицию, заложенную основателем бихевиоризма Джоном Б.

Уотсоном (Watson, 1919), который после проведенного совместно с Рэйнором эксперимента (Watson, Raynor, 1920) по изучению условной реакции страха у младенцев, пришел к заключению, что процесс эмоционального развития складывается из накопления условных эмоциональных реакций (УЭР). Такой вывод предполагает, что для избавления от нежелательной УЭР достаточно лишь установить и уничтожить (разоблачить) вызвавший ее безусловный стимул.

Современные исследования показали, что обусловливание не в состоянии объяснить целый ряд важных эмоциональных реакций, а тем более некоторые виды страхов и фобий (или ), которые упомянул Лиддел (Jacobs, Nadel, 1985).

Джейкобс и Нэйдел (Jacobs, Nadel, 1985) представили данные, свидетельствующие о том, что негативные эмоциональные состояния, или стресс, могут быть вызваны нарушениями ориентации в пространстве или в обстановке. В таком случае последовательность лишается присущей ей целенаправленности.

Кроме того, в сознании человека чаще возникают те страхи, которые он приобрел в раннем детстве до созревания гиппокампа (мозговая структура, опосредующая контекстуальное научение).

Исследования Джейкобса и Нэйдела сыграли важную роль в понимании страхов и фобий, и мы подробно опишем их в главе 12.

Другое направление научных исследований, которые занимаются влиянием эмоций на сознание, касается эффекта конгруэнтности настроения. Основная идея этих экспериментов заключается в том, что эмоции человека и его настроение оказывают непосредственное влияние на процесс обучения, проще говоря — человек лучше усваивает тот материал, который соответствует его настроению.

Гордон Бауэр со своими сотрудниками провел ряд экспериментов, в которых предлагал испытуемым изучить определенный эмоционально окрашенный материал.

Обнаружилось, что люди в грустном настроении лучше усваивают грустный материал, в радостном — радостный, в сердитом — злобный, и что эта закономерность справедлива по отношению к любой из эмоций (Bower, Gilligan, Monteiro, 1981).

Эмоции выступают в роли организующей силы сознания, они непрестанно упорядочивают и творчески реорганизуют поступающую от рецепторов информацию. По разнообразию аффектов, по богатству эмоциональной жизни человек не имеет себе равных среди представителей животного мира.

Источник: https://studlib.info/psikhologiya/699312-uslovno-reflektornye-aktivatory-yemocii/

Ссылка на основную публикацию