Как к детям относились в прошлом: история детства — психология

Отношение к детству

Как к детям относились в прошлом: история детства - психология

Во время голода и засухи они были вынуждены избавляться от детей. А Древняя Спарта отличилась довольно жестоким обращением с детьми – спартанцы избавлялись от физически слабых младенцев. Они объясняли это тем, что в будущем эти дети не смогу защитить своих родителей и свою страну.

Отношение к детству в разные периоды истории

В средневековье довольно часто встречался родительский деспотизм. Парадоксально то, что в Средние века детство не выделяли, как особую стадию развития личности.

С самого раннего возраста ребенка одевали в ту же одежду, что и взрослого и даже на картинах можно встретить изображение детей в пышных и нарядных одеждах. Только в 16 веке появилась одежде для детей.

А в России 16 века было принято абсолютное повиновение детей родителям, об этом можно узнать из «Домостроя», свода житейских наставлений.

На сегодняшний день можно говорить о значительном улучшении условий для детей. Заметно снизилась смертность, а у многих сирот есть возможность попасть в полноценную семью.

Но наряду с этим все чаще и чаще встречаются неполные семьи, а родители настолько заняты работой, что довольно редко видят своих детей. Практически все дети посещают школы, и проводят там большое количество времени. Так у детей есть возможность активно общаться со своими сверстниками и познавать мир. У современных детей есть собственные комнаты, компьютер и деньги на расходы.

Со временем изменилась и система воспитания детей. Но необходимо учитывать, что в каждой стране есть свои обычаи воспитания. Например, в средневековой Англии было принято отдавать детей кормилице. Она воспитывала их до полутора года, до десяти лет они находились в родительском доме, а затем их могли отдать на воспитание в другие семьи или в монастырь, закрытую школу и университет.

В 17 веке царили довольно суровые нравы относительно воспитания детей – невозможно было представить себе этот процесс без телесных наказаний. Со временем к воспитанию стали относиться более лояльно, а в современном мире совершенно иные взгляды на воспитание детей.

Детство и государство

В Российской Федерации детство, как и материнство, находится под защитой государство. Это установлено в Конституции, положения которой указывают на определенные права ребенка и матери. Также права ребенка защищены в Семейном кодексе Российской Федерации.

Прежде всего, это касается благоприятных условий труда для матерей. Это необходимо для того, чтобы женщина могла сочетать работу и материнство.

Нужна помощь в учебе?

Предыдущая тема: Определение детства: мир детства и отличие взрослых и детей
Следующая тема:   Воспитание детей: обязанности родителей и понятие воспитания

Источник: http://www.nado5.ru/e-book/otnoshenie-k-detstvu-v-raznye-periody-istorii-detstvo-i-gosudarstvo

Отношение к детям в разные эпохи

Отношение к детям в разные эпохи

Пытаясь выделить периоды с разными стилями воспитания детей, следует признать, что психогенная эволюция с неодинаковой скоростью протекаете разных генеалогических линиях, что многие родители как будто «застряли» на более раннем этапе, что даже в наши дни есть люди, которые бьют, убивают и насилуют детей.

Кроме того, существуют классовые и региональные различия, ставшие особенно важными в новое время, когда высшие классы перестали отсылать своих детей кормилицам и начали воспитывать их сами.

Поэтому, составляя схему периодизации, которая приводится ниже, я ориентировался на наиболее развитых в психогенном отношении родителей в наиболее развитых странах, а датировку привожу по самым ранним упоминаниям в источниках того или иного стиля отношений с детьми.

Шесть последовательных этапов показывают постепенное сближение ребенка и родителя по мере того, как поколение за поколением родители медленно преодолевают свои тревоги и начинают развивать способность распознавать и удовлетворять потребности ребенка. Кроме того, мне кажется, что схема дает еще и классификацию современных стилей воспитания детей.

(античность до IV века н. э.)

Над античным детством витает образ Медеи, поскольку миф в данном случае только отражает действительность.

Когда родители боялись, что ребенка будет трудно воспитать или прокормить, они обычно убивали его, и это оказывало огромное влияние на выживших детей.

У тех, кому повезло выжить, преобладали проективные реакции, а возвратные реакции находили выражение в гомосексуальных половых актах с детьми.

abandoning (IV-XIII века н. э.)

Родители начали признавать в ребенке душу, и единственным способом избежать проявления опасных для ребенка проекций был фактический отказ от него — отправляли ли его к кормилице, в монастырь или в заведение для маленьких детей, в дом другого знатного рода в качестве слуги или заложника, отдавали ли навсегда в чужую семью или окружали строгой эмоциональной холодностью дома. Символом этого стиля может быть Гризельда, которая охотно отказалась от своих детей, чтобы доказать любовь к мужу. Или, может быть, одна из популярных до тринадцатого века картин с изображением суровой Марии, которая крепко, почти до удушья сжимает в руках младенца Иисуса. Проекции по-прежнему очень сильны: ребенок полон зла, его надо все время бить. Однако возвратные реакции значительно ослабевают, что видно из уменьшения числа гомосексуальных связей с детьми.

(XIV-XVII века)

Ребенку было позволено влиться в эмоциональную жизнь родителей, однако он по-прежнему был вместилищем опасных проекций взрослых. Так, задачей родителей было «отлить» его в «форму», «выковать».

У философов от Доминичи до Локка самой популярной метафорой было сравнение детей с мягким воском, гипсом, глиной, которым надо придать форму. Этот этап отмечен сильной двойственностью.

Начало этапа можно приблизительно датировать четырнадцатым веком, когда появилось много руководств по воспитанию детей, распространился культ Марии и младенца Иисуса. а в искусстве стал популярным «образ заботливой матери».

(XVIII век)

Этот стиль стал возможен после грандиозного ослабления проективных реакций и фактического исчезновения возвратных реакций, что стало завершением великого перехода к новому стилю отношений.

Ребенок уже в гораздо меньшей степени был отдушиной для проекций, и родители не столько старались исследовать его изнутри с помощью клизмы, сколько сблизиться с ним более тесно и обрести власть над его умом и уже посредством этой власти контролировать его внутреннее состояние, гнев, потребности, мастурбацию, даже саму его волю. Когда ребенок воспитывался такими родителями, его нянчила родная мать; он не подвергался пеленанию и постоянным клизмам; его рано приучали ходить в туалет; не заставляли, а уговаривали; били иногда, но не систематически; наказывали за мастурбацию; повиноваться заставляли часто с помощью слов. Угрозы пускались в ход гораздо реже, так что стала вполне возможной истинная эмпатия.

https://www.youtube.com/watch?v=Urv8Y4OZBRk

Некоторым педиатрам удавалось добиться общего улучшения заботы родителей о детях и, как следствие, снижения детской смертности, что положило основу демографическим изменениям XVIII века.

(XIX век — середина XX)

Поскольку проекции продолжают ослабевать, воспитание ребенка заключается уже не столько в овладении его волей, сколько в тренировке ее, направлении на правильный путь. Ребенка учат приспосабливаться к обстоятельствам, социализируют.

До сих пор в большинстве случаев, когда обсуждают проблему воспитания детей, принимают как нечто само собой разумеющееся социализирующую модель, этот стиль отношений стал основой всех психологических моделей двадцатого века — от фрейдовской «канализации импульсов» до скиннеровского бихевиоризма. Особенно это относится к модели социологического функционализма.

В девятнадцатом веке отцы стали гораздо чаще выказывать интерес к своим детям, иногда даже освобождая мать от хлопот, связанных с воспитанием.

(с середины XX века)

Этот стиль основан на допущении, что ребенок лучше, чем родитель, знает свои потребности на каждой стадии развития. В жизни ребенка участвую» оба родителя, они понимают и удовлетворяют его растущие индивидуальные потребности. Не делается совершенно никаких попыток дисциплинировать или формировать «черты». Детей не бьют и не ругают, им прощают, если они в состоянии стресса устраивают сцены.

Такой стиль воспитания требует огромных затрат времени, энергии, а также бесед с ребенком, особенно в первые шесть лет, потому что помочь ребенку решать свои ежедневные задачи невозможно, не отвечая на его вопросы, не играя с ним.

Быть слугой, а не повелителем ребенка, разбираться в причинах его эмоциональных конфликтов, создавать условия для развития интересов, уметь спокойно относиться к периодам регресса в развитии — вот что подразумевает этот стиль, и пока еще немногие родители со всей последовательностью испробовали его на своих детях.

Из книг, в которых описываются дети, воспитанные в помогающем стиле, видно, что в итоге вырастают добрые, искренние люди, не подверженные депрессиям, с сильной волей, которые никогда не делают «как все» и не склоняются перед авторитетом.

Ллойд Демоз,

Историк, психолог, один из основателей психоистории

США

Источник: http://tvoymalysh.com.ua/view/6358

История детства: от «недовзрослого» до центра семьи

История детства: от «недовзрослого» до центра семьи

Сегодня жалуются и на преждевременное взросление современных детей, и на их инфантилизм — причём часто и на то, и на другое одновременно. Чтобы разобраться в том, сколько правды в этих претензиях, нужно вспомнить, какими были дети в другие эпохи, и как менялись представления о детстве как таковом.

Дети и работа

Возрастная психология на всю жизнь

В книге «Приключения доисторического мальчика» Эрнеста Д'Эрвильи девятилетний главный герой был ловким птицеловом: он умел вытаскивать птиц из гнёзд, не разбудив, и за это получал иногда кусок сырого костного мозга. Другой мальчик, шестилетний, оставался поддерживать огонь на всю ночь, пока старшие уходили на охоту. Погасни огонь, виноватого ожидало бы суровое наказание без скидок на возраст.

Фрагмент гравюры Густава Доре «Крестовый поход детей».

Думали ли наши далёкие предки о том, что ребёнок или юноша проживает «золотую пору», проживает этапы адаптации и социализации, исследует мир? Как правило, нет.

Куда больше их интересовало, сколько в племени рабочих рук. Подробной периодизации возрастов (ребёнок, подросток с тремя этапами пубертата, юноша) в те времена не было. Социальную взрослость уравнивали с биологической.

Способен держать вилы и вступать в брак? Стало быть, достаточно взрослый и для того, и для другого.

С ростом городов и развитием учебных заведений о вопросах детства начали говорить. Хотя и в это время получать образование в учебных заведениях или, тем более, у домашних учителей, могли далеко не все. Многим было вообще не до учёбы.

Немалую часть бытовых нужд крупного города конца XIX века, будь то Лондон, Париж, Санкт-Петербург или Нью-Йорк, обслуживали несовершеннолетние.

Детям из простых семей (а таких было большинство) приходилось работать газетчиками, чистильщиками сапог, точильщиками, разносчиками, помощниками различных мастеровых и ремесленников.

Юные продавцы газет. Нью-Йорк конца XIX века.

К некоторым работам специально привлекали именно детей. Например, маленький трубочист мог забраться туда, куда взрослый не пролезал.

В романе Чарльза Диккенса «Оливер Твист» один из персонажей, благодушно посмеиваясь, рассказывает о том, как помочь мальчику не застрять в дымоходе:

«Мальчишки — народ очень упрямый и очень ленивый, джентльмены, и ничего нет лучше славного горячего огонька, чтобы заставить их быстрёхонько спуститься. К тому же это доброе дело, джентльмены, потому как, если они застрянут в дымоходе, а им начнешь поджаривать пятки, они изо всех сил стараются высвободиться».

А в прежние-то времена: Древний Восток и педагогика не для всех

Девочки работали няньками, швеями и прачками, продавали цветы, спички, зелень и овощи. Кроме того, им нужно было выполнять домашние обязанности.

В мире без стиральных машин, пылесосов, синтетических материалов и бытовой химии это было непросто даже для взрослых женщин. Например, горячую воду требовалось таскать в вёдрах на нужный этаж, все поверхности в доме — оттирать тряпкой вручную, все вещи — чинить и штопать при тусклом свете свечи.

Когда вещь портилась (например, рвались носки или брюки) никому не приходило в голову выбросить её, если ещё можно поставить заплату.

Комната посещений в Брайдуэлле, тюрьме с работным домом, XVIII век.

Дети могли оказаться в работных домах, где помогали родителям почти в каторжных условиях или трудились самостоятельно (если их ловили за попрошайничеством и кражами).

Работные дома были кошмаром городской бедноты — многие предпочитали нищенство принудительному труду на производстве или в угольных шахтах. Кстати, профессиональное нищенство было самостоятельной специальностью со своими «университетами», «экзаменами» и возможностью карьерного роста.

Стоит ли говорить, что этот мир поощрял хитрость и хватку и не слишком ценил инфантилизм.

Дети в искусстве

В греческом искусстве можно встретить изображения детей, однако позже они исчезают. Римляне относились к детям уже с меньшим вниманием.

Детство перестаёт быть значимым, а поведение легендарных детей не отличается от поведения взрослых вымышленных персонажей.

Требования, которые предъявлялись к члену сообщества в средневековой деревне, не слишком отличались от тех, что существовали в доисторическом мире, пусть даже способы производства и ведения хозяйства стали иными.

На средневековых миниатюрах дети не появляются примерно до XII века, а первые их изображения — фигурки с нарушенными пропорциями, уменьшенные копии взрослых.

Долгое время иконография детства оставалась по большей части религиозной: если рисовали ребёнка, чаще всего это был младенец Иисус. Светские изображения детей начинают широко распространяться примерно с XV—XVI веков.

Читайте также:  Религия - психология

Эволюцию изображений детей в искусстве рассматривает, в частности, Филипп Арьес в книге «Ребёнок и семейная жизнь при старом порядке».

Детский групповой портрет XVIII века.

Дети и игры

Символические атрибуты детства («детская непосредственность», игры и игрушки, наивность, буквальность мышления, незнание правил) в классической культуре долго не встречали одобрения.

Идеалом были взрослость, разумность, способность говорить и вести себя как взрослый. Эти качества проповедовала философия Просвещения с её моральными поучениями для подрастающего поколения.

Ранняя взрослость могла обеспечить отпрыску успешное будущее, шла ли речь о том, чтобы в юном возрасте суметь распорядиться родительским состоянием, командовать нижестоящими, выжить трущобах или выбиться в люди.

В Новое время начинает формироваться другое понимание детства, предполагающее заботу о здоровье ребёнка, внимание к его физическому развитию и морали.

Эрнест Д'Эрвильи написал свою книгу о доисторическом мальчике в XIX веке, полагая, что в его времена условия жизни детей стали легче, а прогресс уступил место дикости.

Во многом это правда (доисторический ребёнок не гнушался сырым мясом, а условного Оливера Твиста это бы, как минимум, смутило), однако многие ситуации из XIX века очень далеки от сегодняшнего положения дел.

Постепенно мир переходит от модели «идеальные дети — маленькие взрослые» к представлению о детстве как о периоде, имеющем самостоятельную значимость. Со временем экономические условия изменились, и от детей перестали требовать раннего заработка. Более перспективной родительской инвестицией стало образование ребёнка.

Как менялись представления о Вселенной

Освободившееся пространство в жизни детей стало заполняться особенными «детскими» символами и конструктами.

 Жанры детской литературы обогащались: к религиозным наставлениям и нравоучениям для юношества добавились волшебные сказки, сентиментальные романы и приключенческие истории.

С развитием промышленности стало производиться всё больше детских вещей и игрушек, которые теперь не только копировали предметы из взрослого быта, но и учитывали интересы ребёнка.

Если прежде дети рождались чуть ли не каждый год, сегодня в развитых странах появление ребёнка — осознанное и важное решение, поэтому место детей — в центре семьи.

Идея «окультуривания» детей стала пересматриваться по мере того как в западном обществе нарастало критическое отношение к собственной культуре.

Институты и принципы воспитания стали рассматриваться некоторыми исследователями как репрессивные.

Согласно философу Мишелю Фуко, школа просвещенческого образца потрудилась над уравниванием и подавлением личности так же, как тюрьма и психиатрическая клиника.

Оформились отдельные дисциплины, изучающие проблематику детства и взросления: возрастная психология, эволюционная педагогика, социология детства.

Исследователи задумались о том, что детское восприятие и голос ребёнка имеют свою ценность и представляют интерес.

В частности, много сил изучению детства и взросления посвятила Франсуаза Дольто, французский психоаналитик и педиатр, автор книг «На стороне ребёнка» и «На стороне подростка».

Постепенно в ребёнке стали ценить пластичность сознания, фантазию, свежий взгляд на вещи, которые раньше считались «несовершенствами» и пробелами в воспитании. Благодаря психоанализу формируется идея о том, что «внутренний ребёнок» есть в каждом из нас, а авторы книг о нестандартном мышлении предлагают следовать примеру детей.

Сегодняшние дети: раннее взросление или инфантилизм?

Классические интервью с интеллектуалами XX века

Некоторые говорят, что современные дети слишком рано взрослеют: благодаря интернету они широко осведомлены, высказываются по поводу глобальных вопросов, выходят на митинги, имеют богатый словарный запас, умеют ориентироваться в информации, придумывают стартапы и читают лекции TED (в этом видео, например, тринадцатилетний Логан ЛаПлант, разработавший систему домашнего обучения под названием «хакскуллинг», излагает свои взгляды).

В то же время, многие жалуются на инфантилизм сегодняшних детей: они плохо ориентируются на местности, мало вовлечены в практическую деятельность, их знания не глубоки и не системны, а ещё они убеждены, что все им должны.

Да и вообще, кто такие «современные дети»? Условный подростковый возраст сегодня длится до окончания студенчества, а то и лет до 30, если после обучения в университете человек продолжает учиться и переучиваться.

Когда же, наконец, полагается вырасти?

Дело в том, что возрастные категории существуют только в корреляции друг с другом, поэтому изменение понимания детства невозможно без изменения трактовки взрослости.

Как мы помним, ещё древние греки жаловались на то, что молодежь не уважает старших. Однако то, что где-то дети не почитают стариков, то есть не видят ценности в их опыте, свидетельствует об изменении принципов трансляции знания.

Раньше «старик» был носителем знаний, но теперь информация перестала быть эксклюзивной, а функция старшего как её носителя стала отпадать. Поэтому и от взрослого сегодня требуется совсем иное. В частности, умение всё время адаптироваться.

Так что, если считать детство периодом обучения, то время «взрослых» уходит.

Дети, работающие на добыче угля в Индии.

Впрочем, не стоит забывать, что это «проблемы первого мира», обозначающие фронтир.

На практике состояние современного «детского вопроса» разнится от страны к стране и соответствует ситуации с правами человека в целом: отношение к ребёнку всегда отражает внимание к личности как таковой.

По сей день существует эксплуатация детского труда, на несовершеннолетних возлагаются тяжёлые домашние обязанности. В этой статье в «Википедии» можно найти карту мира, на которой указан возраст сексуального согласия в разных странах.

Так что, несмотря на изменение роли детства на западе, в целом ситуация неоднородна: пока одни тринадцатилетние выступают с лекциями, другие выходят замуж.

Возможно, детство и отрочество вовсе не «прошиты» в человеке, а представляют собой социокультурный конструкт, содержание которого может различаться от общества к обществу.

В то же время, актуализация этого конструкта воспитывает людей в согласии с теми или иными представлениями и становится частью их личностей.

 Так или наче, в наших силах сознательно проводить в жизнь тот образ детства, который мы считаем правильным.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://newtonew.com/parenting/childhood-then-and-now

Исторический анализ понятия детства: история детства и отражение детства в культуре как социально-исторического феномена

Исторический анализ понятия детства: история детства и отражение детства в культуре как социально-исторического феномена

Человек,   появляясь   на  свет,  наделен  лишь  самыми   элементарными механизмами для  поддержания  жизни.  По физическому  строению,  организации нервной  системы,  по типам деятельности и способам ее регуляции  человек — наиболее совершенное существо в природе.

Однако  по состоянию  в момент  рождения  в  эволюционном ряду  заметно падение  совершенства  — у  ребенка  отсутствуют какие-либо готовые  формы поведения. Как  правило, чем выше стоит живое  существо в ряду животных, тем дольше  длится его детство, тем беспомощнее это существо при рождении.

Таков один из парадоксов природы, который предопределяет историю детства. В ходе  истории  непрерывно  росло обогащение материальной  и  духовной культуры  человечества. За тысячелетия человеческий опыт увеличился во много тысяч  раз.

  Но  за  это  же  время  новорожденный  ребенок  практически  не изменился.

Детство — период,  продолжающийся  от  новорожденности  до   полной социальной   и,   следовательно,   психологической   зрелости;   это  период становления ребенка  полноценным  членом  человеческого  общества. При  этом продолжительность детства в первобытном обществе не равна  продолжительности детства  в  эпоху  средневековья или в наши дни.

Этапы  детства  человека — продукт  истории,  и они  столь  же  подвержены изменению, как и  тысячи лет назад. Поэтому нельзя изучать детство  ребенка и законы его становления  вне развития  человеческого  общества  и  законов,  определяющих  его  развитие.

Продолжительность   детства  находится  в   прямой   зависимости  от  уровня материальной и духовной культуры общества.

 Проблема истории  детства  — одна из наиболее  трудных  в  современной детской   психологии,  так  как  в  этой  области  невозможно  проводить  ни наблюдение,  ни  эксперимент. Теоретически  вопрос об  историческом  происхождении  периодов  детства  был разработан в трудах П. П.  Блонского, Л. С. Выготского, Д. Б. Эльконина.

Ход психического  развития  ребенка,  согласно  Л С. Выготскому, не подчиняется вечным законам  природы, законам созревания организма. Ход детского развития в классовом  обществе, считал он, «имеет  совершенно  определенный классовый смысл». Именно поэтому, он подчеркивал, что нет вечно детского, а существует лишь исторически детское.

Исторически  понятие детства связывается  не с биологическим состоянием незрелости,  а  с  определенным  социальным   статусом,  с  кругом  прав   и обязанностей,  присущих этому периоду  жизни, с  набором доступных для  него видов  и  форм  деятельности.

Французским демографом Филиппом Ариесом было собрано множество фактов о том, как в ходе истории в сознании художников писателей и ученых складывалось понятие детство. Его исследования в области изобразительного искусства привели его к выводу что до 12 века художники даже не пытались изображать детей, за исключением религиозных сюжетов.

Дифференциация возрастов человеческой  жизни и  в том числе — детства, по мнению Ф. Ариеса, формируется под влиянием социальных институтов, то есть новых форм общественной жизни,  порождаемых  развитием общества. Так, раннее детство впервые появляется внутри семьи,  где оно  связано со  специфическим общением  —  «нежением»  и  «балованием»  маленького ребенка.

  Ребенок  для родителей  —  просто   хорошенький,   забавный  малыш,  с  которым   можно развлекаться,  с удовольствием играть и  при  этом учить его и  воспитывать. Такова первичная, «семейная» концепция детства. Стремление «наряжать» детей, «баловать» и «нежить» их могло появиться только в семье.

Однако такой подход к детям как к «очаровательным игрушкам» не мог долго оставаться неизменным. Развитие  общества привело  к дальнейшему изменению отношения к  детям. Возникла новая  концепция детства. Для педагогов  XVII  века любовь  к детям выражалась уже не в баловании  и увеселении их, а в психологическом интересе к воспитанию и обучению.

Концепция рационального воспитания, основанного на  строгой дисциплине, проникает  в  семейную  жизнь  в  XVIII  веке.  Внимание  родителей  начинают привлекать все стороны детской  жизни. Но функцию организованной  подготовки детей   к   взрослой  жизни  принимает  на  себя  не  семья,  а  специальное общественное учреждение  — школа.

Школа   благодаря   своей   регулярной,   упорядоченной   структуре способствовала  дальнейшей  дифференциации   того   периода  жизни,  который обозначается общим словом  «детство». Универсальной  мерой,  задающей  новую разметку детства, стал «класс». Ребенок вступает в новый возраст каждый год, как только меняет класс.

В прошлом жизнь ребенка и детство не подразделялись на такие тонкие слои. Класс стал поэтому определяющим  фактором  в  процессе дифференциации возрастов внутри самого детства или отрочества. Исследование  Ф.Ариеса посвящено  возникновению  понятия о детстве  или,  говоря  иначе, проблеме осознания  детства  как общественного феномена.   Но   анализируя  концепцию   Ф.

   Ариеса,   необходимо   помнить психологические  законы  осознания.   Прежде  всего,  как   говорил  JI.  С. Выготский,  «чтобы  осознать, нужно иметь  то, что должно быть  осознано». И далее  детально   изучая  процесс   осознания,  Ж.  Пиаже  подчеркивал,  что существует   неизбежное  запаздывание  и   принципиальное   различие   между становлением реального явления и его рефлективным отражением.

Детство  имеет  свои  законы и,  естественно, не зависит  от того,  что художники начинают  обращать на  детей внимание  и  изображать  их  на своих полотнах. Если  даже  признать  бесспорным суждение  Ф.

Ариеса  о  том,  что искусство есть отраженная  картина нравов, художественные произведения  сами по себе не могут дать всех необходимых данных для анализа понятия детства, и не со всеми выводами автора можно согласиться. Исследование Ф.

Ариеса начинается со Средневековья, ибо лишь в то время появляются живописные сюжеты с изображением детей. Но забота о детях, идея воспитания, разумеется, появились задолго до средних веков. Уже у Аристотеля встречаются мысли, посвященные детям. К тому же работа Ф.

  Ариеса ограничена исследованием детства только европейского ребенка из высших слоев общества и описывает  историю  детства  вне  связи  с  социально-экономическим  уровнем развития общества.

     Как подчеркивал Д.  Б.  Эльконин,   детство  возникает  тогда,   когда  ребенка  нельзя непосредственно  включить в систему общественного воспроизводства, поскольку ребенок  еще  не  может  овладеть  орудиями  труда  в силу  их  сложности.

В результате  этого  естественное  включение  детей  в  производительный  труд отодвигается. По мнению Д. Б. Эльконина, это удлинение во времени происходит не  путем надстраивания  нового  периода  развития над уже  имеющимися  (как считал  Ф.

  Ариес),  а   путем  своеобразного  вклинивания   нового  периода развития,,  приводящего  к  «сдвигу  во  времени  вверх»  периода  овладения орудиями  производства. Д.  Б.

  Эльконин блестяще  раскрыл  эти  особенности детства   при  анализе  возникновения  сюжетно-ролевой   игры   и  детальном рассмотрении психологических особенностей младшего школьного возраста.

Согласно   взглядам  советских психологов,  изучать  детское  развитие исторически значит  изучать  переход ребенка от одной возрастной ступени к другой, изучать изменение его личности внутри каждого возрастного периода,  происходящее  в конкретных исторических условиях.

И хотя  история  детства еще не исследована  в  достаточной  мере, важна сама  постановка  этого  вопроса  в психологии  XX  века. И если, согласно  Д. Б.  Эльконину, на многие вопросы  теории психического  развития ребенка еще нет ответа, то  путь решения уже можно представить.

И видится он в свете исторического изучения детства.

Источник: http://agespsyh.ru/vozrastnaya-psikhologiya-psikhologiya-razvitiya/27-istoricheskij-analiz-ponjatija-detstva-istorija.html

Как к детям относились в прошлом: история детства

Как к детям относились в прошлом: история детства

Медея убивает своих сыновей

В истории человечества отношение к детям, к детству, в целом отношения родителей и детей менялись очень разительно, и чтобы понять сегодняшний этап нашей жизни, полезно знать, как дела обстояли в прошлом.

Читайте также:  Атрибуция диспозиционная - психология

В античное время, вплоть до IV века н.э,. убийство детей считалось нормальным. Когда родители боялись, что ребенка будет трудно воспитать или прокормить, они обычно убивали его.

В древности ребенка легко могли убить из-за физического недостатка или из опасений, что ребенка будет трудно прокормить. Родители чаще оставляли в живых мальчиков, чем девочек.

Семейное письмецо первого века. Автор-римлянин пишет своей (видимо, любимой) супруге: «Приветствие Илариона его дорогой Алис, а также дорогому Бероусу и Аполлинариону. Мы все еще в Александрии.

Не беспокойся, если я задержусь и остальные вернутся раньше. Присмотри за нашим малюткой. Как только со мной расплатятся, вышлю деньги. Если — молю об этом богов — ты благополучно родишь, мальчика оставь, а девочку выбрось.

Ты сказала Афродизиасу, чтоб я тебя не забывал. Как я могу забыть тебя? Не волнуйся».

В 79 семьях, получивших гражданство Милета около 228-220 гг. до н. э. было 118 сыновей и 28 дочерей

Детей часто приносили в жертву богам. Такой обычай существовал у многих народов: ирландских кельтов, галлов, скандинавов, египтян, и др. Даже в Риме, оплоте цивилизованного мира, детские жертвоприношения полулегально существовали.

Умерщвление детей считалось нормой вплоть до четвертого века нашей эры. Лишь 374 г. н.э. стараниями церкви был принят закон, осуждающий убийство детей. Тем не менее, убийство незаконных детей было обычным делом вплоть до девятнадцатого века.

Чтобы сделать детей послушными, взрослые пугали их всякого рода страшилищами. Большинство древних соглашалось, что было бы хорошо постоянно держать перед детьми изображения ночных демонов и ведьм, всегда готовых их украсть, съесть, разорвать на куски.

В IV-XIII века н. э. нормальным считалось отказаться от ребенка, отправить его к кормилице, в монастырь или в заведение для маленьких детей, в дом другого знатного рода в качестве слуги или заложника.

В другую семью ребенка могли продать, он был обычным товаром. Дома к ребенку относились как ко взрослому человеку, сразу нагружали его работой.

С трех лет он мог работать на огороде или в доме наравне с другими взрослыми.

Традиция отдавать детей была столь сильна, что существовала в Англии и в Америке до восемнадцатого века, во Франции — до девятнадцатого, в Германии — до двадцатого. В 1780 г.

глава парижской полиции дает такие ориентировочные цифры: каждый год в городе рождается 21000 детей, из них 17000 посылают в деревни кормилицам, 2000 или 3000 отправляют в дома для младенцев, 700 вынянчиваются кормилицами в доме родителей, и лишь 700 кормят грудью матери.

Дети всегда и везде плохо питались. Даже в богатых семьях считалось, что рацион детей, особенно девочек, должен быть очень скудным, а мясо лучше давать в очень небольших количествах или не давать вовсе.

Со времен Рима мальчики и девочки всегда прислуживали родителям за столом, а в средние века все дети, за исключением разве что Членов королевской семьи, использовались как слуги. Лишь в девятнадцатом веке использование детского труда стало предметом обсуждения.

В средневековье детей часто выводили всем классом из школы, чтобы они посмотрели на повешение, родители также часто брали детей на это зрелище. Считалось, что вид казней и трупов полезен для воспитания детей.

Роль «пугала» для детей в это время брала на себя церковь. После Реформации сам Бог, который «обрекает вас геенне огненной, как вы обрекаете пауков или других отвратительных насекомых огню», был главным страшилищем для запугивания детей.

XIV-XVII века — ребенку уже позволено влиться в эмоциональную жизнь родителей. однако главная задача родителей — «отлить» его в «форму», «выковать».

У философов от Доминичи до Локка самой популярной метафорой было сравнение детей с мягким воском, гипсом, глиной, которым надо придать форму.

Появилось много руководств по воспитанию детей, распространился культ Марии и младенца Иисуса. а в искусстве стал популярным «образ заботливой матери».

До восемнадцатого века очень большой процент детей регулярно били. Орудиями битья были разнообразные кнуты и хлысты, палки и многое другое. Даже принадлежность к королевской семье не освобождала от побоев.

Уже будучи королем, Людовик XIII часто в ужасе просыпался по ночам, ожидая утренней порки.

В день коронации восьмилетнего Людовика высекли, и он сказал: «Лучше я обойдусь без всех этих почестей, лишь бы меня не секли».

Только в эпоху Возрождения стали всерьез поговаривать, что детей не следует бить так жестоко, и то люди, говорившие это, обычно соглашались с необходимостью битья в разумных пределах.

До восемнадцатого века детей не приучали ходить на горшок, а ставили им вместо этого клизмы и свечи, давали слабительное и рвотное, независимо от того, были ли они здоровы или больны.

Считалось, что в кишечнике детей таится нечто дерзкое, злобное и непокорное по отношению ко взрослым.

То, что испражнения ребенка плохо пахли и выглядели, означало, что на самом деле где-то в глубине он плохо относится к окружающим.

XVIII век — родители стараются обрести власть над его умом и уже посредством этой власти контролировать его внутреннее состояние, гнев, потребности, мастурбацию, даже саму его волю.

Когда ребенок воспитывался такими родителями, его нянчила родная мать; он не подвергался пеленанию и постоянным клизмам; его рано приучали ходить в туалет; не заставляли, а уговаривали; били иногда, но не систематически; наказывали за мастурбацию; повиноваться заставляли часто с помощью слов, а не только угрозами.

Некоторым педиатрам удавалось добиться общего улучшения заботы родителей о детях и, как следствие, снижения детской смертности, что положило основу демографическим изменениям XVIII века.

Попытки ограничить телесные наказания для детей делались и в семнадцатом веке, но самые крупные сдвиги произошли в восемнадцатом столетии. В девятнадцатом веке старомодные порки начали терять популярность в большей части Европы и Америки. Наиболее затяжным этот процесс оказался в Германии, где до сих пор 80% родителей признаются, что бьют своих детей.

Когда церковь перестала возглавлять кампанию по запугиванию, появились новые страшные персонажи: приведения, вервольфы и др. «Нянька взяла моду утихомиривать капризного ребенка следующим образом.

Она нелепо наряжается, входит в комнату, рычит и вопит на ребенка мерзким голосом, раздражающим нежные детские уши.

В это же время, подойдя близко, жестикуляцией дает понять ребенку, что он будет сейчас проглочен».

Традиции запугивания детей стали подвергаться нападкам лишь в девятнадцатом веке.

Почти всемирным обычаем было ограничение свободы движений ребенка различными приспособлениями. Важнейшей стороной жизни ребенка в его ранние годы было пеленание.

Как показали последние медицинские исследования, спеленутые дети крайне пассивны, сердцебиение замедленно, кричат они меньше, спят гораздо больше, и в целом настолько тихи и вялы, что доставляют родителям очень мало хлопот.

Когда ребенок выходил из пеленочного возраста, к нему применяли другие способы ограничения подвижности, в каждой стране и для каждой эпохи свои. Иногда детей привязывали к стульям, чтобы они не могли ползать. До девятнадцатого века к одежде ребенка привязывали помочи, чтобы лучше следить за ним и направлять в нужную сторону.

XIX век — середина XX. Воспитание ребенка заключается уже не столько в овладении его волей, сколько в тренировке ее, направлении на правильный путь. Ребенка учат приспосабливаться к обстоятельствам, социализируют. В девятнадцатом веке отцы стали гораздо чаще выказывать интерес к своим детям, иногда даже освобождая мать от хлопот, связанных с воспитанием.

До двадцатого века маленьких детей было принято оставлять одних. Родители редко заботились о безопасности детей и предотвращении несчастий.

Когда наказание битьем стало выходить из моды, потребовалось другие наказания, чтобы делать детей послушными. К примеру, в восемнадцатом и девятнадцатом веках стало очень популярном запирать детей в темноте.

С середины XX века популярным стал помогающий стиль. Этот стиль основан на допущении, что ребенок лучше, чем родитель, знает свои потребности на каждой стадии развития.

В жизни ребенка участвуют оба родителя, они понимают и удовлетворяют его растущие индивидуальные потребности. Не делается совершенно никаких попыток дисциплинировать или формировать «черты». Детей не бьют и не ругают, им прощают, если они в состоянии стресса устраивают сцены.

Родители считают нормальным быть слугой, а не старшим в семье. Главным в семье становится — ребенок.

В подготовке статьи использованы материалы Ллойд Демоз «Психоистория» (глава «Эволюция детства»)

Источник: http://getmedic.ru/lichnaya-zhizn/79427-zhizn-detej-v-19-veke

Об отношении к детям на протяжении истории человечества-1

Об отношении к детям на протяжении истории человечества-1

Очередной текст, написанный по заказу Гостелерадио Гламурного Журнала, но представляющий и некоторую негламурную ценность. Первые его две части довольно жесткие, поэтому под кат заглядывайте с осторожностью. 

Тем, кто интересуется вопросом более подробно, рекомендую «Психоисторию» Ллойда Демоза, «О процессе цивилизации» Норберта Элиаса, а так же труды Арно Грюна и Кристианен Бассиюни.

«Золотое детство», «счастливое детство», «детство – беззаботная пора» — знакомые выражения? Мы редко задумываемся о том, как изменились в ходе истории человечества нормы жизни, представления о плохом и хорошем, жестоком и добром, правильном и неправильном. А между тем, это так, и детство наших предков очень трудно назвать «лучшими годами жизни». Более того, чем дальше мы заглянем вглубь истории, тем больше увидим жестокости к детям.

Есть два главных условия здоровой душевной жизни ребенка (помимо любви): эмпатия и последовательное воспитание: когда понятно, за что именно тебя наказывают или хвалят, что можно, а что нельзя – при этом «нельзя» не чересчур много, а «надо» выполнимы.

Последовательность в воспитании появилась далеко не сразу: первобытные предки легко били и убивали детей, но не в наказание за проступок («у нас за это едят»), а по прихоти родителей или из-за суеверий племени.

Эмпатия же к детям (способность с помощью сопереживания внимательно относиться к чувствам другого человека) зародилась относительно недавно и в нашей стране до сих пор отнюдь не стала общепринятой нормой.

Дети (особенно собственные) – это главный объект проекций взрослого. Например, если взрослый в глубине души считает себя плохим, порочным, полным недостойных желаний, то он будет уверен, что и ребенок их испытывает. Если взрослый бессознательно полагает, что заслуживает наказания, то будет наказывать детей и т.п.

Кроме того, большинству взрослых свойственно делать с детьми именно то, что с ними делали в детстве (хотя есть люди–исключения, а так же те, кто, так или иначе, проработал свои проблемы).

Каждый стиль воспитания формирует свой тип характера, с присущими ему психологическими особенностями и проблемами. Поэтому общепринятое отношение к детям в конкретном обществе формирует то, какие люди будут составлять это общество спустя 20 лет и позже.

Хотя в каждую эпоху есть люди, которые психологически отстают от своего времени (человека, считавшегося совершенно нормальным в архаическом обществе, мы сегодня назовем сумасшедшим) или опережают его (и становятся либо носителями прогрессивных идей, либо невротиками, которые с трудом справляются с жестокостью окружающего их мира – совершенно нормальной для их современников).

К счастью, на всем протяжении истории человечества в каждом поколении родителей появлялись те, кто относился к своим детям лучше, чем это было принято в его детстве.

Именно благодаря таким людям отношение к детям постепенно становится более добрым и принимающим.

В этом кроется причина определенного психологического прогресса: человечество психологически взрослеет, очень медленно (и неоднородно) двигаясь от состояния психики, свойственного младенцам к относительной зрелости.

Архаическое общество

О том, как обращались с детьми люди первобытной культуры, мы можем судить как по археологическим данным, так и по тому, как ведут себя с детьми сегодня австралийские, африканские и другие племена охотников и собирателей.

В архаическом обществе детоубийство – широко распространенное явление, обыденная норма, а ребенок просто не считается человеком до того, как в подростковом возрасте пройдет кровавый обряд инициации (во время которого совершенно не обязательно сможет выжить). Ребенок – это нечто не имеющее ни чувств, ни прав. Поэтому детоубийственные импульсы (возникающие в любой культуре) не считают нужным подавлять.

Родители охотно едят детей, причем не от голода, а ради удовольствия (это называется «голод к младенцам») или с магическими целями. Оставшихся детей воспитывают в суровом небрежении.

Даже в тех племенах, которые вызывают похвалы антропологов внимательным отношением к малышам, это внимание обычно только к нуждам тела, а не к чувствам. Исследователь воспитания у аборигенов А.

Хипплер писал: «Я никогда не видел, чтобы хоть один взрослый йолнгу, любого пола и возраста, прогуливал малыша, начинающего ходить, показывал ему мир, объяснял что-нибудь, проявлял эмпатию к его потребностям».

И даже физически заботливые матери без переживаний убивают или бросают своих детей, с которыми еще за неделю до того возились.

Каким вырастет ребенок, в воспитании которого нет никакой последовательности? До душевных потребностей которого никому нет дела? Которого не считают человеком?

Читайте также:  Канадская система образования - психология

Став взрослым, так выращенный человек живет в постоянном страхе перед жестоким и непредсказуемым миром. Он придумывает себе чудовищных божеств, которых надо подкупать человеческими жертвами – они символизируют его непоследовательных и жестоких родителей.

Он вынужден постоянно совершать магические обряды, чтобы хоть немного уменьшить мучительную тревогу. Радость его всегда омрачается страхом расплаты, поэтому, когда происходит что-то хорошее, нужно срочно умилостивить жестоких божеств, а то отнимут: именно так поступали с этим человеком его родители.

Он не ощущает границ своей личности (их постоянно нарушали в его детстве; фактически, их даже просто не определили), поэтому никогда не становится душевно зрелым отдельным человеком, а только частью племени – ведь и его родители провели жизнь в том психологическом слиянии с другими, которое в нашей культуре свойственно только младенцам. Насилие для него норма: жизнь первобытных племен полна кровавых обрядов и традиций (инициации, каннибализм, охота за головами и т.д.). Он не знает ни вины, ни ответственности. Он предпочитает суровые условия жизни и вечные лишения, так как это соответствует его внутренней жизни. Он жесток к своим детям.

Античное и раннее христианское общество (до 4 века н.э.)

Появились жестокие наказания «по поводу» – в этом были зачатки последовательности и внимания к детям (пусть и отрицательного), что, как ни странно, было шагом вперёд.

Ребенок считался собственностью родителей, с которой можно законно делать всё, что захочется: детоубийство оставалось нормой. Аристипп говорит, что мужчина может делать со своими детьми все, что ему заблагорассудится, ибо «разве мы не сплевываем лишнюю слюну или не отшвыриваем вошь, как нечто ненужное и чужеродное?».

Убивали почти всех незаконнорождённых и огромный процент законных детей; девочек – гораздо чаще, чем мальчиков. Как писал Посейдипп «даже богатые люди почти всегда бросают дочь».

«Бросают» – это вовсе не «отдают в приют», «бросают» – это убивают или выбрасывают. Если брошенный ребенок выживал, то обычно становился рабом или храмовой проституткой.

Повсеместно одобрялось убийство больных и слабых детей. Сенека писал: «Мы разбиваем голову бешеному псу; мы закалываем неистового быка; больную овцу мы пускаем под нож, иначе она заразит остальное стадо; ненормальное потомство мы уничтожаем; точно так же мы топим детей, которые при рождении оказываются слабыми и ненормальными. Так что это не гнев, а разум, отделяющий больное от здорового».

Легальным было принесение детей в жертву для религиозных обрядов и других нужд (например, замуровывание в стену при закладке здания).

Сексуальное использование детей, в том числе самых маленьких, считалось нормальным и законным – упоминаниями об этом полны античные переписка, мемуары и философские трактаты.

Человек античности жил в пугающем мире кошмаров и суеверий. Он растворялся в окружающих.

Боги – проекции бессознательных страхов и родительских фигур, по-прежнему требовали жертв, часто человеческих и отличались жестокостью и непоследовательностью (вспомним мифы древней Греции, где боги ведут себя как шайка распоясавшихся хулиганов), хотя в отличие от хтонических чудовищ первобытных предков, уже приобрели человеческие черты. Люди наслаждались насилием: бои гладиаторов, мастерские для калечения детей, живые картины, в которых использовали убийства и истязания и т.д.

Несмотря на интеллектуальную и эстетическую зрелость, несмотря на развитие философской мысли, эмоционально и психологически большинство людей античности находились на уровне детей до 3 лет: были жестоки, не умели сострадать и мечтали о еде и удовольствиях, в том числе садистических («хлеба и зрелищ!»). Хотя это был шаг вперед, по сравнению с младенческим состоянием психики человека в архаическом обществе.

С 4 по 13 век нашей эры

В Европе сказывается влияние христианства: детоубийства становились не такими распространенными и считались не законными (хотя детская смертность всё ещё очень высока, в частности потому, что о безопасности детей очень мало заботятся).

С первых дней жизни детей отсылали на несколько лет кормилицам (все, кому позволял доход), а потом в услужение, в заложники (в дворянских семьях), в монастыри или просто на воспитание в другие семьи. 

Характер людей в это время меняется. В прежние времена главным страхом детства было то, что тебя убьют, а теперь, что тебя покинут: родители, а потом и Бог, на которого средневековые люди проецировали свой детский страх оставленности.

С этим связаны тоска, страхи и агрессия человека этой эпохи. Чтобы справляться с этими переживаниями люди объединялись в группы, символизировавшие родство и близость: феодальные структуры (король или сюзерен начинают восприниматься как отец), монастырские и цеховые братства.

 
Продолжение следует…

Источник: https://budurada.livejournal.com/118682.html

Детство как предмет науки. Причины возникновения детской психологии

Наука о психическом развитии ребенка — детская психология — зародилась как ветвь сравнительной психологии в конце XIX в. Точкой отсчета для систематических исследований психологии ребенка служит книга немецкого ученого-дарвиниста Вильгельма Прейера «Душа ребенка». В ней В.

Прейер описывает результаты ежедневных наблюдений за развитием своей дочери, обращая внимание на развитие органов чувств, моторики, воли, рассудка и языка. Несмотря на то, что наблюдения за развитием ребенка велись задолго по появления книги В.

Прейера, его бесспорный приоритет определяется обращением к изучению самых ранних лет жизни ребенка и введением в детскую психологию метода объективного наблюдения, разработанного по аналогии с методами естественных наук. Взгляды В. Прейера с современной точки зрения воспринимаются как наивные, ограниченные уровнем развития науки XIX в.

он, например, рассматривал психическое развитие ребенка как частный вариант биологического. (Хотя, строго говоря, и сейчас есть и скрытые, и явные сторонники этой идеи…) Однако В. Прейер первый осуществил переход от интроспективного к объективному исследованию психики ребенка. Поэтому, по единодушному признанию психологов, он считается основателем детской психологии.

Объективные условия становления детской психологии, которые сложились к концу XIX в., связаны с интенсивным развитием промышленности, с новым уровнем общественной жизни, что создавало необходимость возникновения современной школы.

Учителей интересовал вопрос: как учить и воспитывать детей? Родители и учителя перестали рассматривать физические наказания как эффективный метод воспитания — появились более демократичные семьи. Задача понимания ребенка стала на очередь дня. С другой стороны, желание понять себя как взрослого человека побудило исследователей относиться к детству более внимательно — только через изучение психологии ребенка лежит путь к пониманию того, что собой представляет психология взрослого человека.

Исторический анализ понятия «детство».

О парадоксах детского развития писали В. Штерн, Ж. Пиаже, И.А. Соколянский и многие другие. Д.Б. Эльконин говорил, что парадоксы в детской психологии — это загадки развития, которые ученым еще предстоит разгадать.
Первый парадокс.

Человек, появляясь на свет, наделен лишь самыми элементарными механизмами для поддержания жизни. По физическому строению, организации нервной системы, по типам деятельности и способам ее регуляции человек — наиболее совершенное существо в природе.

Однако по состоянию на момент рождения в эволюционном ряду заметно падение совершенства — у ребенка отсутствуют какие-либо готовые формы поведения

Как правило, чем выше стоит живое существо в ряду животных, тем дольше длится его детство, тем беспомощнее это существо при рождении. Таков один из парадоксов природы, который предопределяет историю детства.
П.П.

Блонский заметил, что по отношению к продолжительности всей жизни детство составляет у кошки — 8%, у собаки — 13%, у слона — 29%, у человека — 33%. Детство человека, таким образом, относительно самое продолжительное. Одновременно с этим в ходе эволюции уменьшается отношение продолжительности утробного детства к внеутробному.

Так, у кошки оно составляет 15%, у собаки — 9%,у слона — 6%, у человека — 3%. Это свидетельствует о том, что психические механизмы поведения человека формируются прижизненно.

Второй парадокс. В ходе истории непрерывно росло обогащение материальной и духовной культуры человечества. За тысячелетия человеческий опыт увеличился во много тысяч раз. Но за это же время новорожденный ребенок практически не изменился.

Опираясь на данные антропологов об анатомо-морфологическом сходстве кроманьонца и современного европейца, можно предположить, что новорожденный современного человека ни в чем существенном не отличается от новорожденного, жившего десятки тысяч лет назад.

Детствопериод, продолжающийся от новорожденности до полной социальной и, следовательно, психологической зрелости; это период становления ребенка полноценным членом человеческого общества.

При этом продолжительность детства в первобытном обществе не равна продолжительности детства в эпоху средневековья или в наши дни. Этапы детства человека — продукт истории, и они столь же подвержены изменению, как и тысячи лет назад.

Поэтому нельзя изучать детство ребенка и законы его становления вне развития человеческого общества и законов, определяющих его развитие. Продолжительность детства находится в прямой зависимости от уровня материальной и духовной культуры общества.

Проблема истории детства — одна из наиболее трудных в современной детской психологии, так как в этой области невозможно проводить ни наблюдение, ни эксперимент.

Можно сказать, что экспериментальным фактам предшествовала теория. Теоретически вопрос об историческом происхождении периодов детства был разработан в трудах П.П. Блонского, Л.С. Выготского, Д.Б. Эльконина.
В учебнике «Педология» П.П. Блонский писал: «Детство — возраст развития.

Чем развитей животное, тем длительней в общем время его развития и тем в то же время быстрее темпы этого развития. Иметь короткое детство, значит, иметь мало времени для развития, а иметь при этом еще и медленные темпы развития, значит развиваться медленно и недолгое время. Человек развивается дольше и быстрее, чем какое бы то ни было животное.

Современный человек при благоприятных социальных условиях развития развивается дольше и быстрее человека прежних исторических эпох…

Исторически понятие детства связывается не с биологическим состоянием незрелости, а с определенным социальным статусом, с кругом прав и обязанностей, присущих этому периоду жизни, с набором доступных для него видов и форм деятельности.

Особенности детства современных детей.

В процессе технической революции детство современного ребёнка приобрело новые,

специфические для нашей культуры особенности. Появились различные вспомогательные программы по дошкольному и школьному образованию: обучение иностранному языку с 3-х лет и.т.п.

Появились частные школы, с особым подходом к детям (малая наполненность классов, работа различных специалистов и.т.п).

Благодаря разнообразной технической оснащённости ребёнок сызмальства научается свободно обращаться с продуктами прогресса.

Способность получать больше информации в процессе обучения и вне школьных занятий.

Новые развивающие игрушки.

Значение кросс-культурных исследований для решения задач детской психологии.

Изучение культурных особенностей, быта и жизни народов, стоящих на разных ступенях развития имеет огромное значение для детской психологии.

Подробное изучение народов дает представление о том как происходит развитие у «примитивных» народов, а следовательно, позволяет проследить исторический ход развития, посмотреть процесс развития в динамике.

Что позволяет приблизиться к раскрытию таких проблем детской психологии как: более подробно изучить периоды детского развития, причины переходов от одного периода к другому, проследить какие факторы оказывают влияние на развитие, ну и, несомненно, еще более глубоко рассмотреть закономерности психического развития в онтогенезе.

КОНВЕНЦИЯ О ПРАВАХ РЕБЕНКА

Конвенцию о правах ребенка называют Великой хартией вольности для детей. Она состоит из пятидесяти четырех статей, детализирующих индивидуальные права каждого человека в возрасте до восемнадцати лет на полное развитие своих возможностей в условиях, свободных от голода и нужды, жестокости, эксплуатации и других форм злоупотреблений.

Конвенция, ставшая результатом десяти лет переговоров, была принята Организацией Объединенных Наций 20 ноября 1989 г. и вступила в силу 2 сентября 1990 г. после ратификации ее двадцатью государствами. К настоящему моменту 139 стран либо подписали этот документ, либо стали участниками.

После ратификации тем или иным государством Конвенция приобретает на его территории статус закона, контроль за соблюдением которого будет осуществлять в государствах-участниках комитет в составе десяти экспертов.

Конвенция увязывает права ребенка с правами и обязанностями родителей и других лиц, несущих ответственность за жизнь детей, их развитие и защиту, и предоставляет ребенку право на участие в принятии решений, затрагивающих его настоящее и будущее.

В числе наиболее остро стоящих проблем, рассматриваемых в Конвенции и в ряде случаев впервые поднимаемых в рамках международного документа, отметим такие, как обязательства по отношению к детям, живущим в наиболее неблагоприятных условиях (Статья 22), защита от сексуальной и иных видов эксплуатации (Статьи 34 и 36), наркомания (Статья 33), детская преступность (Статья 40), межгосударственная практика усыновления (Статья 21), дети в вооруженных конфликтах (Статьи 38 и 39), потребности детей инвалидов (Статья 23), а также дети меньшинств и коренных народов. Каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь. Государства-участники обеспечивают в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка. Имя и гражданство. Сохранение индивидуальности. Ребенок имеет право свободно выражать свое мнение, получать и передавать информацию и идеи… независимо от границ.

Источник: https://infopedia.su/5x3cf1.html

Ссылка на основную публикацию