Лечение субъективизма — психология

Психиатрия, психотерапия или психология?

Психиатрия, психотерапия или психология?

Сегодня многие не вполне понимают, в чем состоит разница между психологией, психиатрией и психотерапией и, соответственно, между психологом, психиатром и психотерапевтом. Так что давайте проясним этот момент.

Что такое психиатрия?

Психиатрия – это отрасль медицины, изучающая психические заболевания. Психические заболевания – это совершенно особый род заболеваний. Дело в том, что психические заболевания имеют место, несмотря на то, что мозг здоров, в нем нет органических нарушений (травм, очагов инфекции, опухолей, нарушений кровообращения).

Впрочем, психические заболевания могут быть связаны и с органической патологией. Примером тут могут быть, в частности, сенильные психозы, присущие пожилым людям и связанные с возрастными изменениями в работе головного мозга.

Но наиболее, если можно так выразиться, характеристическими для психиатрии являются именно заболевания, при которых работа психики явно нарушена (человек без причины страдает, сидит в ступоре, видит галлюцинации, проявляет немотивированную агрессию, считает, что за ним следят и пр.

), а вот никаких органических нарушений не наблюдается (головной мозг здоров).

Психиатрия, понятно, не только изучает и классифицирует психические болезни, но и занимается их лечением. Основной метод лечения, применяющийся сегодня в рамках психиатрии, – это медикаментозное лечение.

Существует область фармакологии, специально предназначенная для создания лекарств от психических заболеваний, – психофармакология.

Вдобавок, психиатры применяют и другие методы, например, электросудорожную терапию (ЭСТ), эффективность которой когда-то ставилась под сомнение, а сегодня научно подтверждена.

Работа психиатра, говоря предельно упрощенно и обобщенно, выглядит так:

  1. Сбор анамнеза и выявление симптомов и синдромов.
  2. Сравнение выявленных симптомов и синдромов с симптомами и синдромами психических заболеваний, приведенных в специальных справочниках, таких, как МКБ-10 или DSM-IV.
  3. Назначение лечения, которое предназначено для выявленного заболевания.

Ахиллесовой пятой психиатрии является, прежде всего, слабая защищенность психиатрической диагностики от избирательности, предвзятости и субъективизма. Не зря в народе существует представление о том, что психических здоровых людей нет – есть не обследованные.

Действительно, при желании, психиатр, по-видимому, может поставить диагноз любому.

И пусть это не будет нечто очень яркое и запоминающееся типа шизофрении с бредом величия, бредом изобретательства и активным галлюцинированием, но какую-нибудь смазанную картину психического заболевания нарисовать, в целом, не сложно.

Поэтому справочники психических болезней сегодня широко критикуются: признаки психических заболеваний, приведенные в них, выявляются в результате клинического наблюдения, которое представляет собой не слишком точный метод. Вдобавок, зачастую, еще и не понятен так называемый факторный вес каждого признака.

Одной из высших точек критики психиатрической диагностики стал, кстати говоря, знаменитый эксперимент Розенхана, который показал, что психиатры в своей массе не могут отличить подлинно больного человека от симулянта.

Что такое психотерапия?

Психотерапия – это тоже отрасль медицины. Психотерапия представляет собой совокупность методов, нефизиологического, немедикаментозного лечения психических заболеваний, когда на психику пациента воздействуют психологически.

Как правило, психотерапию не применяют для лечения наиболее серьезных психических заболеваний типа шизофрении. Психотерапию применяют для лечения неврозов.

Например, с помощью психотерапии можно попытаться вылечить человека от навязчивого мытья рук или от страха пауков.

Применение психотерапии не исключает и медикаментозного лечения. Врач-психотерапевт, например, может не только лечить агорафобию (немотивированный страх открытых пространств) с помощью систематической десенсибилизации (это такой психотерапевтический метод), но и прописать пациенту транквилизаторы, чтобы снизить общий уровень беспокойства и тревожности.

Кстати, пытаться лечить с помощью психотерапии соматические болезни, не стоит.

Действительно, учитывая, что концепция психосоматических заболеваний довольно сомнительна, предполагать, что воздействуя на психику, можно вылечить, скажем, простуду или гастрит, не стоит.

 Особенно опасная ситуация возникает, конечно, когда человек пытается силой мысли, каким-нибудь позитивным мышлением или самовнушением лечить серьезные заболевания, например, рак, но это, как принято говорить, уже совсем другая история.

Основная проблема психотерапии – это засилье научно не обоснованных методов воздействия на психику. По сути психотерапия сегодня является, если так можно выразиться, сферой, в которой шаманство, сомнительные практики узаконены и даже защищены авторитетом белого халата.

Действительно, хотя в отличие от явного шаманства типа экстрасенсорики и биоэнергетики, эффективность психотерапии вроде как периодически получает все новые и новые экспериментальные подтверждения, качество этих экспериментов оставляет желать лучшего.

Не последнюю роль тут играют и причины кажущейся эффективности психотерапии, которые могут ввести в заблуждения даже ученых-исследователей. Поближе с этими причинами можно познакомиться по ссылке.

Что такое психология?

Психология – это наука о человеческой психике. Психология изучает психические процессы, свойства и состояния с помощью объективных методов, экспериментальных исследований и математической обработки данных.

Именно в этой части, кстати, имеется фундаментальное отличие психологии от психиатрии: с объективными методами, экспериментами и статистикой у психиатров дела обстоят не очень хорошо.

Проникать в психиатрию объективные методы исследования, конечно, стали, но лишь сравнительно недавно. 

Впрочем, о проблемах психиатрии, связанных с субъективизмом, предвзятостью и избирательностью, мы уже говорили.

Подробнее об отличиях между психологией и психиатрией рассказывается по ссылке.

Психологическое консультирование, которое в представлении обывателей является основным занятием и главным предназначением психолога, – это лишь одна из отраслей психологии.

Психолог-консультант не занимается ни диагностикой психических заболеваний (участвовать в такой диагностике психолог может, но сам диагноз ставят психиатры), ни, тем более, их лечением.

Психолог вообще не может заниматься лечением, поскольку психология – это не отрасль медицины, а психолог – не врач.

Психолог-консультант помогает клиенту решать психологические проблемы.

Какую профессию выбрать? Как спасти брак и конструктивно разрешить семейные конфликты? Что делать с ребенком, который отказывается учиться? Как конструктивно отстаивать свою позицию на работе? Как преодолеть лень? Как преодолеть замкнутость в процессе общения? Вот примеры проблем, которые психолог-консультант компетентен решать.

Понятно, что в ряде случаев психологические проблемы могут свидетельствовать о наличии психического заболевания, сигнализировать о его начале.

Поэтому психолог изучает психопатологию и, в идеале, он должен уметь отличать чисто психологические проблемы от психических заболеваний.

Если психолог хотя бы чуть-чуть сомневается, он должен настойчиво порекомендовать клиенту получить консультацию психиатра.

В чем же заключается психологическое консультирование? 

Консультирвоание – это, прежде всего, предоставление проверенной информации. Именно так консультируют юрисконсульты и финансовые консультанты. 

Какую же информацию должен предоставлять клиенту психолог-консультатнт?

Он должен предоставлять достоверную, объективную, проверенную информацию о психологии человека, о закономерностях функционирования человеческой психики.

Получать такого рода информацию психолог-консультант, понятное дело, должен не из головы, не из астрала, и уж точно не из психотерапевтических баек, услышанных на каком-нибудь очередном слете психотерапевтов, а из качественных научных исследований.

Например, женщина жалуется психологу, что ее супруг постоянно врет о том, что делает по дому больше нее.

Психолог должен объяснить женщине, что ее муж, скорее всего, не врет, потому что мы все подвержены когнитивному искажению под названием «искажение в пользу самого себя» (self-serving bias) и нам всем кажется, что наш вклад больше, будь то написание коллективной монографии или выполнение домашних обязанностей.

Если простое информирование не помогает, психолог может устроить в своем кабинете своеобразную очную ставку этой женщины с ее супругом, чтобы они смогли в безопасной обстановке и без риска снова скатиться в скандал (психолог выступает тут в роли арбитра) обсудить вклады каждого в выполнение обязанностей по дому.

В ряде случаев бывает необходимо и принять ряд решений, в частности, заново распределить домашние обязанности, договориться об очередности их выполнения, ввести некие кодовые слова, чтобы каждый супруг мог, с одной стороны, выказать недовольство, но, с другой стороны, не оскорбить супруга, не спровоцировать новый скандал.

Если психолог заметил, что клиенту недостает тех или иных навыков, например, навыков общения или самоконтроля, он может сформировать у клиента эти навыки с помощью обучения, тренинга.

Например, в нашем случае психолог мог заметить, что супруги не умеют слушать друг друга, а вместо диалога, скатываются в параллельные монологи.

Психолог может сообщить об этом и предложить супругам посетить тренинг конструктивного домашнего общения.

Основная проблема психологического консультирования заключается в инфильтрации этой деятельности психотерапией с ее обилием научно не обоснованных методов и школ. Конечно, применением научно не обоснованных методов, методов с иллюзорной эффективностью плохо само по себе.

Но одно дело, когда эти методы пытается применять врач, способный вовремя заметить психопатологию, прописать лекарства и госпитализировать, а другое дело, когда эти методы применяет человек, от медицины далекий.

Добавляет проблем и то, что психологом может провозгласить себя и человек без соответствующего высшего образования (имеющий, допустим, лишь профессиональную переподготовку) и человек, вообще не проходивший никакой психологической подготовки.

К сожалению, даже психолог имеющий высшее образование, может не понимать, что применяет научно не обоснованные методы, а само это высшее психологическое образование сегодня во многом сводится просто к пересказу трудов авторитетных психологов, сомнительных авторов типа Фрейда или Грофа и знакомству с психотерапевтическими методами. Это позволяет говорить о том, что в России сегодня происходит самое настоящее обезнаучивание психологии.

Так к кому же обращаться, в случае чего?

К психологу, к психиатру, к психотерапевту?

Я бы рекомендовал сходить и к психологу, и к психиатру (например, из психиатрического диспансера, в который вы можете обращаться по месту вашей регистрации). Причем подходить, к словам и рекомендациям обоих специалистов стоит вдумчиво и критически.

Еще по теме:

Как связаны оккультизм и психология? Присутствует ли оккультизм в современной психологии?

Читайте также:  Раскрепощенность - психология

Вытесняем ли мы воспоминания и можно ли их восстановить?

Нужно ли вспоминать детство, чтобы решить свои проблемы?

Источник: http://neveev.ru/Psychology/pseudopsychological%20science/psychiatry%20psychotherapy%20psychology/

Когнитивная психотерапия

Когнитивная психотерапия – это форма структурированной, кратковременной, директивной, ориентированной на симптоматику стратегии стимулирования трансформаций познавательной структуры личностного «Я» со свидетельством о трансформациях на поведенческом ярусе. Это направление в целом относится к одной из концепций современного когнитивно-поведенческого ученья в психотерапевтической практике.

Когнитивно-бихевиоральная психотерапия изучает механизмы восприятия индивидом обстоятельств и мышление личности, способствует выработке более реалистичного воззрения на совершающееся.

Вследствие формирования адекватного отношения к случающимся событиям зарождается более сообразное поведение. В свой черед когнитивная психотерапия целенаправленна на помощь индивидуумам в нахождении решений проблемных ситуаций.

Она работает в обстоятельствах, когда существует надобность в розыске новейших форм поведения, выстраивания будущего, закрепления результата.

Техники когнитивной психотерапии постоянно употребляются на определенных фазах психотерапевтического процесса в комплексе с иными методиками.

Когнитивный подход к дефектам эмоциональной сферы трансформирует точку зрения индивидуумов на собственную личность и проблемы.

Данный вид терапии удобен тем, что слаженно сочетается с любым подходом психотерапевтической направленности, способен дополнить другие методики и существенно обогатить их эффективность.

Когнитивная психотерапия Бека

Современная когнитивно-бихевиоральная психотерапия считается общим названием для психотерапий, базис которых заключается в утверждении, что фактором, провоцирующим все психологические отклонения, являются дисфункциональные воззрения и установки. Создателем направления когнитивной психотерапии считается Аарон Бек.

Он дал старт развитию когнитивного направления в психиатрии и психологии. Суть ее лежит в том, что абсолютно все человеческие проблемы формируются негативным мышлением.

Личность интерпретирует внешние события по следующей схеме: стимулы воздействуют на когнитивную систему, которая, в свой черед, интерпретирует посыл, то есть рождаются мысли, порождающие чувства или провоцирующие определенное поведение.

Аарон Бек полагал, что мысли людей обуславливают их эмоции, которые определяют соответствующие поведенческие реакции, а те, в свой черед, формируют их место в социуме. Он утверждал, что не мир изначально плохой, а люди видят его таким. Когда интерпретации индивида сильно расходятся с внешними событиями, появляется психическая патология.

Бек наблюдал пациентов, страдающих невротической депрессией. В ходе наблюдений он заметил, что в переживаниях больных постоянно раздавались темы пораженческого настроя, безысходности и неадекватности. Вследствие этого вывел следующий тезис, что депрессивное состояние развивается у субъектов, которые постигают мир через три негативные категории:

— отрицательный взор на настоящее, то есть в независимости от происходящего депрессивная личность концентрируется на негативных аспектах притом, что повседневная жизнь дает им определенный опыт, который большинству индивидуумов приносит удовольствие;

— безысходность, ощущаемая в отношении будущего, то есть депрессивный индивид, представляя будущее, находит в нем исключительно мрачные события;

— пониженное чувство собственного достоинства, то есть депрессивный субъект думает, что он несостоятельный, ничего нестоящая и беспомощная личность.

Аарон Бек в когнитивной психотерапии разработал терапевтическую программу поведенческой направленности, в которой используются такие механизмы, как самоконтроль, моделирование, домашние задания, ролевые игры и др. В основном он работал с пациентами, страдающими различными расстройствами личности.

Его концепция описана в труде под названием: «Бек, Фримен когнитивная психотерапия расстройств личности». Фримен и Бек были убеждены, что каждое расстройство личности характеризуется преобладанием определенных воззрений и стратегий, формирующих определенный профиль, свойственный конкретному расстройству.

Бек выдвинул утверждение, что стратегии могут либо компенсировать определенный опыт, либо проистекать из него. Глубинные схемы коррекции личностных расстройств можно вывести в результате быстрого анализа машинальных мыслей индивида.

Применение воображения и вторичного переживания травмирующего опыта может спровоцировать активизацию глубинных схем.

Также в труде Бек, Фримен «Когнитивная психотерапия расстройств личности» авторы акцентировали внимание на важности психотерапевтических отношений в работе с индивидами, мучающимися расстройствами личности. Поскольку довольно часто в практике встречается такой специфический аспект взаимоотношений, выстраивающихся между терапевтом и больным, известный как «сопротивление».

Когнитивная психотерапия расстройств личности является систематическим конструированным, разрешающим проблемные ситуации направлением современной психотерапевтической практики.

Зачастую она ограничена временными рамками и практически никогда не превышает тридцати сеансов. Бек полагал, что психотерапевт должен быть благожелательным, сопереживающим и искренним.

Сам терапевт должен являться эталоном того, чему он стремится научить.

Конечной целью когнитивной психотерапевтической помощи является обнаружение дисфункциональных суждений, которые провоцируют возникновение депрессивных настроев и поведения, а затем их трансформация. Следует отметить, что А.

Бека интересовало не то, о чем пациент размышляет, а как он думает.

Он считал, что проблема не заключается в том, любит ли себя данный пациент, а состоит в том, какими категориями он мыслит в зависимости от условий («Я хороший или плохой»).

Методы когнитивной психотерапии

К методам направления когнитивной психотерапии относят борьбу с мыслями негативной направленности, альтернативные стратегии восприятия проблемы, вторичное переживание ситуаций из детства, воображение. Данные методы направлены на создание возможности для забывания или нового научения. Практическим путем было выявлено, что когнитивная трансформация имеет зависимость от степени эмоционального опыта.

Когнитивная психотерапия расстройств личности предполагает использование в комплексе и когнитивных методов, и поведенческих методик, которые дополняют друг друга. Основным механизмом для положительного результата является развитие новых схем и трансформация старых.

Когнитивная психотерапия, применяемая в общепринятой форме, противодействует стремлению личности к негативной трактовке совершающихся событий и самих себя, что является особенно эффективным при депрессивных настроях.

Так как депрессивные пациенты, зачастую, характеризуются наличием мыслей определенного типа негативной направленности. Выявление подобных дум и победа над ними обладает принципиальным значением.

Так, например, депрессивный больной, вспоминая события прошлой недели, говорит, что тогда он еще умел смеяться, но сегодня это стало невозможным.

Психотерапевт, практикующий когнитивный подход, вместо принятия таких мыслей беспрекословно, поощряет изучение и оспаривание хода подобных дум, предлагая больному вспомнить ситуации, когда он побеждал депрессивный настрой и отлично чувствовал себя.

Когнитивная психотерапия направлена на работу с тем, что больной сообщает самому себе.

Основным психотерапевтическим шагом является распознавание пациентом определенных мыслей, вследствие чего возникает возможность остановиться и видоизменить такие мысли, пока их результаты не за­вели индивида очень далеко. Появляется возможность изменения негативных дум на другие, которые способны заведомо оказать положительное действие.

В дополнение к противодействию негативным мыслям альтернативные стратегии восприятия проблемы также обладают потенциальной возможностью трансформировать качество переживаний.

К примеру, общее ощущение ситуации трансформируется, если субъект станет воспринимать ее в качестве вызова.

Также, вместо того, чтобы отчаянно стремиться преуспеть, производя действия, которые индивид не способен совершать достаточно хорошо, следует поставить себе ближайшей целью практику, вследствие чего можно достичь гораздо большего успеха.

Психотерапевты, практикующие когнитивный подход, используют понятия вызов и практика, для противостояния определенным неосознанным предпосылкам. Признание факта, что субъект является обычным человеком, которому свойственны недостатки, может минимизировать сложности, порождаемые установкой на абсолютную устремленность к совер­шенству.

К конкретным методам обнаружения автоматических мыслей относят: записывание подобных мыслей, эмпирическую проверку, методику переоценки, децентрацию, самовыражение, декатастрофизацию, целенаправленное повторение использование воображения.

Когнитивная психотерапия упражнения сочетают в себе действия по исследованию автоматических мыслей, их анализ (какие именно условия провоцируют тревогу или негатив) и выполнение заданий в местах или условиях, провоцирующих тревогу. Подобные упражнения способствуют закреплению новых навыков и постепенно модифицируют поведение.

Техники когнитивной психотерапии

Когнитивный подход в терапии неразрывно связан с формированием когнитивной психологии, делающей основной акцент на познавательных структурах психики и занимающейся личностными элементами и способностями логического характера.

Обучение когнитивной психотерапии сегодня получило широкое распространение. По мнению А. Бондаренко когнитивное направление соединяет три подхода: непосредственно когнитивную психотерапию А. Бека, рационально-эмотивную концепцию А.

Эллиса, реалистичную концепцию В. Глассер.

Когнитивный подход заключается в структурированном обучении, эксперименте, тренировках в ментальном плане и поведенческом аспекте. Он призван оказать помощь личности в овладении нижеописанными операциями:

— обнаружение собственных негативных автоматических дум;

— нахождение связи между поведением, знаниями и аффектами;

— нахождение фактов «за» и «против» выявленных автоматических мыслей;

— нахождение более реалистичных трактовок для них;

— обучение выявлению и трансформации дезорганизующих убеждений, ведущих к уродованию навыков и пережитого опыта.

Обучение когнитивной психотерапии, ее основным методам и техникам помогает выявить, разобрать и в случае необходимости трансформировать негативное восприятие ситуаций или обстоятельств.

Люди, зачастую, начинают бояться того, что сами себе напророчили, вследствие чего ожидают худшего. Иначе говоря, подсознание индивида предупреждает его о возможной опасности до момента попадания в опасную ситуацию.

В результате этого субъект пугается заранее и стремится этого избежать.

Систематически отслеживая собственные эмоции и стремясь трансформировать негативное мышление, можно уменьшить преждевременный страх, который способен модифицироваться в паническую атаку.

При помощи когнитивных техник существует возможность изменения характерного для таких мыслей фатального восприятия панических атак.

Благодаря этому укорачивается длительность приступа паники, и понижается его отрицательное воздействие на эмоциональное состояние.

Техника когнитивной психотерапии состоит в выявлении установок больных (то есть для пациентов должны стать явными их негативные установки) и помощи в осознании разрушительного воздействия таких установок.

Немаловажно также, чтобы субъект, основываясь на собственном опыте, удостоверился в том, что из-за собственных убеждений он недостаточно счастлив и что он мог быть счастливее, если бы руководился более реалистическими установками.

Роль психотерапевта лежит в предоставлении пациенту альтернативных установок или правил.

Когнитивная психотерапия упражнения по релаксации, остановке потока мыслей, управлению побуждениями применяются в комплексе с анализом и регулированием повседневной деятельности с целью приумножения навыков субъектов и их акцентирования на позитивных воспоминаниях.

Читайте также:  Качество тренинга - психология

Источник: http://psihomed.com/kognitivnaya-psihoterapiya/

Перцепция — социальная, функции, понятия, механизмы, эффекты

Функция психики, позволяющая познавать мир и вырабатывающая его индивидуальное восприятие, это перцепция – суть субъективизма в познании мира.

Надо отметить ключевую роль функции мировосприятия, в результате которой поступающие через органы чувств сигналы воспринимаются ими и трансформируются, в итоге преобразуется в формируемый психикой неделимый образ.

Социальная перцепция

Лишь взаимопонимание между участниками процесса может способствовать пробуждению и последующему развитию в его рамках коммуникативного между ними взаимодействия.

Способность понимать и отражать ощущения и свойства друг друга и окружающих, а через них – собственную личность, в значительной степени влияет на процесс взаимного общения, на складывающиеся отношения, а также на способы реализации совместных проектов.

Следовательно, общение должно выражаться во взаимном постижении его субъектов друг другом. Подобную составляющую и принято называть перцептивным аспектом общения.

Одним из наиболее важных феноменов социальной психологии выступает социальная перцепция. В психологии перцепция – это зарождающееся в процессе связанных манипуляций индивидуумов действие, подразумевающее объединенное восприятие и оценку этими индивидами существующих социальных объектов.

Под понятием перцепции объединяются:

  • персональный процесс мировосприятия отслеживаемых манипуляций;
  • интерпретация осознаваемых причин действий и предвидимые результаты;
  • формирование стратегии личностных поступков;
  • ємоциональное оценивание.

Межличностную перцепцию предваряет подчиненность эмоциональным реакциям, персональным воззрениям и ориентациям, пристрастиям и личной предубежденности. Суть межличностных отношений существенно отличается от сути отношений общественных. Межличностные всегда имеют эмоциональную окраску, именно поэтому их следует рассматривать как базис психологического комфорта в коллективе.

Известными и выделяемыми механизмами социальной перцепции являются: эмпатия, идентификация и аттракция.

В определенном смысле перцепция подпадает под понятие интерпретирования, при этом трактовки обособленного лица или совокупности лиц всегда обнаруживают зависимость от полученного ранее опыта персоны воспринимающей, от ее системы ценностей, а также от рефлексии (реакции) объекта оценки (созерцания) в рассматриваемый момент времени.

Различают определяющие функции перцепции: постижение самого себя, партнера по общению, постановка деятельности в коллективе с ориентацией на необходимые эмоциональные установки.

Выделение функций перцепции необходимо для осознания сути восприятия, ведь в ходе коммуникаций требуется взаимопонимание для качественного восприятия обмениваемой информации.
Взаимопонимание лежит в основе социального восприятия, в связи с этим различаются несколько его уровней.

На первом – совпадают индивидуальные смыслы и социальные значения, в качестве примера – взаимодействие на уровне профессиональном.

На втором – совпадают не только смысловые системы, однако наступает еще и удовлетворенность общающихся субъектов возникающими у них при общении эмоциями.
Наконец на третьем – индивиды столь направленно доверяют один другому, что способствует их взаимной максимальной открытости. В данном случае перестают существовать какие-либо секреты, затрагивающие интересы партнера.

перейти наверх

Социальная перцепция – механизмы

Вступающие в коммуникации индивидуумы воспринимают партнера по общению как личность, при этом также осознавая себя личностью. Если говорить об общении, как о перцепции, то в этом случае предполагается существование межличностной оценки с восприятием.

Ниже отдельно обозначим ключевые механизмы социальной перцепции, определяющие понимание и взаимное оценивание друг друга партнерами по коммуникативному общению.

Каузальная атрибуция (КА) – под ней понимается присутствие подразумеваемых причин действий партнера, в итоге индивид может приписывать ему разнообразные причины поведения, исходя из собственного опыта. КА основана на принципе аналогий и находится в зависимости от личностных самоощущений оценивающего действия партнера индивида.

Идентификация – речь в данном случае идет о сопоставлении себя с партнером по коммуникациям. В процессе идентификации становятся понятными ценности партнера, его жизненные и иные ориентиры, привычки и желания.

Общение – охватывает вопросы, связанные с пониманием партнера одним другого, в частности, особенности взаимно понятных «шифровок».

Эмпатия – в данном случае речь идет об эмоциональном сопереживании, когда используя систему сигналов, партнеры учатся правильно интерпретировать внутреннее состояние друг друга.

Аттракция – выражается как некая особая форма постижения объекта коммуникации с выработкой в его направлении стойких позитивных чувств. То есть в данном случае речь идет о привязанности, приятельских или даже более глубоко-интимных отношений.

Наконец, социальная рефлексия – в данном случае подразумевается осознание личностью собственных персональных качеств и их проявлений вовне, как они воспринимаются обществом.

Все механизмы, о которых говорили выше, оказывают управляющее воздействие на перцепцию межличностную.

перейти наверх

Эффекты социальной перцепции

Среди эффектов социальной перцепции наблюдается ряд характерных признаков, затрудняющих природное восприятие взаимодействующих партнеров одного другим. Выделяется пять подобных эффектов.

Межличностная перцепция опирается на взаимную оценку участников коммуникации, однако в процессе притирки между партнерами формируется прекращение возникновения отклонений в их взаимных оценочных суждениях.

Эффект этот называется эффектом ореола.

Иными словами, что бы ни делал один из участников партнерства, второй не изменит о нем сложившихся на определенный момент суждение вне зависимости от накопляемого нового опыта общения.

Эффект социальной перцепции вполне наблюдаем в случае, когда об индивиде складывается некое первое впечатление. При благоприятном первичном ощущении партнера оно переносится чаще всего и на дальнейшее позитивное общение и оценивание. При первом неприятном впечатлении оно тянется и в будущее, провоцируя появление и накопление дальнейших неблагоприятных оценок.

С этим социальным эффектом взаимосвязаны еще два эффекта, такие как новизна (свежесть) и первичность. Когда сталкиваемся с восприятием какого-то незнакомого нам индивидуума, доминирует эффект первичности.

Ему противоположным считается эффект свежести, который состоит в том, что информация, которая получена в заключении контакта, оказывается самой значимой.

А вот эффект новизны имеет место в случае восприятия индивида, который был знаком ранее.

Отдельно выделяется эффект проекции, при его проявлении наблюдается трансляция собственных положительных качеств на объект общения и их ему приписывание, если собеседник неприятен, то он наделяется собственными отрицательными качествами.

Имеется еще один важный эффект – эффект средней ошибки, который проявляется в стремлении оценивать партнера со смягчением его реальных и заметно доминирующих черт к некоторому среднему.

Все упомянутые эффекты необходимо распознавать в контексте процесса, который сопровождает восприятие человека человеком и который носит название стереотипизации.

Как итог всего выше сказанного. Перцепция – это отражение, как вещей, так и реальных обстоятельств в период оказываемого с их стороны воздействия на человеческие органы чувств. Немаловажную роль при этом играет возраст индивида, который воспринимает ту или иную информацию.

Источник: http://PsyTheater.com/percepciya-sut-subektivizma-v-poznanii-mira.html

Психиатрическое обследование

За последние десятилетия медицина обогатилась специальными методами лабораторных исследований, позволяющими выявлять патологические изменения в различных системах организма, однако при диагностике психических расстройств лабораторные данные по-прежнему чаще всего играют лишь вспомогательную роль. В настоящее время, как и ранее, основным является клинический (описательный) метод диагностики.

Клинический метод

Описывая психическую жизнь больного, врач пытается выделить типичные признаки заболевания и индивидуальные особенности его проявления у конкретного больного.

К сожалению, результаты клинического обследования обладают большой долей субъективизма и во многом зависят от личного опыта и таланта врача. Практика показывает, что использование жестких схем лишь повышает формальность, поверхностность беседы.

Вместе с тем существуют общие положения, следуя которым врач в большей мере может рассчитывать на получение объективной информации о больном и его недуге.

Клиническое исследование включает в себя осмотр, наблюдение и сбор анамнестических сведений.

Опрос больного и наблюдение

Вопреки представлениям обывателей о сложности ведения логически построенной беседы с душевнобольным, следует подчеркнуть, что именно разговор с пациентом дает наиболее важную информацию для постановки диагноза. Существует целый ряд симптомов, которые не могут быть выявлены иначе как при личной беседе с пациентом.

Опрос больного, как правило, проводят отдельно от родственников. Нередко беседу начинают, сразу выясняя цель посещения (если больной обратился к психиатру по своей инициативе), но в большинстве случаев уместнее сначала задать несколько вопросов ознакомительного характера — о возрасте, профессии, семье больного.

Это снимает у него чувство тревоги и неудобства, а врачу позволяет сформировать соответствующий уровню больного план беседы. Часто, уже излагая жалобы, пациент может описать важнейшие симптомы заболевания, однако при отсутствии критики он отрицает наличие болезни и настаивает на своем полном благополучии.

Бывает и так: пациент настолько увлечен какими-либо болезненными идеями, что не может говорить ни о чем ином и возвращается вновь к интересующей его теме, несмотря на попытку врача перевести разговор в нужное русло. Поэтому следует настойчиво удерживать инициативу в беседе. Если больной испытывает страх или недоверие к врачу, он бывает чрезвычайно осторожен и скрытен.

В этом случае особенно важно расположить его к себе, попытаться снять напряжение спокойной, доверительной речью.

Важно с самого начала уважительно обращаться к посетителю, называя его по имени и отчеству. В последующих беседах обращение к больному по его просьбе может стать менее формальным, но и тогда следует сохранять определенную дистанцию, не допуская фамильярности.

Всегда полезнее выслушать мнение пациента, чем спорить с ним или указывать на противоречия в его высказываниях. Важно стараться снять негативный оттенок с любого задаваемого вопроса. Например, вопрос «Вы злопамятны?» лучше заменить более мягким: «Насколько вы чувствительны к обиде и несправедливости?».

Нередко многословный человек вдруг замолкает после очередного вопроса — это может указывать на особую эмоциональную значимость затронутой темы.

Если больной уклоняется от дальнейшего обсуждения, не следует настаивать, но нужно обязательно запомнить вопрос, чтобы по возможности поднять его в дальнейших беседах, когда удастся достигнуть большей доверительности между врачом и больным.

Читайте также:  Тренинги личностного роста - психология

Когда пациент не проявляет инициативы, всегда возникает соблазн «подтолкнуть» его, подсказать ответ. Такие «подсказки» — серьезный недостаток в проведении беседы.

Врач должен тщательно следить, чтобы в вопросах не было никаких намеков на предполагаемый ответ: равнодушный, апатичный больной может признавать у себя наличие любого расстройства, которое назовет врач, пациент с симуляцией по упомянутым в вопросах симптомам может понять, как ему следует отвечать, чтобы произвести впечатление психически нездорового.

Нужно добиваться, чтобы больной описывал имеющиеся расстройства собственными словами: иногда сам набор выбранных им слов настолько характерен, что выражения больного записываются в историю болезни дословно.

Вопросы, касающиеся интеллектуального уровня человека, его памяти и способности ориентироваться в месте и времени, могут вызвать у него раздражение, ощущение «проверки», «экзамена». Неловкость в этой ситуации можно снять при правильной постановке вопросов. Можно сначала спросить больного, не стало ли в последнее время ему трудно размышлять.

Неплохо уже в самом вопросе проявить уверенность в том, что больной легко справится с заданием («Вы ведь знаете, какое сегодня число?»), при этом следует обязательно добиться ответа на заданный вопрос, не пытаясь просто догадаться, что пациент сумеет сделать, а что нет. В целом, изучая психическое состояние человека, очень важно избегать попыток с помощью собственной интуиции понять его мысли. Врач, пытающийся догадаться, что имел в виду больной, скорее всего стремится приписать ему свои собственные мысли и логику.

Анализ сферы эмоций человека невозможен без внимательного наблюдения во время беседы за его мимикой, жестикуляцией и интонацией. Особенно важно отмечать расхождение между смыслом высказываний и внешним выражением эмоций.

Так, если больной утверждает, что любит родителей, но говорит это монотонно и неэмоционально, то, вероятнее всего, в действительности он не испытывает к ним ярких чувств. Иногда выражение эмоций парадоксально по отношению к содержанию высказываний. То же самое можно сказать об анализе сферы воли и влечений.

Часто больной декларирует свое стремление к какой-либо деятельности, хотя в действительности его не испытывает. В этом случае важно проанализировать конкретный результат деятельности в последнее время. Например, если больной утверждает: «Я очень люблю читать!», важно уточнить, какие книги он недавно прочитал.

Нередко оказывается, что последняя книга была прочитана много лет назад.

Полученные в процессе беседы сведения (возможность вступить в контакт с больным, нарушения ориентировки, внешний вид, манера речи и поведения при беседе, демонстрируемые больным расстройства восприятия, мышления, памяти, интеллекта, эмоций и воли, поведение вне беседы с врачом, представления пациента о своем заболевании, наличие критики, высказываемые планы на будущее) заносятся в историю болезни в определенном порядке (см. приложение 1). Однако в беседе вопросы могут быть расположены более свободно и сначала можно обсудить то, что больше всего беспокоит больного. Важно, чтобы при изложении полученной информации в истории болезни врач стремился описать психические феномены, не обозначая их какими-либо медицинскими терминами, предоставляя читателю возможность при необходимости самостоятельно сформулировать заключение о сути наблюдаемых расстройств. Такой подход — единственно возможный способ избежать схематизма в анализе состояния, повысить объективность клинического метода, сопоставить впечатления о больном, полученные разными врачами в разные периоды болезни.

Субъективный и объективный анамнез

При психиатрическом обследовании чрезвычайно большое внимание уделяется сбору анамнестических сведений.

Только изучая анамнез больного, можно установить такие важные для диагноза данные, как время начала заболевания, характер его течения, наличие изменений в характере пациента за годы болезни.

В этом смысле анамнез жизни больного так же важен, как и анамнез заболевания. Иногда события жизни настолько сплетены с патологическими проявлениями, что практически невозможно разделить анамнезы жизни и заболевания.

Предпочтительно описывать анамнез отдельно со слов больного (субъективный анамнез) и со слов его близких (объективный анамнез). При этом следует учитывать, что и тот и другой иногда содержат недостоверные сведения.

Так, описывая свою жизнь, человек способен по-бредовому трактовать события далекого прошлого, из-за этого складывается впечатление, что заболевание началось намного раньше, чем это было в действительности.

Больной может активно скрывать дискредитирующие его данные или просто плохо помнить реальную последовательность событий, происходивших во время расстройства сознания или после того, как у него нарушилась память. Родственники пациента также не всегда объективно оценивают его жизнь.

Поскольку часто развитие заболевания происходит очень медленно, они могут неправильно определять время его начала, связывая его с периодом последнего обострения, не учитывая прошлых периодов дезадаптации. Иногда родственники по тем или иным соображениям скрывают некоторые события и поступки пациента или не придают им значения.

Поэтому наиболее важным является сопоставление субъективного и объективного анамнезов для выявления противоречий между ними и установления реальной последовательности событий. С той же целью следует собрать анамнез от нескольких близких больному людей.

Симуляция, аггравация и диссимуляция

В ежедневной практике врач-психиатр постоянно сталкивается с проблемой намеренного искажения клинической картины заболевания.

Чаще всего это обусловлено диссимуляцией — намеренным сокрытием имеющихся расстройств, причинами которой, как правило, являются тревога и страх (боязнь госпитализации, страх, что заболевание дискредитирует больного в глазах окружающих, лишит его возможности продолжать любимую работу, нарушит отношения в семье).

Поэтому наиболее правильная тактика при диссимуляции — психотерапевтическая беседа, в процессе которой врач старается показать, что действует только в интересах пациента, что не намерен нарушать врачебную тайну, что наличие психического расстройства не предполагает его неизлечимости и правильное лечение позволит сохранить социальный статус больного.

В психиатрии само появление диссимуляции расценивается как довольно благоприятный симптом, поскольку предполагает, что пациент хотя бы частично сознает наличие у него психического расстройства. В этом смысле от диссимуляции следует отличать анозогнозию, при которой пациент не понимает, что болен, не видит необходимости в проводимом лечении.

Анозогнозия в одних случаях может указывать на тяжелое психическое расстройство с нарушением критики (слабоумие, маниакальный синдром, бредовый психоз), в других — на особый склад личности больного (например, при алкоголизме) или на то, что он применяет механизмы психологической зашиты (см. раздел 1.1.4).

При решении экспертных вопросов нередко приходится сталкиваться со случаями симуляции и аггравации. Симуляция— намеренная демонстрация признаков несуществующей болезни. Целями симуляции являются достижение определенной выгоды, стремление избежать наказания, получить освобождение от работы или службы в армии.

Иногда симулянт пытается подготовить почву, чтобы уклониться от наказания в будущем (превентивная симуляция).

Для опытного психиатра наличие четкой цели посетителя делает диагностику симуляции не столь сложной: расстройства проявляются только в связи с определенной ситуацией (перед призывом в армию, после предъявления обвинения в преступлении и т.п.); в анамнезе больного нет факторов, предрасполагающих к болезни.

Значительно сложнее диагностика аггравации, когда намеренно усиливаются и демонстрируются признаки имеющегося в действительности расстройства. Обычно больной делает это в расчете на получение льгот, назначение ему более высокой группы инвалидности и т.п.

Как правило, в этом случае для уточнения диагноза требуется длительное наблюдение. Большой интерес представляют сведения младшего и среднего медицинского персонала о поведении больного вне бесед с врачом. Обнаружение врачом случаев симуляции и аггравации ставит его перед вопросом, как поступать далее.

В подобной ситуации не имеет смысла высказывать обвинения или требовать от больного признания: чаще всего это вызывает яростное сопротивление пациента. Правильнее дать человеку возможность сохранить самоуважение и предоставить ему «путь для отступления», показав, что дальнейшая демонстрация симптомов может повредить ему.

От симуляции и аггравации следует отличать непреднамеренное демонстративное поведение больных с истерическим характером.

В этом случае симптомы возникают по механизму самовнушения, не могут быть прекращены усилием воли больного, не преследуют никакой другой цели, кроме стремления обратить на себя внимание.

Повышенная аффектация, театральный наигранный характер поведения вызывают у наблюдателей ощущение неестественности, нередко усиливают дезадаптацию больных.

Стандартизованные глоссарии симптомов и шкалы

У неспециалистов может сложиться впечатление ненадежности клинического метода, поскольку заключение врача основывается только на субъективной оценке поведения больного.

Это впечатление по большей части неверно, поскольку существует общее для всех психиатров представление о сути важнейших симптомов и синдромов психических расстройств, характеризующихся, помимо прочего, вполне определенной динамикой (течением).

Однако при проведении статистических, научных (особенно эпидемиологических и психофармакологических) исследований нередко требуется более строгая (по возможности количественная) оценка состояния больного, получаемая с помощью стандартизованных оценочных шкал, опросников и глоссариев.

Такие инструменты были созданы как для оценки отдельных сфер психики (например, шкалы Гамильтона и Цунга для измерения выраженности депрессии), так и для описания психического состояния в целом. Примером подобных инструментов являются распространенные в США шкалы PSE — Present State Examination [Винг Дж.К.

, 1977], SADS — Schedule for Affective Disorders and Schizophrenia, используемый в Европе AMDP — Arbeitsgemeinschaft fur Metodiic und Dokumentation in der Psychiatrie (1965), созданная в России «Оценочная шкала основных клинико-психопатологических характеристик» [Кабанов М.М.

, 1983] (Последние годы ученые чаще используют менее трудоемкие сокращенные структурированные шкалы (например, PANS и BPRS).). В большинстве из них не только указаны названия симптомов, но и дается точная их характеристика, исключающая двойное толкование, приводятся количественные критерии. С учетом тех же принципов был разработан раздел V (Психиатрия) в Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10), в соответствии с которой психические расстройства обозначаются буквенно-цифровым кодом (до 5 знаков). Принципы МКБ-10 изложены в главе 14.

Источник: https://auno.kz/uchebnik-po-psixiatrii/112-psixiatricheskoe-obsledovanie.html

Ссылка на основную публикацию