Религиозный взгляд — психология

1.1 Соотношение религии и психологии

Религиозный взгляд - психология

До сих пор не утихают споры в научной и церковной среде о том, нужны ли религия и психология друг другу и что они могут предложить друг другу.

Вот несколько взглядов на соотношение психологии и религии:

Наиболее простой вариант предполагает, что религия и психология не имеют друг к другу никакого отношения, никак не связаны и у них нет практически ничего общего. В наиболее ясной формулировке данное мнение выражено в статье «Христианская психология: за и против» проф. А.В.

Петровским: «Психология, как и всякая наука, не может перекрещиваться с верой, с религией. Моя позиция такова: наука и религия существуют в параллельных, непересекающихся плоскостях, а если они и пересекаются, то только в области этики» [1]. Этой же точки зрения придерживается проф. М.Ю.

Кондратьев: «Эти две сферы мироощущения находятся в непересекающихся плоскостях» [1].

С подобным взглядом можно согласиться в том случае, если рассматривать психологию только и исключительно как науку.

Однако как только научная академическая психология выходит из стен лабораторий и институтов, она становится практической психологией и психотерапией, где в процессе живого общения встречаются два неповторимых человека со своими мировоззрениями и религиозными убеждениями.

Здесь психология и психотерапия уже не столько наука, сколько «искусство, с помощью которого человек получает возможность изменить собственную жизнь. Искусство такое же, как литература, живопись или фотография. Это интересный, уникальный вид творчества, в котором активно участвуют, по меньшей мере, двое».

[2] И если наука вряд ли может быть религиозно-ориентированной, то не вызывает сомнения, что искусство и творчество обязательно несут на себе отпечаток духовных устремлений человека. Вероятно, именно это имеет в виду о. Андрей Лоргус, когда пишет о том, что «психология является одновременно искусством и наукой познания души». [3]

Если научное противопоставление религии и психологии основано преимущественно на парадигме научной методологии, то церковное неприятие психологии проистекает из сомнений в полезности психологических теорий и методик. Как пишет психолог А. Г.

Фомин, «сегодня в церкви можно часто услышать вопрос: «зачем нам нужны психологи? Они своими разговорами только смущают людей, подменяя священство и уводя народ с пути духовного на путь плотской и душевный» [4].

С этой точки зрения любая психологическая помощь, оказанная человеку, в действительности является злом, поскольку формирует у человека ложное убеждение в том, что можно достичь исцеления души вне Церкви и Бога, отвращая его тем самым от истинных ценностей. Как отмечает о.

Андрей Лоргус, «несмотря на то, что отошло в прошлое противостояние психологии и церкви, священнослужители и богословы по-прежнему относятся к психологии отрицательно» [5].

Второй взгляд на соотношение религии и психологии подразумевает, что либо религия входит в область психологических знаний, либо сама психология включена в область знаний религии.

В качестве примера такого включения религии в область психологии приведем взгляды К.Г. Юнга, основателя аналитической психологии. В своей статье «О религии» Юнг писал: «Когда я называю религию системой психотерапии, это отнюдь не игра слов».

Но при этом сама суть религиозных учений, опыт, отраженный в догматах вероучений, это прежде всего опыт встречи с бессознательным. Именно архетипы коллективного бессознательного, с точки зрения Юнга, являются источником мифологии, религии, искусства. По выражению А.М.

Руткевич, в учении Юнга религии «буквально растворяются … в индивидуальной и коллективной психологии» [6].

Сюда же можно отнести и взгляды Зигмунда Фрейда, и отечественную психотерапию периода господства коммунистической идеологии. Сторонники данного подхода исходят из той точки зрения, что феномен религии и религиозного сознания может быть полностью объяснен в рамках психологических, психоаналитических или психиатрических категорий.

Примером обратного включения — т.е. психологии в область религии — можно считать взгляд на психологию как на «религию безбожного века». Книга проф. Поль Вица «Психология как религия: культ самопоклонения» может служить хорошим примером подобной точки зрения.

Наконец, третий взгляд на соотношение психологии и религии подразумевает частичное пересечение этих областей знания. Именно этой точки зрения придерживается большинство православных психологов и психотерапевтов.

С одной стороны, далеко не все аспекты религии могут быть подвергнуты психологическому исследованию. «Нельзя включить в строку отчета любого анализа чувство, которое называют любовью.

И если такое чувство связывает двоих людей, то это такое преимущество, которое не подлежит психическому исследованию», писал известный психолог и психиатр Эрик Берн [7].

Бог, благодать, любовь, подлинное смирение, обожание — все это выходит за рамки научного познания.

С другой стороны, не все психологические концепции и методики представляют интерес для религии. Например, механизмы работы памяти или методики изучения иностранных языков никогда не входили в сферу религии, поскольку не имеют духовного измерения.

Наконец, далеко не все психологические подходы могут быть признаны приемлемыми для православного мировоззрения.

По этой причине «мы не пользуемся техниками программирования, директивного гипноза, йоговской медитации, системных расстановок и других, механизм действия которых нам представляется недостаточно ясным и безопасным как для клиента, так и для терапевта», пишет психолог Елизавета Жудро [7].

А что же объединяет религию и психологию? Психологические знания, которые гармонично сочетаются с православным миропониманием человека, дополняют религиозные представления и открывают новые грани в познании человека и мира. В этом случае мы получаем православно-ориентированную психологию.

Источник: http://psy.bobrodobro.ru/34104

Религия и психология

Религия и психология

Большинство людей на земле верующие и имеют отношение к одному из религиозных направлений. Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени, но люди верят в существование высшей силы и великого создателя.  Нет сомнений в том, что вера очень важна для любого человека и позволяет человеку не просто жить, а жить с удовольствием.

В свою очередь психология, как современная наука, не говорит о существовании высшей силы, но вроде, как и не отрицает её.

Боюсь, что ошибся в своем предыдущем предложении. Наверняка психологи, как представители одного из психологических направлений или просто с позиции обычного человека, имеют свою точку зрения по этой теме.

В общем про это и будет сегодняшний круглый стол.

Мне кажется, религия и наука стали давно смыкаться, если говорить о феномене веры, а не просто об исполнении ряда обрядов и следования каким-то моральным нормам.

Обрядами и моралью психология не занимается, это да, но не потому что она — наука, а потому что она призвана выстраивать такой род терапевтического контакта, который помог бы клиенту через безоценочный взгляд. Это просто разные задачи.

И психолог не может и не имеет права говорить о том, допустим, хорошо ли иметь секс до свадьбы или является ли грехом гомосексуализм. Его дело — принимать человека таким, какой он есть, помогать сформировать свои цели и найти свой путь, даже если этот путь окажется путем атеиста или скептика.

Но с другой стороны, именно ВЕРА может быть серьезным подспорьем психологу. Вот например ученые провели ряд исследований молитвенного состояния, и выяснили, что оно коренным образом отличается от 3-х основных: быстрый сон, медленный сон, бодрствование.

Состояние человека во время искренней молитвы не похоже по данным энцефалограммы ни на одно из упомянутых. И оно способно существенно менять ситуацию внутри человеческого организма — например, происходит выздоровление от болезней, которые медики считали практически безнадежными.

Соответственно, психолог может использовать веру человека как дополнительную опору в самом же человеке для достижения целей данного человека.

Есть ситуации, когда психологу приходится самому ставить вопрос о вере. Не о религии (эти понятия я разделяю, верующий человек может быть совсем не религиозным и не обязательно вообще вера и религия должны пересекаться). А о вере. Потому что человек иногда сталкивается с вопросами, в которых обычных средств психологии недостаточно. Умер еще молодой супруг/а.

Почему так? Как пережить? Просто принять «бессмысленную» на первый взгляд смерть — это не то, чем психолог может тут помочь. Потому что клиент чаще всего пытается найти смысл и в этой смерти, и в своей жизни после нее. А это уже вопросы, на которые наука психология не в состоянии дать ответ.

И тогда надо идти дальше — помогать клиенту осознать, может ли он верить во что-то, каковы вообще его отношения с мирозданием, с силами, которые его окружают. И психолог может помочь человеку сформировать его веру (не навязать религию! а сформировать веру и доверие высшим силам, а уж какой облик для них выбирать — будет решать сам клиент).

Или вот например, родился больной ребенок. Как так случилось? Можно работать с чувством вины матери, и отработать его, но она будет продолжать искать причину и смысл произошедшего, даже если уйдет вина.

Для чего это ей? Чему призвано научить родителей? На что в себе самом опираться, чтобы пробовать вылечить ребенка? Без веры хотя бы в возможности самого человека лечение сложной болезни — тяжкий груз. А веру опять-таки надо помогать формировать, и часто сами клиенты ставят так свой запрос.

Мне довелось закончить философский факультет и учиться в богословском колледже, а потому я читал практически все религиозные «первоисточники» — Библию, Коран, Дхаммападу, Дао де Цзин, Веды, Конфуция и т.д.

И все больше проникаюсь мыслью, что по сути там изложено одно и то же знание, но с разными акцентами, присущими разным цивилизациям и культурам. И это знание очень помогает в психологии и дополняет психологию.

Потому что сами клиенты выходят часто за рамки простого разбора житейских ситуаций.

Есть какая-то черта, грань, за которой психология бессильна. Вот например, клиент осознает вследствие терапии, что те или иные его жизненные коллизии и перипетии были вызваны негативным родительским опытом.

Прорабатывает этот опыт, отпускает обиды.

Но мучается вопросом: а почему я попал именно в эту семью? Почему мне достались такие родители? Сам человек часто хочет выйти за рамки «это так и все, ничего не поделаешь».

Виктор Франкл — для меня один из блестящих примеров умения сочетать в себе науку и религию. Он утверждал (и написал книгу на основе наблюдений в концентрационном лагере), что именно вера помогает человеку пройти самые тяжелые психологические испытания, выжить даже в самых нечеловеческих условиях. Высший смысл — вот то, что держит человека на плаву, когда все вокруг сулит угрозу.

А религия — ее можно выбрать отчасти по собственному вкусу. Или принять то, что досталось от предков.

Религия — всего лишь оболочка для веры, и если религиозный человек не наполнен верой, то он просто тот, кто совершает обряды из страха, что высшая сила на него «обидится», пытается принести ритуальные жертвы «на всякий случай».

Но такое исповедание Бога не помогает на самом деле, оно не дает тех благотворных состояний для психики, способных вылечить болезни и дать волю к жизни.

Мне кажется (но это только мое личное мнение в данном вопросе), психолог не может совсем обойти своим вниманием этот феномен веры. Психология, если переводить с греческого, наука о душе. А душа склонна верить, нуждается в этом.

К тому же душа не может быть исследована в полной мере научными средствами, количественными методами и матанализом. И потому приходится выходить за грани научных методов.

Если мы действительно готовы иметь дело с душой, а не только с поведенческими рефлексами и биосоциальными инстинктами.

Выше сказано коллегами про многое и про важное! Не буду повторяться…

Я сотрудничала с  организацией, которая в т.ч., помимо широкого круга дел, развивала  еще и Телефон доверия для православных.

Скажу мое видение по этому вопросу: большинство обратившихся к психологу (по телефону) людей не желают ничего делать для себя, для своего душевного комфорта — предпочитая основное время уделять молитвам, в  ожидании того, что само собой все наладится. До очной консультации «добираются» единицы.

Много людей, вещающих про «бесов» и прочую нечисть (никогда не понимала этого!) и при этом не желающих принять то, что важно начинать с себя, а не пенять на других, которые по их мнению мешают им быть счастливыми! Как то про заповедь «Возлюби ближнего как самого себя» забывается. Или не понимается…

Важно осознавать и то, что один верующий человек и другой  верующий человек — по-разному «верят».

На православной выставке в Манеже я общалась с достаточно высоким чином в Церкви, который накануне посетил …

системные семейные расстановки!  Это, согласитесь, удивительно! Метод — неординарный, хотя основоположник его — священник (в прошлом).

 Этот человек, с энтузиазмом описывающий свои впечатления,  открыт к принятию нового, не отрицает того, что не видел, не читал, не знаком, он гибок и мудр!

Кто-то не принимает психологию, кто-то не принимает религию —  у каждого свой путь в этой жизни! Многие после психолога идут к батюшке, а кто-то после исповеди мчится к психологу. 

Религия и психология не то, чтобы не совместимы… Они — как две дороги, которые то идут параллельно, то пересекаются, то сливаются в одну широкую!

Мне кажется что религия и психология несовместимы. Взять христианство, оно учит смирению, прощению обид, отдаванию кафтана если попросят рубаху, поставлению правой щеки если ударят в левую, учит тому что проблемы даны во благо и для духовного роста, что не нужно препятствовать злу и невзгодам, а смирено их принимать.

А психология учит и стремиться помогать людям больше ценить себя, ориентироваться на свои потребности и желания, быть уверенным и отстаивать свои границы и даже быть агрессивным по отношению к агрессору т.е. психология учит не смиряться с тяжелыми ситуациями и не смиряться нападающими на нас, а давать им отпор и преодолевать трудности.

Религия- отречение от себя и смирение, психология- люби себя (я центр) и преодоление.

«психология, как современная наука, не говорит о существовании высшей силы, но вроде, как и не отрицает её…..»

Психология, как наука говорит о многом и своим языком, в том числе и о высшей силе, называя её коллективным бессознательным — одна из форм бессознательного, единая для общества в целом и являющаяся продуктом наследуемых структур мозга.

Основное отличие коллективного бессознательного от индивидуального в том, что оно является общим для разных людей, не зависит от индивидуального опыта и истории развития индивида, представляет собой некий единый «общий знаменатель» для разных людей».

Читайте также:  Понятийное мышление - психология

 Материал из Википедии — свободной энциклопедии.

Человека без веры не бывает, мы находимся в таком пространстве, где мы просто не выжили бы, если — бы не воспринимали многие вещи на основе веры.

Ну, давайте представим себе уроки в школе, где мы постоянно пытаемся все формулы, представленные нам как исследованные, проверять экспериментально.

Человек существо социальное и живет в тесной зависимости с людьми.

Великие святые, уходя от людей, на некоторое время и получая некий знаки и просветления сознания, всё равно возвращаются к людям или допускают огромное количество людей к своим кельям и пещерам!

Мы просто нуждаемся друг в друге, чтобы существовать и воспринимать и получать некий развивающий наше СОЗНАНИЕ катарсис, нам просто необходим тот самый ДРУГОЙ человек, которому мы, безусловно, ВЕРИМ!

Мне очень нравится эта тема поднятая Вами и имеющая больше философскую направленность. Я согласна с моим любимым автором А. В. Курпатовым, о том, что психолог в первую очередь должен быть философом.

У него есть очень интересная на эту тему книга «Философия психологии Новая методология». В книге рассмотрены религиозная, философская и научная мировоззренческие системы, а также проведен методологический анализ развития психологического знания.

Он не первый и не последний кто затрагивает тему веры и глобальных вопросов, что же все-таки определяет наше сознание?

Я пишу эту статью и верю, именно верю в то, что и мои коллеги и автор темы и читатели будут читать эти строки, а кто-то, может — быть, и напишет мне свои комментарии. Разве это не является составляющей моего сознания.

Я верю в то, что люди: матери и отцы, читая наши статьи, разговаривая с нами или читая наши ответы, задумываются и перестают кричать и унижать своих детей, разных возрастов.

Примирить науку и религию получается Уильяму Арнцу  в «Книге Великих Вопросов. Что мы вообще знаем?» и в документальном фильме, по которому написана эта книга, — Силы мысли: Что мы об это знаем / What the Bleep Do We Know!? (Уильям Арнц, Бетси Чейс) [2004]:

«Лет сорок назад мыслители-новаторы во главе с профессором Абрахамом Маслоу осознали, что психология сосредоточена практически исключительно на проблемах и нарушениях: неврозы, психозы, дисфункции.

А почему бы не изучать здоровых или даже «исключительно здоровых» индивидуумов — подумали они? Почему не исследовать высшие и наивысшие возможности человека — чтобы помочь всем развить в себе эти силы?  ………….

Возможно, величайшее наследие Маслоу и его коллег состоит в том, что они донесли до людей простую истину: каждый из нас обладает колоссальным скрытым потенциалом! Мы все обладаем силами и способностями, которые никогда еще не реализовывались в полной мере»!

Некоторые философы, называют психологию – религией будущего. И в этом есть доля истины. Прием у психолога, часто напоминает и клиентам и психологам, исповедь священнику.

На протяжении многих тысячелетий, беседы снимали психическое напряжение у человека. Он осмысливал совершенный грех и стремился прекратить мучения совести.

Просто при современной исповеди, мы уделяем большее внимание объяснению человеку, как ему преодолеть этот самый «грех» не дающий покоя человеку.

Да и роль проповедника, согласитесь коллеги, нам тоже присуща, достаточно только прочесть некоторые наши ответы. И Вы знаете, меня это совсем не пугает.

Я часто люблю повторять, что и до психологии, люди жили и с помощью религиозных служителей, стремились быть выше животных рефлексов и им это удавалось.

Психология опирается не только на открытия Фрейда и Павлова, Выготского и Ухтомского, Бехтерева и Сеченова, но и на тех, кто был до них и опирается, в том числе и на исследования и философское наследие, доставшееся нам от великих учителей и святых с Востока и Запада.

Удачи, всем и успехов.

На мой взгляд, вера в высшую силу (а она имеет множество видов, в том числе веру в Бога) является способом поддерживать себя в жизни. Бог — это опора для человека. Он учит жизни, даёт заповеди, наблюдает за тобой, судит и решает, в ад твоя душа отправится или в рай.

Это внешняя опора. Она необходима многим людям, которые не имеют внутренней опоры, если хотите, внутреннего Бога.

Тем, кто имеет эту внутреннюю опору, не нужны внешние объекты воздействия и контроля на себя, не нужны ритуалы и магические действия, чтобы принимать решения и осуществлять свою жизнедеятельность. Это всё у них происходит в свёрнутом виде внутри, в душе, в психике.

Но происходит, по сути, то же, что и верующими в церкви. Просто, на мой взгляд, разница в том, есть ли внутренняя опора в конкретном человеке. Если её нет, он ищет опору в Боге через религию.

Мне трудно описать эту внутреннюю опору, это сложная штука. Но мне представляется это каким-то механизмом саморегуляции и принятия решений, когда мы сверяем их со своим внутренним мерилом, внутренним Богом. Вот как раз психология, как мне кажется, и обучает инструментам, способам и путям формирования этой самой внутренней опоры.

Мне бы не хотелось, чтобы этот мой тезис воспринимался как противопоставление религии и психологии, или как то, что внутренняя опора лучше внешней. Вовсе нет.

Просто это разные способы получать поддержку, необходимую для жизни, но они оба нужны и важны, потому что кто-то может создать эту опору внутри, а кто-то нуждается во внешней.

И то, и другое в нашей жизни было, есть и будет дальше. Это вопрос выбора, личного выбора каждого человека.

Религия и психология…

Соприкосновение…, взаимопроникновение…, разногласия(?)…

Говоря о психологии, как практик, имею в виду психотерапию, психологическую помощь, консультирование, поддержку.

То, что в религии именуется душепопечительством, наставничеством.

По моему мнению, все психологические учения, все теории и практики вышли из религий и продолжают питаться  животворящими смыслами и практиками, взятыми оттуда же.

Все теории – это часть учений отцов церкви, переложенные на профессиональный язык теорий  психологами.

Говорю это, отнюдь не умаляя такие переложения.

Такая тема – тема для большого и, скорее, теоретического разговора о религии и психологии.

Мне же, как практику, важно понятие ВЕРЫ, без которого не вижу работы практического психолога, психотерапевта.

Трудно удержаться и не привести слова своего друга,   психотерапевта  А.Е. Алексейчика из его книги «Психотерапия жизнью»:

«Очень немногие больные, а тем более здоровые, имеют сколь-либо  реальное представление  о вере, даже самое простое, не говоря уже о вере во всей ее сложности, конкретности, динамике, живости, жизненности, действенности, развитии, личностности.

  Чаще всего веру понимают потребительски: лучше верить, чем не верить, надо верить, хочу верить, покажите, докажите….

Не представляют, что вера может быть общей, конкретной, фанатичной, извращенной, бессильной, лукавой…   Даже профессионалы не признают, не узнают «чудесной» веры: врачи  — религиозной, священники – веры больных.  Не умеют верой «пользоваться», «служить верой и правдой».

Вера – основная, можно сказать, «стволовая» сущность» (психотерапии – примечание мое – Г.И.).

У-веренность, не-до-верие, мало-верие, до-верие – второстепенны, хотя с ними можно успешно работать.

Как благодатна жизнь тех людей, кто с детства получает такую конкретную веру вместо знания. Веру в то, что  отец и мать для него самые добрые, лучшие, умные….  Образцовые. Что род  его самый…. Что он для них самый, ну, если не лучший, то соответствующий.

К сожалению, в современном мире, в нашем мире так бывает нечасто. Люди не получают с детства такой «малой», согревающей, активизирующей веры, с традицией, в церкви, в общине, в своем приходе.  И придется им искать такую веру с запозданием, в беде, в боли, в заболевании. Или – в забытьи.  Или в психотерапии».

Задача психотерапевта – считаю, основная задача, — сделать так, создать такую «атмосферу» работы, чтобы пациент – до-верился, по-верил, приблизился к вере – в себя, в свои силы и возможности.

Чтобы увидел, услышал, почувствовал, понял – с верой – что жизнь его в большей степени может быть – другой.

Что вера его себе, другому – может быть целительна.

Работаю с такими понятиями, как душа, дух.

Задача – помочь пациенту – при-открыть душу.  Навстречу себе, навстречу новым переживаниям и пониманиям.

Работаю – не с бессознательным, а с – душой. И работается тогда – с душой.

Но в то же время вспоминаю – религия занимается спасением души. Психотерапия – ремесло светское – лечение души.

Нет психотерапии православной, мусульманской и т.п.

Но психотерапией занимаются люди.  И  вера  помогает человеку верующему, занимающемуся нашей работой, видеть отчетливее, глубже и шире человека с его трудностями, помогает  найти выходы – к свету, к жизни.

Из заблуждений, от детства  — к юности, взрослости и зрелости.

К здоровому детству, к здоровой взрослости, зрелости.

К мудрости.

К принятию жизни и нахождению в ней смысла.

Источник: https://www.all-psy.com/ks/religiya-i-psihologiya.html

Религия и психология (religion and psychology) — это… Что такое Религия и психология (religion and psychology)?

Почему одни люди глубоко религиозны, в то время как другие не верят в Бога и никогда не посещают богослужений? Почему нек-рые люди становятся пресвитарианцами, а другие членами епископальной церкви, пятидесятниками, католиками или буддистами? Почему нек-рые верующие испытывают глубокие религиозные переживания, тогда как другие воспринимают религию как «скучную обязанность»? Почему нек-рые люди находят в своих религиозных убеждениях успокоение и поддержку, в то время как другие ввергаются в переполняющее чувство вины и самоосуждения? Какова роль религии для психич. здоровья, психотер., прояснения ценностей и нравственного поведения?

Это лишь часть вопросов, ответы на к-рые интересуют психологов, занимающихся изучением религии. Несмотря на то, что многие пытались дать определение психологии религии, по-видимому, никому не удалось это сделать лучше, чем профессору Роберту Таулессу из Кембриджа. Он писал, что психол.

изучение религии пытается «понять религиозное поведение, применяя к нему психологические закономерности, выведенные на основе изучения нерелигиозного поведения». Хотя психология религии иногда и исследует парапсихол. феномены, осн.

акцент все же делается на более традиционных формах религиозного опыта, включая молитву, обращение в веру, мистические переживания, отправление религиозных обрядов и участие в религиозных общинах и культах. Такие исслед.

тж поднимают вопросы консультирования, однако психология религии все же в большей степени фокусируется на понимании религиозного поведения или опыта.

Психология религии существует с начала XX в., и одно время быстро и продуктивно развивалась, однако после возникновения бихевиоризма интерес к ней упал и она прекратила свое существование практически на 50 лет. Лишь относительно недавно она воскресла и стала восприниматься как оправданная и вызывающая уважение область исслед. для психологов.

Фрейд, невзирая на свою характеристику религии как «иллюзии», «универсального невроза» и «наркотика», к-рый, как он надеялся, «человечество преодолеет», тем не менее проявлял большой интерес к религиозному поведению и написал на эту тему неск. статей и 3 книги. Юнг, Адлер и др. представители раннего психоаналитического движения, продолжившие изучение религии, подходили к ней с менее критических и более признающих психол. ценность теологических убеждений позиций.

В США изучение религии считалось важной ветвью ранней общей психологии. Г. Стэнли Холл, напр., использовал научные методы для изучения религии.

Однако, гораздо большую известность и влияние оказал цикл Джиффордовских лекций Уильяма Джеймса. Опубликованная Джеймсом в 1902 г.

книга под названием «Многообразие религиозного опыта» (Varieties of religious experience) является, пожалуй, единственным классическим психол. исследованием религии.

Некоторые сферы интереса

Методология. Сложность религиозного поведения и опыта привела психологов к использованию разнообразных измерительных инструментов.

К ним относятся анализ личных отчетов и интроспекции; клиническое, естественное и включенное наблюдение; использование анкет, опросников и глубинных интервью; анализ документов, таких как дневники и автобиографии религиозных людей; использование личностных тестов; изучение религиозных документов, включ. Библию; и использование эксперим. процедур.

Научное изучение религии делает успехи, но этот прогресс идет медленно и трудно, поскольку челов. религиозные феномены (такие как «вера», «убеждение», «обращение» и «приверженность») слабо поддаются точному определению и измерению.

Психологические источники религии. Религия — широко распространенный феномен; она имеет долгую историю и оказывает сильное влияние.

Фрейд полагал, что толчком к ее возникновению служила борьба первобытных людей с чувством вины и сексуальными импульсами. Более совр. психологи отказались от поиска ист.

корней религии и вместо этого сконцентрировались на психол. источниках возникновения и существования религии в современности.

Религиозное развитие. На протяжении жизненного цикла у людей меняются взгляды на окружающий мир и восприятие Бога. Детская вера, по-видимому, является простой и магической. По мере взросления человека, его моральные ценности, представления о сверхъестественном и участие в религиозной деятельности претерпевают серьезные изменения.

Религиозный опыт. Это одна из осн. областей интереса психологов, занимающихся изучением религии. Уильям Джеймс проанализировал причины и влияние обращения в веру, мистических переживаний, праведности и молитвы.

Последующее изучение в данной области дополнилось исследованиями глоссолалии, религиозного содержания снов, психол.

основ медитации, влияния религиозного убеждения и ритуала, чудесных исцелений, измененных состояний сознания, влияния исповеди и прощения, влияния оккультных и культовых феноменов, объяснения чудес, употребления наркотических средств с целью вызова религиозных переживаний, и религиозных влияний в области психопатологии.

Динамика религиозного поведения. Прайзер считает, что религия не только влияет на людей, но и сама зависит от особенностей челов.

восприятия, интеллектуальных процессов, мышления, лингвистических функций, эмоций, моторного поведения, межличностных отношений и отношения к вещам, идеям и к самому себе.

Несмотря на свое сегодняшнее незначительное место в психологии религии, изучение взаимосвязи общепсихологических и религиозных феноменов представляет потенциальный интерес для будущих исслед.

Читайте также:  Риск - психология

Религия и социальное поведение. Соц. психологи испытывают особый интерес к соц. организации церквей и синагог, соц. структуре и влиянию религиозных общин, ролям религиозных лидеров и характеру религиозных обрядов и семинаров.

См. также Религиозное поведение

Г. Р. Коллинз

.

Источник: https://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_psychology/937/%D0%A0%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D1%8F

Религиозный и невротический взгляды на жизнь

Религиозный и невротический взгляды на жизнь

Невротическая модель восприятия мира похожа на восприятие мира приверженцем любого религиозного течения. В чём сходство?

Религия предполагает нахождение человека под покровительством Всевышнего. А в случае нарушения законов или воли Бога неверного ожидает кара за грехи. Это напоминает модель детско-родительских отношений.

В детстве родитель для ребёнка, как Бог. Он окружает дитя безграничной милостью и любовью, но в случае неповиновения ребёнок может быть наказан. Естественно, чадо стремится соблюдать правила, быть всегда хорошим, чтобы заслужить любовь и одобрение Бога-родителя.

Когда ребёнок взрослеет, в его подсознании сохраняется подобное представление о родителе. У него по-прежнему присутствует стремление заслужить любовь. Также остаётся привычка возлагать ответственность за всё происходящее с ним на Кого-то Высшего. Во взрослой жизни это представление переносится на отношения с Богом в рамках какой-либо религии.

Религиозный взгляд на устройство жизни очень схож с невротическим восприятием мира.

Религия удовлетворяет все потребности человеческого подсознания, связанные с осознанием родителя как Бога: любящего и покровительствующего, прощающего и карающего.

Как родитель, религия транслирует правила, которые «ребёнок» должен соблюдать, и как родитель, религия ограждает человека от пугающей неизвестности, всё объясняя наперёд.

Это не значит, что каждый, кто решил следовать по духовному пути – невротик, желающий переложить ответственность за события, происходящие в его жизни, на небесные силы. Однако никакая религиозная концепция не может объяснить жизнь и всё, что случается в ней, единственно верным образом. Человеческое понимание мира ограничено только его собственной личностью.

Сама личность устанавливает границы, через которые будет рассматривать все вокруг. Получается, что каждый человек, пытаясь понять, по каким законам существует мир, создаёт для себя собственную религию, собственное учение о реальности.

Иногда эта религия формируется в человеке самостоятельно, а иногда люди позволяют себе позаимствовать направление восприятия мира у официального религиозного течения.

Не всякий религиозный человек невротик. Но невротическое мировоззрение – всегда религия. Так называемый духовный путь выступает способом реализации душевных потребностей, которые у каждого человека свои. Для здоровой личности религия лишь карта рельефа жизни.

Она схематично изображает местность и подсказывает, в каком направлении двигаться. Как и любая карта, она может иметь погрешности. Здоровая личность эти погрешности всегда учитывает, корректируя свой путь собственными представлениями о мире.

Для невротика же религия представляет собой способ реализации его невротических запросов, которые являются отголоском младенческого восприятия жизни.

Если невротик не придерживается конкретного вероисповедания, его сознание всё равно религиозно. Неважно, кого он будет винить в своих неприятностях: небо или жизнь вообще. В его сознании с детства присутствует кто-то ответственный за все, что с ним происходит.

Бог невротика может как одарять, так и карать. Его любовь не безусловна — любовь божества надо заслужить. Невротик живёт под гнётом ответственности, которую он сам на себя возложил, и которую боится не оправдать. И, может быть, за послушание впереди будет ждать райский сад.

Если невротик отклоняется от правильного, по его мнению, курса, он может впасть в депрессию от ожидания будущего наказания, от ощущения того, что высшие силы отвернулись от него за грехи. Если невротика преследует невезение – это Бог наказывает его.

Когда же невротику везёт, он чувствует, что высшие силы его любят.

Здоровая личность сама строит своё будущее, а не пытается его угадать. Она принимает свои недостатки и ошибки ровно так же, как и достоинства с достижениями.

Отношение здоровой личности к себе не меняется из-за ошибок, которые она допускает. Все успехи и неудачи — это не «везение» или «невезение». Это результат выбора личности, её усилий или бездействия.

Зрелая личность несёт ответственность за свой выбор и свои действия.

В тех же религиозных учениях подчёркивается, что важно воспринимать жизнь осознанно и ответственно, не предаваться грёзам. А человек все верит в приметы, в судьбу, в ритуалы, в чудо. Между тем жизнь проходит мимо.

Отношение к религиозному пути как способу удовлетворить свою детскую потребность в любви и безопасности на определённом этапе развития личности естественно. Невротичность — один из этапов формирования человека, расположенный между ребёнком и зрелой личностью. Но всему своё время. К сожалению, большинство людей застревает на этапе невротичности навсегда.

Религиозный фанатизм

Источник: http://zdips.ru/sam-sebe-psikholog/1901-religioznyj-i-nevroticheskij-vzglyady-na-zhizn.html

ПсиБлог – актуальные исследования мира психологии

ПсиБлог – актуальные исследования мира психологии

Человек — существо социальное, и желать одобрения общества, соответствовать его ожиданиям, законам и морали — в порядке вещей. Однако существует категория людей, у которых это желание гипертрофировано. В этом случае принято говорить о невротической…

читать далее

Карен знакомится с Джеффом на вечеринке и у нее сразу возникает ощущение, что она знала его всю жизнь. Она с тревогой ждет, что он упомянет свою жену или девушку, но, судя по всему, он свободен. Джеффу тоже нравится Карен, и к концу вечера они идут к ней домой. Дойдя…

читать далее

На свое пятилетие мой сын попросил футболку «My little Pony». Он не знал, что такие вещи продаются в отделе для девочек. Ему она казалась красочной, яркой и красивой, точно, как его любимый персонаж Радуга Дэш. Он провел свое детство в Окленде, штат Калифорния, среди…

читать далее

Человеку необходимо движение, чтобы быть здоровым. Физические упражнения предотвращают риск развития серьезных заболеваний и ранней смерти и поддерживают нас в тонусе для выполнения ежедневных задач. Ходьба – это простая, бесплатная и приятная физическая нагрузка. Но…

читать далее

ВВЕДЕНИЕ Большое количество научных исследований сосредотачивалось на том, какие эмоции испытывает человек при виде другого человека. Однако лишь небольшая часть этих исследований изучала то, как мы идентифицируем и эмоционально реагируем на лица других людей….

читать далее

Секс – одна из немногих вещей, не требующих долгих поисков мотивации. Это не зарядка, которая, конечно, хороша для здоровья, однако мало кто действительно регулярно делает ее. Секс не только приятен, но и, безусловно, полезен. В данной статье речь пойдет о…

читать далее

Перемены, даже если они к лучшему, могут пугать. Эмоциональный рост, предполагающий изменения в психологической сфере личности, для большинства людей является трудоемким сложным процессом. Бесспорно, некоторые изменения в сфере эмоций происходят естественно с ходом…

читать далее

«Распределение детей по классам на основе успеваемости препятствует развитию детей, которые попадают в более слабые классы», — сообщают авторы исследования, опубликованного в Кембрижском журнале «Образование». Ожидания учителей, основанные на предыдущих…

читать далее

Человек не может верить всему, что читает. Однако исходя из результатов психологического исследования, поначалу ему очень сложно критически воспринимать прочитанное. На что же изначально настроен наш мозг: принимать на веру или оценивать критически? Почему мы так…

читать далее

Родители, которым не нравится, как их воспитывали их собственные родители, могут прибегать к гиперкомпенсаторному поведению. Это означает, что, будучи недовольными действиями своих родителей, они будут прилагать чрезмерные усилия, чтобы ни в коем случае не быть, как…

читать далее

Источник: http://xn--90aennpco.xn--p1ai/%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5-%D0%B0%D1%81%D0%BF%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%8B-%D0%BE%D1%82%D0%BA%D0%B0%D0%B7%D0%B0-%D0%BE%D1%82-%D1%80%D0%B5/

Уважаем религиозные взгляды

Уважаем религиозные взгляды

Наше общество крайне неоднородно. Семейная пара, живущая в соседнем доме, исповедует буддизм; в следующем доме предпочита­ют индуизм; ваш коллега — мусульманин; а большинство остальных окружающих считают себя христианами.

Однако и в христианском мире есть множество диалектов. Методисты, пресвитериане, бапти­сты… И каждая конфессия по-своему выражает и практикует веру во Христа.

Все христиане имеют общее основание христианской веры, но в остальном они значительно отличаются.

Многие люди вырастают в религиозных семьях. Одни имеют глу­бокую личную веру, а другие относятся к религии родителей очень просто (более того, они даже могут отказаться от нее).

Крайне редко в брак вступают люди, имеющие совершенно одинаковое религиоз­ное воспитание и духовные убеждения, даже если они выросли в одной церкви. Различия во взглядах на духовные и религиозные во­просы зачастую становятся причиной споров между супругами.

Они также могут препятствовать развитию взаимоотношений с новыми родственниками в целом. Я вспоминаю супругов-протестантов, ко­торые рассказали вот что: Наша дочь вышла замуж за католика. До свадьбы он ходил в нашу церковь и говорил нам, что католические обряды для него мало что значат.

Но после появления детей зять на­стоял на том, чтобы они воспитывались в традициях его веры. У нас было такое чувство, что он обманул нашу дочь. Вполне понятно, по­чему теперь наши отношения оставляют желать лучшего.

Так как религия является важной частью жизни, я настоятельно Рекомендую людям, собирающимся заключить брачный союз, се­рьезно обсудить религиозное основание, на котором они будут стро­ить свои взаимоотношения.

Если расхождения в главных духовных убеждениях слишком велики, их нужно рассмотреть до вступления в брак. Иначе они могут серьезно помешать созданию единства в се­мье.

Однако даже тогда, когда двое влюбленных приходят к единому мнению в вопросах религии, воззрения их новых родственников мо­гут стать причиной сложных конфликтных ситуаций.

Один молодой мужчина поделился со мной своей историей: Моя сестра вышла замуж за мусульманина. Он убедительно доказывал, что в основании всех религий лежат общие принципы.

Однако вскоре се­стра поняла, что на самом деле это не совсем так. Мне очень сложно общаться с ее мужем, потому что он протестует против всего, во что верю я.

Даже если мы не касаемся вопросов веры напрямую, наши духовные взгляды проявляются в других сферах жизни, и мы все рав­но начинаем спорить.

Действительно, религиозная система, к которой принадлежит че­ловек, оказывает огромное влияние на его восприятие жизни в це­лом.

Именно поэтому апостол Павел призывал христиан не вступать в брак с неверующими в Христа3.

Для того чтобы достичь духовного единства в браке, наши основополагающие духовные принципы должны быть достаточно близкими. Только так мы сможем понимать друг друга и вместе возрастать в вере.

Поскольку во время ухаживаний и свиданий религиозные убеж­дения раскрываются не полностью, пары осознают значительные различия в них только после свадьбы. Подобные несоответствия могут обнаруживаться между мужем и женой или между их родст­венниками. Как же справиться с возникшими разногласиями, и ка­кую роль здесь играет умение проявлять уважение?

Для начала давайте признаем, что вряд ли мы сможем разрешить все наши религиозные конфликты. Попытки объединить различные религии никогда не были особо успешными.

Попытавшись убедить родственников в том, что их взгляды ошибочны, мы не получим ни­чего, кроме бесполезных споров. Однако, приняв решение уважать их убеждения, мы создадим основание для диалога.

В такой атмосфе­ре обе стороны смогут лучше понять друг друга, сохранив при этом уважение к оппоненту и его выбору.

Уважение религиозных взглядов родственников вашей половинки является главным условием создания хороших взаимоотношений. Это вовсе не означает, что вы должны соглашаться с их верованиями. Вы просто даете им такую же свободу выбора, какую дал им Бог.

Не все ре­лигиозные взгляды правильны, и многие учения противоречат одно другому. Обычно мы считаем, что именно наша вера является истин­ной. Однако помните, что ваши родные самой правильной считают свою веру. Уважение к праву человека иметь собственное мнение лежит в основе любого диалога.

Если есть уважение, можно иметь добрые от­ношения, даже не соглашаясь в определенных религиозных вопросах.

Эрик и Джейн считали себя настоящими христианами. Он вырос в семье методистов, она воспитывалась в пресвитерианской семье. Одна­ко глубокое посвящение Иисусу они почувствовали во время учебы в колледже. Будучи детьми, они традиционно верили в Христа, но их ве­ра никогда особо не проявлялась.

В колледже их религиозные убежде­ния стали поводом для нападок со стороны неверующих преподавате­лей, и это побудило их искать ответы на каверзные вопросы об истин­ности христианской веры.

В ходе поисков они пришли к заключению о том, что Иисус Христос действительно был Сыном Божьим, вся Его жизнь служила доказательством Его сверхъестественной силы и Его воскресение из мертвых стало свидетельством истинности Его учения.

Молодые люди начали посещать группу по изучению Библии и благовествовать неверующим студентам в университетском городке. Они знали, что их жизнь уже никогда не будет прежней.

Вскоре после завершения учебы Эрик и Джейн поженились. Им и в голову не приходило, что религия может стать причиной конфлик­та между ними и их родителями. Молодожены присоединились к од­ной из местных церквей. Отец Эрика спросил: К какой деномина­ции относится ваша церковь?

Эрик ответил: Ни к какой. Это просто христианская церковь”.

— Церковь не может быть христианской и при этом не принадле­жать ни к одной деноминации!

— Все, что мне известно, — сказал Эрик, — в церкви учат тому, что на­писано в Библии, и люди стараются выполнять то, чему учил Иисус. Нам нравится эта церковь, и мы чувствуем, что должны быть в ней.

— Не понимаю, почему вы не пошли в методистскую или пресви­терианскую церковь. Зачем нужно было присоединяться к какой-то неизвестной церкви? Я думаю, здесь что-то не так. Ты уверен, что вы не попали в секту?

У Джейн произошел похожий разговор с ее родителями.

— Мы предполагали, что вы с Эриком будете посещать церковь пресвитерианцев или методистов, ведь вы были воспитаны в их тра­дициях. Почему вы не посоветовались с нами, прежде чем принять окончательное решение? — спросила мама. — Это была идея Эрика или твоя?

— Мама, мы сделали свой выбор вместе. Мы убеждены, что Бог хо­чет видеть нас в этой церкви.

— Думаю, вам следует больше молиться об этом, — сухо ответила мама, выходя из комнаты.

Читайте также:  Движущие силы развития личности - психология

Эрик и Джейн были шокированы реакцией родителей. Через неко­торое время они поняли, что родители Джейн обвиняют Эрика в гом, что он втянул их дочь в непонятную секту, а родители Эрика во всем винят Джейн. Вскоре религия стала для обеих семей запретной те­мой, и молодой паре пришлось жить с постоянным чувством вины из — за того, что родители не одобряют их выбор.

Когда молодые люди обратились ко мне за помощью, я очень хо­рошо понимал их разочарование. За тридцать лет своей практики я встречал бесчисленное количество супружеских пар, находившихся в конфликте со своими родителями из-за различий в религиозных взглядах.

— На самом деле у нас не так уж много различий, — сказал Эрик. — Основные учения, проповедуемые в нашей церкви, точно такие же, как и в церквах родителей.

Конечно, наша церковь выбрала со­временный способ поклонения Богу, и ее члены активно участвуют в церковной жизни: изучают Библию, посещают молитвенные со­брания, выходят за стены церкви, чтобы помочь нуждающимся.

Но фундаментальные принципы веры у нас полностью совпадают. Не могу понять, почему это стало для них такой проблемой.

Я внимательно выслушал все, что рассказала Джейн о своей борь­бе с собственными родителями и родителями мужа.

— Очень рад, что вы пришли, — сказал я. — Мне бы не хотелось, чтобы вы продолжали бороться следующие двадцать лет. Я полагаю, что в основе недовольства ваших родителей лежат страх и любовь. Они любят вас всем сердцем и хотят, чтобы вы были счастливы.

На протяжении многих лет церковь была важной частью их жизни, и они желают того же для вас. Однако старшее поколение боится неизвест­ности. Они хорошо знают, что представляют собой методистская и пресвитерианская церкви, но им почти ничего неизвестно о других церквах.

Они опасаются, что вы попали в одну из сект и ее учение неактивно повлияет на вашу жизнь.

Но ведь это неправда, — вступил в разговор Эрик.

— Я знаю, что это неправда, но Они-то этого не знают. А все мы бо­имся того, чего не знаем.

— Но как же мы можем им помочь? — спросила Джейн.

— В основе всех отношений лежит уважение, — сказал я. — Вам нуж­но уважать выбор ваших родителей, а им — ваш.

— Мы то уважаем их выбор, — проговорила Джейн, — но они не ува­жают наш.

— Я думаю, что ситуацию можно изменить, — улыбнулся я.

Так проходили мои первые встречи с Эриком и Джейн. За шесть ме­сяцев им удалось заслужить уважение и тех и других родителей. Все на­чалось с откровенного разговора между молодой парой и родителями Эрика.

Эрик объяснил своим родителям, что они с Джейн искренне хотят достичь согласия с ними в том, что касается выбранной ими церкви, и понимают их беспокойство, но, со своей стороны, просят прислушаться к их мнению.

Он предложил составить список основных доктрин, которые прак­тикуются в методистской, пресвитерианской и местной церквах, а затем выяснить, есть ли между ними существенные различия. Мы действительно хотим понять вас и хотим, чтобы вы поняли нас. Мы знаем, что вы любите нас и желаете нам только самого лучшего. Роди­тели Эрика с готовностью приняли это предложение.

Молодые люди поговорили и с родителями Джейн. Инициатором встречи была Джейн. Родители девушки с радостью откликнулись на предложение обсудить ситуацию.

После сравнения основных учений трех разных церквей все сторо­ны пришли к мнению, что фундаментальные принципы одинаковы.

Эрик также предложил своим родителям почитать историю возникно­вения методистской церкви, а Джейн попросила своих родителей ознако­миться с историей пресвитерианской церкви. Старшее поколение вос­приняло эту идею с удовольствием.

У местной церкви нет столь долгой истории, — сказал Эрик, — но мы можем узнать, как она зародилась, и рассказать об этом вам.

В конце концов они выяснили, что причины ос­нования местной церкви почти совпали с причинами, по которым Джон Уэсли основал методистскую церковь, а Джон Нокс — пресвитерианскую.

Кроме того, Эрик и Джейн посетили с родителями Эрика собрание методистов, а с родителями Джейн — собрание пресвитерианцев. Обе Родительские пары согласились присутствовать на собрании церкви, в которую ходили их дети. И чем больше родители узнавали о местной Церкви, тем меньшими становились их опасения.

Эрик и Джейн были благодарны родителям за то, что они призна­ли их выбор, и вскоре конфликтующие стороны пришли к согласию. Сейчас, когда в церквах происходят какие-нибудь важные события, родители и дети с удовольствием приглашают на них друг друга. Ро­дители проявили такое же уважение к выбору Эрика и Джейн, какое молодая пара проявила к решению старших.

К сожалению, не все проблемы, связанные с духовными вопроса­ми, можно решить подобным образом. Но этот случай служит пре­восходным примером того, как следует себя вести при возникнове­нии таких разногласий. Проявление уважения всегда приводит к улучшению ситуации.

Источник: http://bysolo.ru/uvazhaem-religioznye-vzglyady.html

Религиозный опыт и психологические предпосылки религии (стр. 1 из 2)

Религиозный опыт является одним из объектов наиболее пристального внимания исследователей — и одновременно поводом к наиболее жарким дискуссиям. Различные — часто взаимоисключающие — точки зрения существуют также относительно определения понятия “религиозный опыт”-, понимания его сущности, природы, места, которое он занимает в религиозном сознании.

Наиболее распространенным является определение, базирующееся на философском (более широком) понимании: опыт естьопределенное переживание или совокупность переживаний, связанных с чувственным восприятием и обогащающих знания субъекта.

Соответственно, религиозный опыт выступает как некоторая совокупность религиозных переживаний, воспринятых, оцененных, переработанных субъектом с религиозной точки зрения и значимых для формирования, укрепления, развития его религиоз-ного мировоззрения.

При таком понимании данное понятие охватывает весьма широкий спектр явлений: религиозные экстазы, опыт спиритов и участников спиритических сеансов, вещие сны, сбывшиеся пророчества, внезапные и “чудесные” исцеления, медитация, опыт мистов в элевсинских мистериях, опыт людей, переживших клиническую смерть, опыт внутреннего просветления духовного возрождения, религиозного обращения и т. д. Нередко подобный опыт связан с так называемыми измененными состояниями сознания и психическими явлениями, которые в психиатрии квалифицируются как патологические — бредом, расщеплением личности и т. п.; особенно ярко это проявляется в ритуалах и переживаниях, связанных с использованием наркотических веществ (пейота, сомы, эфира, ЛСД), в практике шаманов и т. п. Как правило, в таком случае религиозный опыт является переживанием относительно кратковременным и самопроизвольным, т. е. не вызванным сознательным намерением и волевым усилием субъекта.

Существует и другое понимание религиозного опыта, дополняющее первое; оно связано с понятием опытности и раскрывается как искушенность в религиозной жизни, достигаемая продолжительным пребыванием в религиозной среде и упорством в стремлении к религиозно обусловленным целям.

Опыт понимается здесь как преимущество, которое опытный человек получает перед неопытным, как новое, высшее качество навыков, способностей, суждений, переживаний, приобретаемое благодаря систематическому усердию в различных видах религиозной практики.

Таковым является, в частности, опыт регулярной молитвы, медитации, поста, аскезы, умерщвления плоти; опыт выполнения определенных физических, дыхательных и мысленных упражнений (гимнастика йогов, боевые искусства, имеющие характер культовых действий); опыт подчинения дисциплине, предписываемой религиозной организацией (для мирян — опыт воцерковления, для монахов — монастырской жизни, для духовных лиц — церковного служения); опыт искушения и противостояния ему; опыт покаяния и исповеди (и связанный с этим опыт систематического внимания к собственной душевной и духовной жизни); опыт религиозной добродетели, любви к Богу и ближнему, благотворительности, прощения врагов и т. д.

Рассмотренные типы религиозного опыта условно можно обозначить по роли субъекта как “визионерский” — созерцательно-пассивная и “деятельный” — деятельно-активная. Типы не отделены друг от друга абсолютно, связь между ними выражается, в частности, в том, что второй при некоторых условиях становится предпосылкой первого (для неэкстатических форм, во всяком случае).

Яркий пример этого можно найти в исихазме, выработавшем систему культовых действий (дыхательные упражнения, аскеза, молитва Христова), которая представляла собою технику достижения мистических озарений.

Если о визионерском опыте можно сказать, что он мало зависит от намерений и усилий субъекта и в значительной степени обусловлен индивидуальными особенностями личности, то деятельный опыт является потенциально общедоступным, и многие виды культовой практики целенаправленно устремлены к достижению определенных духовных состояний, например душевного подъема, освобождения от негативных эмоций, чувства ограниченности собственного существования, твердости и ясности духа, смирения и т. д. Эти состояния, хотя и не носят экстатического характера, тем не менее отличаются эмоциональной насыщенностью и в переживании субъекта имеют значение и ценность соприкосновения с реальностью высшего порядка, нежели реальность эмпирического опыта, а потому воспринимаются как источник нового знания. Свойство выступать в роли источника нового знания (или подтверждения старого) присуще, таким образом, обоим типам опыта, в силу чего в системе оправдания веры они играют приблизительно сходную роль.

Существуют и другие подходы к типологизации религиозного опыта. Так, В. Пелль трактовал одно и то же событие в трех качествах: как опыт внутренний, внешний и духовный.

Например, в случае автокатастрофы события внешнего ряда (объективное происшествие) составят внешний опыт; сопутствующие ему субъективные переживания (страх, боль, утрата) — рпыт внутренний; вызванные же всем этим размышления о бренности земного и хрупкости человеческой жизни образуют духовный опыт индивида. X. Зунден в рамках визионерского опыта различал экстатический и неэкстатический (пример последнего — созерцание природы как откровения). Имеются типологизации, в основе которых лежит различие социальных ролей (опыт мистика-созерцателя, пророка, священнослужителя, реформатора, монаха, монаха-отшельника, святого, теолога, основоположника традиции).

Радикальные теоретические расхождения обнаруживаются также в подходе исследователей к проблеме природы религиозного опыта, роли в развитии религии, функции в системе обоснования религиозной веры. Уже в первом десятилетии XX в.

разгорелась дискуссия о возможности беспредпосылочного религиозного опыта, иначе говоря, о существовании религиозного опыта у человека, не имеющего религиозных представлений. С этим вопросом тесно связана проблема существования религиозных чувств, т. е. таких психологических явлений (прежде всего эмоций), которые изначально носили бы религиозный характер. У.

Джемс высказывался против существования подобных, однако широко привлекал исследования своих американских коллег (Э. Старбэка, Дж. Леубы), в которых религиозные душевные процессы (особенно обращение) рассматривались вне их связи с имевшимися у субъекта понятиями о вероучении, традиционном для его среды.

Противники этого взгляда (например, Делакруа) утверждали, что любому переживанию сопутствует его интерпретация, в которой субъект действует активно, и только при наличии религиозных представлений как интерпретирующей базы переживание может получить значение религиозного.

В подходе американской школы психологии религии тесно связывалось представление об опыте, являющемся первичным, наиболее существенным элементом и в индивидуальной религиозности, и в религии как общественном явления. В дальнейшем такое воззрение получило развитие в концепции нуминозного опыта Р.

Отто, основывавшейся на ней теории К. Юнга, и других научных направлениях. Однако с углублением теории восприятия преобладающим стало представление о вторичности (произвдности) опыта по отношению к интерпретации.

Так, X, Зунден считал, что применительно к религиозному опыту должна работать общая схема восприятия, включающая в себя: 1) возбуждение органов чувств, обусловленное, с одной стороны, внешним воздействием, а с другой — установкой, ожиданием; 2) передача возбуждения по нервным каналам в головной мозг; 3) поиск схемы или модели для воспринимаемого — интерпретирующей базы; 4) структурирование содержания восприятия на основе найденной модели, появление в сознании результата восприятия.

Следует упомянуть и другие спорные проблемы, например, разделение религиозного и нерелигиозного опыта, в особенности поиск границы между религиозными и этическими, религиозными и эстетическими компонентами опыта. Это, говоря словами У.

Джемса, вопрос о “философском значении” религиозного опыта, т. е. о том, насколько и в каких случаях субъект вправе полагаться на религиозный опыт как на источник объективной информации.

Нет ясности по поводу того, в какой мере возможна аналогия между некоторыми формами религиозного опыта или даже их отождествление в различных традициях (например, оправданна ли параллель между духовной практикой исихастов и медитацией в восточных религиях).

Большой теоретический интерес представляет вопрос о роли и значении религиозного опыта в ситуациях ценностного выбора, о психологическом значении той или иной конкретной религиозной практики.

Под психологическими предпосылками религии понимаются такие закономерности и особенности психики человека, существование которых становится условием возникновения, закрепления, сохранения и развития религиозных взглядов.

Одним из наиболее дискутируемых в связи с этим был вопрос, наличествует ли в человеческой психике априори специфически религиозное, то, что при любых особенностях исторической ситуации и ндивидуального развития сохраняет свою религиозную природу, хотя и выступает в различных формах.

Имеется целый ряд концепций, дающих утвердительный ответ. Так, для многих теологических доктрин была характерна идея о том, что человек наделен некоторым религиозным чувством, изначальной идеей божества. Версией положительного решения являлось понятие нуминозного опыта, как оно представлено у Р. Отто и К.

Юнга, — нуминозный опыт есть первоначальный и единственно значимый источник истинной религиозности; религиозность, в основе которой не лежит подобный опыт, — мертвая и ложная; религия во всей полноте своих проявлений (развитая система вероучения, культ, организация) есть производное от опыта.

Однако эту предпосылку нельзя считать всеобщей (нуминозный опыт бывает не у каждого), и абсолютно необходимой для любых случаев личной религиозности (которая может основываться на приверженности традиции, власти авторитета, социальной лояльности и т. п.). У.

Джемс называл сферу бессознательного источником религиозного опыта, хотя и подчеркивал, что не существует специфически религиозных чувств; бессознательное в этом случае выступает как всеобщая предпосылка, но при отсутствии религиозности она оказывается скрытой, дремлющей, не реализованной. Следует назвать в этом ряду и концепцию С.

Грофа, постулировавшего существование “параллельных миров” и заложенную в природе психики способность “трансцендировать” в такие миры (при определенных условиях присущую любому человеку); а также существование в бессознательном более или менее универсальных перинатальных воспоминаний.

Источник: http://MirZnanii.com/a/317246/religioznyy-opyt-i-psikhologicheskie-predposylki-religii

Ссылка на основную публикацию