Перспектива — психология

Содержание понятия «Временная перспектива личности»

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА» №1/2016 ISSN 2410-6070

УДК 1

Т.В. Кошельская

Томский государственный университет Г. Томск, Российская Федерация

СОДЕРЖАНИЕ ПОНЯТИЯ «ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА ЛИЧНОСТИ»

Аннотация

Рассматриваются теории временной перспективы Ж. Нюттена, Ф. Зимбардо, концепция временного спектра О. Розенштока-Хюсси, транстепоральный подход О.В. Лукьянова с целью уточнить содержание понятия «временная перспектива личности».

Ключевые слова

временная перспектива, время, временной спектр, транстемпоральность, теории временной перспективы

В настоящее время все больше внимания уделяется исследованию психологических феноменов, связанных с присутствием человека во времени. Одним из таких феноменов является временная перспектива. Цель данной работы — уточнить содержание понятия «временная перспектива личности» на основе анализа различных теорий.

По мнению Ж. Нюттена, временную перспективу следует отличать от других аспектов психологического времени, таких, как временная ориентация и временная установка. По аналогии с пространственной перспективой, временная перспектива, по Ж.

Нюттену, не является пустым пространством; ее основу составляют объекты, «локализованные» во времени с помощью темпоральных знаков. Ж.

Нюттен называет следующие параметры, характеризующие временную перспективу: 1) протяженность, 2) насыщенность распределения объектов, 3) степень структурированности объектов (наличие связей между ними), 4) степень яркости и реалистичности [1].

Одной из современных теорий временной перспективы является теория Ф. Зимбардо.

По его определению, «временная перспектива — это зачастую неосознанное отношение личности ко времени и это процесс, при помощи которого длительный поток существования объединяется во временные категории, что помогает упорядочить нашу жизнь, структурировать ее и придать ей смысл».

«Временная перспектива отражает установки, убеждения и ценности, связанные со временем». Ф. Зимбардо определяет шесть временных перспектив, наиболее характерных для западного мира.

Две из них относятся к прошлому, это временная перспектива негативного прошлого, отражающая восприятие человеком негативных событий прошлого, и временная перспектива позитивного прошлого, связанная с положительными событиями прошлого, а также способностью извлекать уроки из негативного опыта. Настоящее в теории Ф.

Зимбардо также характеризуется двумя временными перспективами. Это временная перспектива гедонистического настоящего, для которой характерно предпочтение удовольствий текущего момента будущим выгодам, и временная перспектива фаталистического настоящего, которая характеризуется неверием человека в свою способность повлиять на события своей жизни.

Временная перспектива будущего связана со способностью человека планировать свои действия, при необходимости, отказывая себе в желаниях настоящего момента ради достижения целей. Подобная временная ориентация, как отмечают авторы, способствует достижению успеха, однако лишает человека способности получать удовольствие от жизни.

Еще одна временная перспектива в теории Ф.Зимбардо связана с трансцендентным будущим [2]. Перечисленные временные перспективы являются независимыми друг от друга, и для каждого человека характерно наличие нескольких из них. По мнению Ф. Зимбардо, оптимальным сочетанием является наличие высоких показателей по шкалам позитивного прошлого, гедонистического настоящего и будущего. Данное сочетание характеризует человека, который благодарен прошлому, наслаждается настоящим и контролирует свое будущее. Согласно результатам исследований, люди с низкой ориентацией на будущее, ориентированные на гедонистическое

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «ИННОВАЦИОННАЯ НАУКА» №1/2016 ISSN 2410-6070

настоящее либо на фаталистическое настоящее, склонны к формированию различных зависимостей -алкогольной, наркотической, пищевой и т.д. [3-4].

В отличие от вышеизложенных теорий, рассматривающих когнитивный аспект временной перспективы личности, концепция временного спектра О. Розенштока-Хюсси касается ее экзистенциального аспекта.

Автор этой концепции называет пять временных сфер, различающихся степенью живости: смерть, сон, воля, любовь, имя. О.

Розеншток-Хюсси рассматривает вклад, который вносит каждая из этих сфер во временной спектр человека, и показывает, что для человека жизненно необходимо пребывание во всех пяти сферах [5].

Развивая идеи О. Розенштока-Хюсси, О.В. Лукьянов вводит понятие транстемпоральности как «соединения длительностей и переходов различных времен жизни целостностью себя в мире» [6].

Согласно данному подходу, человек живет в более сложном временном измерении, чем измерения периодов времени, человек живет в «целостности длительности и переходности», «времени времен», становясь, усложняясь в отношении времен [6-7].

Поэтому необходимо, помимо «горизонтальных» тенденций, учитывать и «вертикальные» — вложенность, подчиненность, преемственность и т.д. «Принцип транстемпоральности…

предполагает понимание психологических процессов не только как движения в соответствии с длительностью, «ходом» времени, бытия человека во времени, но и как специфического процесса становления человека в полноте временных сфер (типов темпоральностей)» [8].

По мысли О.В. Лукьянова, становление человека в полноте времен происходит в контексте шести горизонтов времени, в основном совпадающих с временными сферами О. Розенштока-Хюсси: танатос (целостность), эрос (творческое взаимодействие), кайрос (воля, сознание), хронос (жизненный путь), космос (первичный порядок), хаос (жизненный потенциал).

По результатам проведенного анализа, можно сделать следующее обобщение. Временная перспектива

— способ, которым человек проживает, осмысляет, структурирует время своей жизни. Временная перспектива имеет сложную структуру. В горизонтальном измерении она представляет собой единство прошлого, настоящего и будущего, включает в себя различные длительности и масштабы. Также можно говорить о вертикальном измерении временной перспективы — различных уровнях интенсивности времени жизни.

Список использованной литературы

1. Нюттен Ж. Мотивация, действие и перспектива будущего I под ред. Д.А. Леонтьева. — М. : Смысл. — 2004.

— 608 с.

2. Зимбардо Ф., Бойд Дж. Парадокс времени. Новая психология времени, которая улучшит вашу жизнь. -СПб. : Речь. — 2010. — 352 с.

3. Boniwell, I., & Zimbardo, P. (2004). Balancing time perspective in pursuit of optimal functioning. In P. A. Linley and S. Joseph (Eds.) Positive Psychology in Practice (pp. 165-179). New Jersey: John Wiley & Sons.

4. Keough K.A., Zimbardo P.G. Who's smoking, drinking and using drugs? Time perspective as a predictor of substance use IIBasic and Applied Social Psychology. 1999. Vol. 21. No2.

5. Розеншток-Хюсси О. Временной спектр II Избранное: Язык рода человеческого. — М.; СПб. : Университетская книга. — 2000. — 608 с.

6. Лукьянов О.В. Готовность быть: Введение в транстемпоральную психологию. — М. : Смысл, — 2009. — 231 с.

7. Лукьянов О.В. Экзистенциально-феноменологическое исследование в социальной психологии. Проблема современности и ответственности II Сибирский психологический журнал. 2008. № 29. С. 41-46.

8. Лукьянов О.В. Принцип транстемпоральности в решении вопроса успешности и актуальности психологической практики II Сибирский психологический журнал. 2007. № 25. С. 59-66.

© Т.В. Кошельская, 2016

Источник: https://cyberleninka.ru/article/n/soderzhanie-ponyatiya-vremennaya-perspektiva-lichnosti

3. ПЕРСПЕКТИВЫ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИИ

психология постсоветский интернационализация

Исходя им вышеперечисленных актуальных проблем психологии, определяются новые тенденции ее развития.

Так, многие исследователи отмечают, что бихевиоризм, который был ведущей теоретической концепцией психологической науки в первой половине XX века, во второй половине столетия стал гораздо менее популярным среди психологов.

В 1960-е годы начала интенсивно развиваться когнитивная психология и стала доминирующим направлением современной научной психологии. В современной психологии большую популярность приобрела гуманистическая психология, основанная на философии экзистенциализма, гуманизма и жизнетворчества.

Заметной тенденцией развития психологии во второй половине XX века стало усиление прикладной и практической психологии, формирование их как отдельных направлений психологии.

Отсюда характерной чертой развития научной психологии во второй половине XX века стало то, что границы между разными научными школами и направлениями постепенно стираются.

Также современной тенденцией развития психологии стала значительная дифференциация психологических знаний и отраслей психологической науки, а также ее интернационализация. Отсюда возникла еще одна существенная тенденция современной психологии — превращение английского языка в язык межнационального научного общения психологов.

Как мы уже говорили, сейчас особое внимание уделяется насущным задачам, стоящим перед психологами в новых общественных условиях, важности интеграции теоретического и практического знания. Это определяет новые перспективные направления в развитии психологии.

Одним из интересных направлений современной психологии является психология малых групп — исследование формальных и неформальных группировок, феноменов лидерства и групповой сплоченности.

В последнее время новое значение приобрело исследование семьи как малой группы: выявление проблем возникновения и развития семьи, связанных с ее основными социально-психологическими функциями и задачами — рождением и воспитанием ребенка, экономической и эмоциональной поддержкой супругами друг друга и т.д. [8, c. 26].

Продолжает развиваться и психология личности, а именно представление о процессе и результатах социализации личности, понятия социальной установки, а также проблемы асоциального поведения личности.

В настоящее время в России серьезно пересматриваются предмет и задачи психологии. Колоссальные изменения в общественной структуре в постперестроечный период не могли не сказаться на этой самой общественной психологической науке.

Появление большого количества неформальных групп в российском обществе, подъем национального и культурного самосознания людей, появление межэтнических конфликтов в нашем — некогда принудительно однородном — государстве, развернувшаяся политическая борьба всевозможных партий и коалиций — вот те реалии, которые призвана осмыслить сегодняшняя психология. [1, с. 314.]

На данный момент можно выделить несколько актуальных тенденций развития современной психологии.

Во-первых, это построение новой системы анализа социальной реальности. Дело в том, что ранее в психологии в качестве научной базы доминировала парадигма преобразования. Это означало следующее: чтобы понять и объяснить человека как специфический объект исследования, его надо было воспитать, преобразовать, сформировать.

Тем самым исключалась любая возможность анализа психологических конфликтов. В настоящее время в психологии формируется новая концепция исследования человека и общества, опирающаяся на универсальные закономерности, общие для мировой социальной психологии, и учитывающая исторические и культурные особенности общества.

Во-вторых, современная социальная реальность безусловно требует осмысления новых социально-психологических феноменов. В конце 80-х годов в мировом обществе стали чрезвычайно ярко проявляться межнациональные отношения, политические процессы, новые экономические отношения.

В 90-х годах наблюдались широкомасштабные межнациональные конфликты, а также массовая миграция из регионов, охваченных подобного рода конфликтами. Это требовало своего анализа с точки зрения социальной психологии. Ибо для того, чтобы управлять социальными процессами, необходимо понимать их механизмы и закономерности.

В настоящее время психология наций и народов — этнопсихология — представляет собой наиболее динамично развивающуюся отрасль социальной психологии.

Кроме того, это время было также периодом активного развития политических процессов, к научному анализу которых социальная психология не была готова в своем прежнем виде.

Чтобы ответить на запросы практики, наука должна была развивать свое предметное содержание, теорию, систему категорий и принципов, составивших впоследствии новую область социально-психологического знания — политическую психологию.

Самостоятельной сферой социально-психологического анализа стала область бизнеса и предпринимательства, изучающая нормы деловой культуры, отношение общества к предпринимателям, а также формы и методы взаимодействия на разных уровнях предпринимательства.

Современная социальная психология позволяет так повысить самооценку человека, чтобы он мог и сам радоваться своему труду и других людей радовать. Наиболее эффективным методом решения такого рода проблем являются социально психологические тренинги, которые в настоящее время активно развиваются во всем мире.

А сколько социально-психологических проблем происходит в трудовых коллективах! Этим занимаются такие отрасли психологической науки как психология менеджмента, психология управления персоналом, организационная психология, а также психология конфликта.

Читайте также:  Расчет и целесообразность - психология

В-третьих, наблюдается возникновение новых тенденций в практической психологии. Прежде всего, значительно увеличился престиж практической психологии, ее развитие как самостоятельного научного направления, включающего в себя такие ветви анализа, как работа с персоналом в организации, политика, реклама, маркетинг, социально-психологический тренинг. [8, с. 34.]

В-четвертых, развитие практических направлений психологии ставит в качестве одной из задач взаимодействие с мировой психологией. Большая часть современных методов социально-психологической теории и практики взята из зарубежного опыта.

И, хотя категориальный аппарат социальной психологии универсален, существуют определенные культурологические различия в форме организации и проведения как теоретических исследований, так и практических методик.

А посему такие области как психология рекламы, психология имиджа, психология паблик рилэйшнз (связей с общественностью) требуют своего переосмысления с точки зрения психологии российского общества. Тем более, что в отечественной психологии также разработаны оригинальные подходы к анализу феноменов коллектива и совместной деятельности.

Сегодня дифференциация наук на множество отраслей и возникновение специфических понятийных аппаратов этих отраслей затруднило практическое использование уже познанного — так же, как и последующее преображение человеком окружающего мира на основе познанного. Человек стал утрачивать видение общих для всех перспектив развития, а значит и цель, и смысл своей жизни.

Стала очевидной необходимость синтезировать все достижения человечества как в естествознании, так и в гуманитарных науках. Однако на какой основе осуществить синтез мировой культуры и науки, оставалось неизвестным.

После середины двадцатого столетия возникла системология. Наука, в которой мир увидел первый шаг к синтезу всех достижений. Однако еще не был открыт так называемый первый элемент — структурообразующий фактор в строении материи и жизни.

Было лишь известно, что мир, как и человек построен «по образу и подобию Творца».

Тогда взоры исследователей обратились к более пристальному изучению наследия мировой культуры, религий, мифов, с позиции системологии, поиску универсальных закономерностей строения и развития мира.

Так в конце двадцатого века возникла междисциплинарная наука Универсология, описывающая причинно-системное строение мира, а также роль и место в нем человека.

Так возникли предпосылки системной психологии, описывающей многоуровневый и многофакторный характер взаимообусловленности друг от друга человека и окружающего мира, а достижения в психологии открыли возможность интеграции отраслей психологии в интегральной психологии.

И, наконец, перед нами со всей очевидностью встают новые задачи психологии. Действительно, весь накопленный психологией опыт, теоретические постулаты и результаты конкретных эмпирических исследований связаны с анализом стабильного общества. А самая главная черта современного общества — его нестабильность.

Поэтому перед психологией встает задача осмыслить этот новый социальный контекст, осознать характер происходящих преобразований и проблем восприятия социальной нестабильности, таких как глобальная ломка устоявшихся социальных стереотипов, выражающаяся в потере идеалов; изменение системы ценностей и возникновение нравственного вакуума; кризис идентичности, связанный с разрушением прежней системы социальных категорий, трудностями ее нового оформления [1, с. 59.]

Безусловно, решение этих нелегких задач — дело уже нового поколения психологов, которые откроют новые грани как уже исследованных проблем психологии, так и сделаю свои открытия в этой поистине неисчерпаемой науке, бесконечно глубокой, как внутренний мир людей, который она изучает.

Источник: http://psy.bobrodobro.ru/25241

Временная перспектива как фактор самоопределения в подростковом возрасте

Кузнецова О. В. кандидат психол. наук, доцент кафедры возрастной психологии Московского городского психолого-педагогического университета; г.

Москва, Россия
ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА КАК ФАКТОР САМООПРЕДЕЛЕНИЯ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ Стратегии личности неразрывно связаны с особенностями восприятия психологического времени.

Жизненный путь человека во многом зависит от временной установки субъекта, его временной ориентации, отношения к прошлому, настоящему и будущему. В современной психологической науке к проблеме временной перспективы обращались Л. Фрэнк, К. Левин, Ж. Нюттен, Ф. Зимбардо, К.А. Абульханова-Славская, А.А. Кроник, Е.И. Головаха.

По мнению бельгийского психолога Ж. Нюттена, способность человека ставить и осуществлять отдалённые по времени цели представляет собой важнейшую характеристику личности. Особое значение он придавал перспективе будущего, составляющей планы, задачи и намерения личности.

Перспектива будущего связана с мотивацией, кроме того, именно будущее представляет собой «пространство мотивации», в котором выстраивается поведение и происходит развитие человека. Ж. Нюттен разделял временную перспективу, временную ориентацию и временной аттитюд (или отношение ко времени).

Временная перспектива включает в себя такие аспекты как протяжённость, насыщенность, структура и реалистичность; временная ориентация характеризует преобладающую направленность внешней и внутренней активности субъекта на прошлое, настоящее и будущее [4]. Ф. Зимбардо (P.G.

Zimbardo) пишет о сбалансированной временной перспективе — психологическом конструкте, связанном с гибким переключением между размышлениями о прошлом, настоящем или будущем, в зависимости от ситуативных требований, оценки ресурсов, личностных и социальных оценок [3]. Э.

Эриксон связывал многие проблемы подросткового возраста с трудностями построения временной перспективы будущего [8]. С точки зрения Ж. Пиаже, на стадии пропозициональных (формальных) операций у подростка формируется способность мыслить гипотезами, что создаёт возможность построения жизненного плана [5]. Л.И.

Божович полагала, что переход от подросткового к юношескому возрасту связан с резкой сменой внутренней позиции, когда обращенность в будущее становится главной направленностью личности, а проблемы профессионального выбора, построения жизненного пути превращаются в «аффективный центр» жизненной ситуации, вокруг которого организуется деятельность старшеклассника [1].

И. В. Дубровина считает, что временная перспектива будущего представляет собой в разной мере осознанные надежды, планы, проекты, стремления, опасения, притязания, связанные с более или менее отдалённым будущим. Она формируется на протяжении всего детства, и, главным образом, стихийно.

Для подростков важным является не только осознание прошлого, настоящего и будущего в их единстве и целостности, но и умение переосмысливать уже сложившуюся временную перспективу и создавать новую модель будущего [6]. Ряд исследователей (С.В. Березин, К.С. Лисецкий, Е.А. Назаров, А.И.

Фёдоров) пришли к выводу, что у людей с аддиктивным поведением часто наблюдается разрыв временной перспективы, нарушение или отсутствие образа будущего [7]. О связи временной перспективы и мотивации достижения упоминает Е.И. Головаха. Им был проанализирован феномен «временной некомпетентности», возникающий «при несогласованности перспективы, когда человек недостаточно связывает будущие события с прошлым и настоящим» [2, с. 263]. Сталкиваясь с необходимостью осуществления первого

профессионального выбора, подростки довольно часто испытывают различные трудности. Старшеклассники не всегда могут объединить, интегрировать новые знания о себе и выстроить профессиональную перспективу.

Временная компетентность подростка (т.е.

способность ориентироваться во времени, осознавать единство своего прошлого, настоящего и будущего; активность в настоящем и осознанное планирование своего будущего) может стать центром профессионального выбора.

В качестве одного из возможных инструментов развития временной компетентности подростков может быть использована притча. Знакомясь с притчей, разгадывая скрытые в ней смыслы, подростки испытывают радость познания, становятся причастными к мудрости человечества. Заметим, что в качестве главного действующего лица многих притч выступает архетипическая фигура Мудреца.

В притче создаётся синтетический, целостный образ; проблема воспринимается многопланово, тем самым, раскрывая перед подростками всё многообразие возможных решений и предоставляя простор для самостоятельного выбора. Косвенное выражение идеи оказывает более сильное воздействие, не вызывая отрицания и противодействия, что особенно важно для подростков.

Включение притчи в работу практического психолога в некоторой степени позволяет выявить и неосознанные убеждения и установки, которые могут проявиться только при использовании проективных методов.

Эссе по мотивам притчи – это диалог, в котором может быть раскрывается целый комплекс проблем, связанных с личностными особенностями подростка, а также выявляются ресурсы для дальнейшей работы. В процессе работы с притчей у подростков возникает образ будущего, но не абстрактный и нереалистичный, а непосредственно связанный с настоящим.

Работа с притчей позволяет учащимся осознать свою жизнь в целостности, принять своё прошлое, без страха смотреть в будущее, активно действовать в настоящем.

После прочтения текста притчи о трёх мудрецах, ведущих спор о важности прошлого, настоящего и будущего в жизни человека, учащимся было предложено присоединиться к этому спору: «Возможно, спор мудрецов продолжается и сейчас.

Прислушайтесь к их голосам. Чьё мнение Вам ближе? С кем из них Вы бы хотели поспорить? Поразмышляйте на эту тему». Все это предлагалось сделать письменно, в виде небольшого эссе. В основной серии эксперимента приняли участие восьмиклассники различных образовательных учреждений г. Москвы.

Перейдём к описанию результатов, полученных в ходе исследования особенностей построения временной перспективы в подростковом возрасте. В процессе анализа эссе восьмиклассников было выделено два критерия.

Критерий № 1. Восприятие времени в единстве прошлого, настоящего и будущего (целостность, единство временной перспективы).

Контент-анализ показал, что 66% восьмиклассников ощущают время в целостности и единстве. Они считают, что жизнь — это и прошлое, и настоящее, и будущее; в сочинениях этих подростков присутствуют все три временных отрезка. При этом 34% учащихся не воспринимают психологическое время личности в единстве трёх составляющих.

Например, представители этой группы могут считать, что время – это только настоящее и будущее, прошлое для них не существует.

Критерий № 2. Фиксация на одном из трёх временных отрезков или отсутствие фиксации. В процессе анализа эссе подростков по данному критерию было выделено пять типов восприятия психологического времени личности: 1- отсутствие фиксации на одном временном отрезке; 2 — фиксация на прошлом; 3- фиксация на настоящем; 4- фиксация на будущем; 5- слитое настоящее и будущее, т.е. восприятие настоящего и будущего как единого временного отрезка (рис. 1).

40% 30% 20% 10% 0%
12345 Рис.1. Временная ориентация подростков Представим данные типы временной ориентации подростков более подробно. Группа № 1. Отсутствие фиксации на одном временном отрезке. Подростки, представляющие эту группу, не выделяют какой-либо временной отрезок (прошлое, настоящее или будущее).

Как правило, в их высказываниях упоминается о всех трёх временных интервалах, присутствует фраза о важности каждого из них. Некоторые подростки определяют границы прошлого, настоящего и будущего достаточно чётко, но часть испытуемых затрудняется в этом. «Я считаю, что время – это очень растяжимое понятие. Очень сложно понять, что важнее: прошлое, настоящее или будущее.

…Очень сложно определить рамки этих времён».

Группа № 2. Фиксация на прошлом.

Как правило, представителей второй группы отличает нежелание взрослеть, инфантилизм, страх перед будущим. Также причиной фиксации на прошлом может быть и психологическая травма. При работе с этими подростками для выявления скрытых причин такого явления необходима более подробная диагностика.

Важно понять, что так сильно держит подростка в прошлом, не давая ему посмотреть в будущее.
Группа № 3. Фиксация на настоящем. Подростки, входящие в данную группу, выделяют настоящее как наиболее важный промежуток времени.

Читайте также:  Корреляционное исследование - психология

Как правило, при этом вся жизненная траектория воспринимается в единстве прошлого, настоящего и будущего, но, иногда, функция планирования, связанная с будущим, у таких учащихся проявляется недостаточно.

«Прошлое существует в человеке в воспоминаниях, будущее – в планах, мечтах и задумках… Человек может изменять свою жизнь, творить и жить вообще только в настоящем». Небольшая часть школьников, представляющих эту группу, воспринимают жизнь в настоящем, но о будущем задумываться не хотят.

«Главное в нашей жизни – настоящее, а о будущем лучше вообще не думать…». Эти подростки часто испытывают серьёзные проблемы при построении жизненного плана. Группа № 4. Фиксация на будущем. Представители четвёртой группы в большей степени ориентированы на будущее. «По моему мнению, самое главное – это будущее время.

Человек может размышлять о будущем. Думать о своих мечтах, догадываться, что с ним случится завтра, думать о своей будущей жизни. Ни настоящее, ни прошлое не могут дать человеку таких размышлений, как будущее. Человек всегда думает о будущем, как о том, где будет всё, что он хочет.

Будущее бесконечно, человек может придумывать его на свою жизнь или на миллионы лет. Человек может менять будущее, как ни одно другое время, как настоящее и прошлое. Важнее всего для меня – это моё будущее…» Часть восьмиклассников данной группы при этом воспринимают время в единстве прошлого, настоящего и будущего.

«Лично для меня важны все эти периоды времени. Ведь и вправду, в настоящем человек является тем, чем он сделал себя в прошлом. А в будущем человек становится плодом своего настоящего. Иными словами, настоящее не может существовать без прошлого, а будущее – без настоящего. С самого начала жизни человек сам становится кузнецом своей жизни, своей судьбы. Вообще мы все живём ради будущего». Часть учащихся пребывает в иллюзорном, нереалистичном будущем, не ощущая единства прошлого, настоящего и будущего.

Группа № 5. Слитое настоящее и будущее (т.е. восприятие настоящего и будущего как единого временного отрезка или «точечное» ощущение настоящего, настоящее как одно мгновение). Подростки этой группы

испытывают трудности при восприятии времени и выстраивании временной перспективы, настоящее и будущее для них слилось, они не могут разграничить эти временные отрезки. Следовательно, нередко у них могут возникнуть незрелые представления о своем профессиональном будущем. «Настоящее – это переходный момент к будущему».

Почти всегда тема размышлений о времени переплетается с рассуждениями о себе, о своей перспективе. Более детальный анализ эссе позволяет заметить, что даже среди подростков, устремленных в будущее, некоторые из них относятся к нему настороженно. При дальнейшей работе с этими учащимися был выявлен высокий уровень тревожности. «Время очень коварно.

В один прекрасный момент, когда вы уже почти достигли своей цели, всё может рухнуть, как карточный домик». «Нельзя полагаться на свои мечты и на свои искренние желания. Они могут не сбыться и обратить в прах всё то, во что мы верим».

Контент-анализ эссе позволил выявить темы, интересующие подростков: 1) тема выбора, принятия решения; 2) тема учёбы; 3) тема профессии; 4) тема тревоги, страха, боязнь возможной неудачи; 5) тема достижений; 6) тема семьи, рода (в эссе встречается как тема продолжения рода, так и тема прошлого своей семьи, сохранения семейных традиций, знания истории своей семьи); 7) тема нравственности; 8) философские темы и понятия (мир, человечество, тема жизни и смерти); 9) тема толерантности (понимание того, что каждый имеет право на свою точку зрения); 10) тема судьбы. Согласно результатам исследования, подростки, воспринимающие психологическое время в единстве всех трёх составляющих (прошлого, настоящего, будущего), а настоящее — во всей полноте («здесь и сейчас») и при этом устремлённые в будущее, способны построить более чёткий жизненный план, чем их сверстники, у которых отмечаются трудности восприятия психологического времени личности. Таким образом, была подтверждена гипотеза о том, что адекватное восприятие психологического времени личности (временная компетентность) обуславливает относительно быстрое личностное и профессиональное самоопределение. Восьмиклассники, обладающие временной компетентностью, способны более чётко определить индивидуальную профессиональную траекторию, построить профессиональную перспективу. Дальнейшие исследования показали, что подростки с несформированной профессиональной перспективой показывают и несформированность временной перспективы. У этих учащихся отсутствует единство восприятия прошлого, настоящего и будущего. Можно предположить, что подростки, показавшие ориентацию на будущее, способны создать образ будущего, который «организует», интегрирует и делает осмысленным их профессиональный выбор.

Применение методов математической статистики подтвердило наше предположение о влиянии особенностей восприятия времени на построение профессиональной перспективы в подростковом возрасте. Была выявлена взаимосвязь сформированности профессиональной перспективы подростков и единства временной перспективы (,366 — коэффициент Кендалла, корреляция значима на уровне 0,01). Также была обнаружена корреляция сформированности профессиональной перспективы и фиксации на будущем (,482**- коэффициент Кендалла; р

Источник: http://www.vashpsixolog.ru/lectures-on-the-psychology/119-conferences-and-reports-on-psychology/1706-vremennaya-perspektiva-kak-faktor-samoopredeleniya-v-podrostkovom-vozraste

Временные перспективы личности

Известный отечественный специалист в области психологии инноваций О.С. Советова отмечает тот факт‚ «что глубинный смысл инноваций не сводится только к нововведениям и изменениям‚ а подразумевает изменение существующих традиций. В этом понимании инновация – изменение‚ нарушение привычных традиций и стереотипов‚ временной перспективы».

В унисон звучит и развиваемый Д.А.Леонтьевым неклассический ценностный подход в психологии, главная черта которого является положение о циркуляции ценностных содержаний между общественным сознанием, культурными артефактами и деяниями и индивидуальной мотивацией.

Изменение традиций общества, «календаря» группы влияет на индивидуальный уклад жизни человека, и в то же самое время активная деятельность конкретной личности способна изменить ход времени всего общества, или по крайней мере ближайшего её окружения. Так, описывая предпринимательскую деятельность Л.А.

Штомпель отмечает, что личность предпринимателя, создавая и воплощая в жизнь новую идею, создаёт новый временной поток, время того процесса, который бы без него не возник. Еще в 1934 г. австрийский экономист Й.

Шумпетер писал, что предприниматель — инноватор, который разрушает сложившееся экономическое равновесие, взламывает старые образцы мыслей и действий, создает новые продукты и услуги.

Таким образом, предпринимательство можно определить как процесс саморазвёртывания субъекта в организационно-хозяйственном творчестве. И поэтому в его анализе необходимо использовать не только категорию ценности, но и категорию времени.

Время не абсолютно, а относительно, и временные характеристики — не внешние для реальности, а выражают внутренние связи событий. Как показал И.

Пригожин, понятие о внутреннем (собственном) времени вытекает из неустойчивости движения динамических систем вообще, и из неустойчивости процессов, протекающих в живых системах, в частности.

А столкновение разных самоорганизующихся систем есть, прежде всего, столкновение состояний, то есть внутренних системных времён.

Поэтому изучение временных перспектив социальных и индивидуальных систем, их столкновений и взаимотрансформаций – подход обладающий исследовательской ценностью и способствующий пониманию механизмов инновационности и психологии предпринимательской деятельности.

Так, например, наибольшее влияние на современную социологическую мысль о времени оказал Дж.Г. Мид. Согласно Миду, общество возможно потому, что люди способны устанавливать общность временных перспектив. А Шюц интерпретировал проблему человеческого взаимопонимания как проблему современности людей: понять друг друга — значит установить между потоками сознаний отношение одновременности.

Немного остановимся на индивидуально-психологическом ракурсе рассмотрения временных перспектив. Временная перспектива — это динамическое базовое свойство человеческого существования; это своего рода структурный стержень мотивационной сферы личности, на который, образуя систему саморегуляции, нанизаны мотивы, смыслы, ценности личности. Рассмотренная в плане экзистенциальном, т.е.

существования, личность есть не некая точка, поставленная в настоящем времени, но некий его эпицентр, к которому она относит (по мере надобности) данные прошлого и будущего, определенным образом их соподчиняя и соорганизуя.

Курт Левин определяет временную перспективу как «всеобщность взглядов индивида на его психологическое будущее и психологическое прошлое, существующее в данное время».

Существует довольно стабильная индивидуальная тенденция акцентировать ту или иную временную рамку и, таким образом, вырабатывать стойкое временное «предубеждение». Т.е. некоторые из нас более ориентированы на будущее, другие более ориентированы на настоящее или на прошлое.

Филип Зимбардо, профессор Стэнфордского университета, с коллегами выделяют два аспекта ориентации на прошлое: негативное прошлое (прошлое видится неприятным и вызывающим отвращение); и положительные мысли о прошлом (прошлый опыт и времена видятся приятными, «через розовые очки», с ноткой ностальгии). Также выделяют два аспекта ориентации на настоящее.

Гедонистическое (полное удовольствия, ценится наслаждение моментом без сожаления о дальнейших последствиях поведения) и фаталистическое (такие люди сильно верят в судьбу, имеют подчиненное отношение к настоящему, в котором, как они верят, невозможны изменения, а также они не могут влиять на события ни своего настоящего, ни будущего).

Пятый фактор – это ориентация на будущее, характеризующаяся наличием целей и планов на будущее, и поведением, которое направлено на выполнение этих планов и реализацию целей.

Таким образом, изучение выше указанных временных перспектив (ориентаций) личности, особенно в их взаимосвязи с другими личностными особенностями, – может выступить ценным исследовательским подходом, позволяющим оценить культуру личности в её системном, целостном виде.

Ведь как убедительно показал А.Я.Гуревич, мало найдётся других показателей культуры, которые в такой же степени характеризовали бы её сущность, как понимание времени. В концепции времени воплощается рефлексия эпохи и деятельности, интерпретация сложившейся культуры, ритм социального времени и эффективность прогностического сознания.

Список использованных источников:

1. Абульханова К.А., Березина Т.Н. Время личности и время жизни. 2. Задорожнюк И.Е. Инновационное предпринимательство (реферат книги «Руководство по экономической психологии»). 3. Нестик Т.А. Социальное конструирование времени. 4. Советова О.С. Межпредметность как форма глобализации психологии инноваций.

5. Штомпель Л.А. Смыслы времени.

Источник: http://brainmod.ru/magazine/article-individual-time-perspectives/

Психологические механизмы обратной перспективы

Введение в проблему. При изображении трехмерных объектов на плоскости многие исследователи отмечают интересный феномен, который обычно называется обратная перспектива. Он заключается в том, что изображение дальних объектов или дальних частей объекта превосходит по размерам изображение ближних.

Наиболее заметно это проявляется при изображении объектов, по форме приближающихся к параллелепипеду (стол, кубик, книга). Дальняя грань рисуется больше ближней, а объективно параллельные боковые грани изображаются сходящимися по направлению к точке наблюдателя.

Казалось бы, такое явление невозможно, поскольку противоречит законам оптики, а именно тому, что с увеличением расстояния до объекта его угловые размеры и ретинальная проекция должны уменьшаться.

Однако возникает вопрос — что мы должны при этом изображать: проксимальный стимул или перцептивный образ; проекцию объекта на сетчатке глаза или образ, воссоздаваемый деятельностью центральных мозговых структур и сложных психологических механизмов.

Обратную перспективу отчетливо можно наблюдать в двух областях изобразительной деятельности: в живописи и в детских рисунках. В живописи она характерна для средневекового искусства, особенно византийской и древнерусской иконописи. Обратноперспективные построения в детском изобразительном творчестве описаны в ряде психологических исследований.

Что общего в этих двух случаях? На первый взгляд, неспособность или невладение навыками правильной передачи представления о трехмерном пространстве. Искусствоведы часто награждали обратную перспективу нелестными эпитетами: примитивная, неправильная, ложная, извращенная и т.п.

Читайте также:  Руки приветствия - психология

А в развитии детского рисунка ее рассматривают в качестве переходного этапа от плоскостного рисунка к правильной передаче признаков глубины и объемности предметов.

В обоих случаях критерий «правильности» опирается на сложившееся в западной культуре изображение пространственных свойств в линейной, или прямой, перспективе. Линейная перспектива в живописи сформировалась в эпоху Возрождения.

Она заключается в том, что линии, параллельные линии взора наблюдателя в объективном пространстве, на картине изображаются сходящимися в некоторой точке на линии горизонта. Соответственно с увеличением расстояния до объектов сокращаются их линейные размеры.

Теории линейной перспективы можно дать непротиворечивое математическое обоснование. Новое обоснование линейная перспектива находит с развитием таких технических средств, как фотография и киносъемка.

Поскольку изображение на фотографии не зависит от субъективных установок художника, его стали рассматривать в качестве объективного критерия при отображении свойств трехмерного пространства.

https://www.youtube.com/watch?v=MNFxfn1rcVQ

К сожалению, в психологии восприятия обсуждаемым вопросам уделяется мало внимания. В отличие от объективного знания психолог, исследующий восприятие, интересуется не столько объективным характером явления, сколько тем, каким оно нам представляется.

Иначе сказать, важна не столько констатация и оценка отличий субъективного отражения от объективных закономерностей, сколько раскрытие причин и механизмов феноменальных свойств. О том, как мы воспринимаем мир, можно судить по вербальным отчетам испытуемых или по характеристикам деятельности, в частности по изобразительному творчеству.

В обоих случаях на характер ответов накладывает отпечаток сформированная в культурно-историческом развитии система знаний и представлений. При этом изображение меньше подвержено культурным влияниям.

С этой точки зрения интерес представляет исследование развития изобразительной деятельности в детском возрасте, когда влияние социальной среды не столь выражено. Другими словами, утверждение о том, что ребенок не умеет изображать пространство, не совсем адекватно.

Наоборот, он более непосредственно может отобразить содержание своего восприятия (видит мир именно таким). Поскольку процесс межфункциональной интеграции находится еще в стадии формирования, также ограничена роль суждений и мышления в целом на восприятие.

По этим причинам исследование феномена обратной перспективы предоставляет уникальную возможность для выявления закономерностей и механизмов восприятия третьего измерения, особенно в онтогенетическом аспекте.

Ограничения линейной перспективы. «Канонизация» линейной перспективы объясняется непротиворечивостью изображения целостного пространства и простотой математического описания. Однако для построения целостной картины на видение и деятельность живописца накладывается ряд существенных ограничений.

Для последовательного применения законов перспективы художники Возрождения разработали специальные инструменты: camara-lucida и camara-obscura. Эти «дырочные камеры» представляли собой прототипы фотоаппаратов.

В передней непрозрачной стенке прорезано небольшое отверстие (около 0,5 мм); на противоположной стенке (изготовленной, например, из кальки) формируется всегда четкое, но не яркое изображение предметов, попадающих в «угол зрения». Набросок натуры делался прямо по контурам изображения.

На языке психологии это означает исключение таких важных признаков восприятия третьего измерения, как аккомодация, конвергенция глаз и бинокулярная диспаратность.

Другим важным ограничением является правило о том, что картинная плоскость должна располагаться на расстоянии, не менее чем в три раза превосходящем размеры изображаемого предмета.

Другими словами, вводится негласный запрет на изображение переднего плана пространства и мелких предметов. В частности, это проявляется в излюбленной манере изображать пейзажи, особенно в виде из окон.

И наконец, точка зрения наблюдателя все время должна оставаться неподвижной. Таким способом исключается еще один признак восприятия пространства — параллакс движения.

Благодаря этим приемам художник уподобляет свое видение фотографическому снимку. Отличия фотографий от естественных образов восприятия хорошо известны специалистам.

Если протяженный объект располагается на близком расстоянии в направлении, параллельном линии взора, его передний план на снимке выглядит неестественно преувеличенным. Например, жерло пушки или подошвы обуви лежащего человека.

Размеры крупных объектов на дальнем плане (например, горы), наоборот, оказываются заметно преуменьшенными.

Возникает закономерный вопрос: как отражается снятие этих ограничений на восприятии третьего измерения и его изображении на плоскости. Как должны выглядеть объемные объекты с близкого расстояния при взгляде на них двумя глазами (или попеременно) при дополнительном перемещении точки зрения наблюдателя?

Основания обратноперспективных построений. Одним из первых феномен обратной перспективы попытался рассмотреть не с оценочной точки зрения, а с позиции объяснения ее механизмов П.А.Флоренский. При этом основную роль он отводил композиционным моментам и художественному замыслу.

В отличие от полотен Возрождения картинная плоскость на иконах располагается практически на уровне глаз, а не на некотором расстоянии от наблюдателя. В привычных для нашего взгляда картинах сцены и акты рассматриваются с точки зрения стороннего наблюдателя. Мы просто констатируем независящие от нас события.

Замысел же иконописца состоит в том, чтобы вовлечь наблюдателя (молящегося) в происходящее действо, сделать его непосредственным участником событий. Важная роль в этом отводится обратной перспективе, создающей эффект «надвигающегося пространства». Линии, параллельные в объективном пространстве, сходятся на наблюдателе.

Возникает своего рода панорамный обзор, способствующий тому, что наблюдатель чувствует себя в центре происходящих событий.

Наиболее детально учение о перспективе представлено в трудах академика Б.В.Раушенбаха. Будучи ведущим специалистом в области аэрокосмической техники, он реально столкнулся с проблемой слежения за стыковкой космических аппаратов.

Дело в том, что фотоснимки и телекамеры дают несколько искаженное изображение происходящих событий, а когда счет идет на миллиметры и миллисекунды, эти искажения могут иметь существенное значение. В результате анализа этих проблем была разработана теория перцептивной перспективы.

Ее математический аппарат не менее строгий по сравнению с линейной перспективой, но в тоже время она разработана для описания более широкого круга явлений.

Изображение объектов на дальнем плане в перцептивной перспективе в целом соответствует линейной. Изменения затрагивают в основном изображения объектов в ближней и средней части пространства. Здесь основным способом перспективных построений является аксонометрия, т.е. сохранение параллельности линий и линейных размеров объемных тел с расстоянием.

Например, на рисунке размер дальней от наблюдателя грани куба равен размеру ближнего. Психологическим основанием перцептивной перспективы является механизм константности восприятия величины.

При восприятии знакомых предметов с увеличением расстояния мы не замечаем уменьшения их линейных размеров, несмотря на то, что зрительный угол от этого предмета на сетчатке глаза сокращается пропорционально увеличению расстояния. Линейные размеры объектов, расположенных очень близко от наблюдателя, наоборот, воспринимаются немного уменьшенными.

Поскольку константность величины распространяется на небольшие расстояния, на изображения объектов, находящихся в средней и особенно в дальней части зрительного пространства, начинает распространяться перспективное сокращение размеров.

Хотя в изображении преобладает аксонометрия, в ближнем пространстве допускаются также и обратноперспективные построения.

Они могут объясняться тремя группами причин: художественным замыслом, композиционными соображениями и объективными законами зрительного восприятия. Двум первым группам причин применительно к средневековой живописи в работе Б.В.

Раушенбаха дан убедительный детальный анализ. Здесь же мы более подробно остановимся на третьей группе — перцептивных механизмах, что соответствует цели работы.

Законы нашего восприятия при некоторых условиях могут создавать эффект легкой обратной перспективы (до 10°). Этот эффект объясняется выборочным или совместным действием одной из четырех причин: 1) гиперконстантность; 2) восприятие предметов в ракурсе; 3) не-евклидовый характер геометрии зрительного пространства; 4) действие механизма константности формы.

Однако сами эти причины с позиции психологии восприятия мало что объясняют. Феномен гиперконстантности восприятия в психологии сам по себе еще требует объяснения.

То, что в пространстве зрительного восприятия преобладает геометрия Лобачевского, является не причиной или перцептивным механизмом, а скорее математической моделью обратной перспективы.

Объяснение за счет измененного ракурса (взгляда наискось) или компенсации видимого изменения формы выходит за рамки психологии восприятия. Речь идет не о непосредственных образах, а скорее, о вторичных представлениях, полученных на основе рациональных конструктов.

По этим причинам дальнейший анализ будет сосредоточен на поиске причин, объясняющих возможность эффекта обратной перспективы за счет деятельности перцептивной системы. Другими словами, мы собираемся наметить пути дальнейших экспериментальных исследований этого феномена в психологии восприятия.

Бинокулярные механизмы обратной перспективы. Другие авторы в качестве вероятных механизмов выдвигают подвижность точки зрения и бинокулярность.

При осматривании предмета с разных сторон попытка показать все виды одновременно может привести к эффекту обратной перспективы. Возможно, это одна из попыток увязать временную перспективу с пространственной.

Однако решающую роль здесь играет не симультанное восприятие, а последовательно разворачивающаяся исследовательская деятельность, обобщающая вторичные образы.

Роль бинокулярных признаков легко можно продемонстрировать в простом опыте, рассматривая предмет с размерами, меньшими, чем расстояние между глазами (например, спичечный коробок), на достаточно близком расстоянии от глаз (10-30 см).

Если посмотреть на него попеременно левым и правым глазом, а затем одновременно двумя глазами, то в результате возникает эффект обратной перспективы: боковые грани выглядят расходящимися от наблюдателя.

Вероятно, это связано с совмещением двух ретинальных проекций предмета в единый образ.

Разобраться в причинах такого явления может помочь анализ психофизиологических механизмов фузии, т.е. проблема слияния двух монокулярных изображений в единый образ. Для начала следует кратко напомнить морфологию зрительной системы.

Информация с назальных (носовых) частей сетчаток благодаря зрительному перекресту поступает в контралатеральное полушарие, а с темпоральных (височных) по неперекрещивающимся путям остается в ипсилатеральном полушарии.

Благодаря инверсии зрительных лучей в левое полушарие поступает информация с правых полуполей зрения обоих глаз, а в правое полушарие — с левых полуполей.

Чтобы не было двоения образа восприятия, стимул должен попадать в корреспондирующие точки сетчатки. Поскольку в результате диспаратности изображение объекта в каждом из глаз несколько различается, при фузии одно из них должно подавляться.

При прочих равных условиях подавляются менее значимые проекции, которые попадают в височные зоны сетчатки. В адаптационном аспекте внешние полуполя зрения информативно более насыщены. У животных с латеральным зрением (грызуны, копытные) имеются только контралатеральные пути.

При переходе к фронтальному зрению (хищники, приматы) ведущая роль в предметном и пространственном зрении сохраняется за перекрещивающимися волокнами от назальных частей сетчаток.

Височным частям отводится вспомогательная роль в уточнении локализации объектов за счет бинокулярной диспаратности, а также в зрительно-моторной координации (например, возможность левой рукой схватить объект, находящийся в правой половине поля зрения).

Источник: http://www.jourclub.ru/9/713/

__________________________________________
Ссылка на основную публикацию