Свобода и человеческий образ жизни — психология

Глава 1. Свобода — психологическая проблема?

Новую историю Европы и Америки обусловили усилия, направленные на завоевание свободы.

Когда определенный класс стремился к своему собственному освобождению, он верил, что борется за свободу вообще и таким образом мог идеализировать свои цели, мог привлечь на свою сторону всех угнетенных, в каждом из которых жила мечта об освобождении.

Классы, которые по началу сражались против угнетения, объединились с врагами свободы, едва лишь победа была завоевана и появились новые привилегии, которые надо было отстаивать и защищать.

Во имя победы погибло много людей убежденных в том, что лучше погибнуть за свободу, нежели жить без нее.

Стремление к свободе выразилось в принципах экономического либерализма, политической демократии с отделения церкви от государства и индивидуализма в личной жизни.

Осуществление этих принципов, казалось, приближало человечество к реализации данного стремления. Человек сбросил иго природы, и сам стал ею управлять. Он сверг церковь и абсолютное государство.

Ликвидация внешнего принуждения казалось не только необходимым, но и достаточным условием для достижения желанной цели — свободы человека.

Первую Мировую войну все считали последней битвой, а ее завершение — окончательной победой свободы, но через некоторое время и возникли новые системы, которые перечеркнули все, т.к. сущность этих новых систем, практически полностью определяющих и общественную и личную жизнь человека, состоит в подчинении всех совершенно бесконтрольной власти и небольшой кучки людей.

Одна из общепринятых иллюзий — быть может, самая опасная из всех состояла в убеждении, что люди вроде Гитлера якобы захватили власть над государственным аппаратом лишь при помощи вероломства и мошенничества и правление его основано на насилии.

Но после, всем видно, что в Германии миллионы людей отказывались от свободы с таким упорством, с каким когда-то их отцы ее завоевывали, они не стремились к свободе, а искали способ от нее избавится. Другие миллионы людей были безразличны к свободе и не считали, что за нее нужно бороться.

А так же всем стало ясно, что демократический кризис не является сугубо итальянским или германским, а угрожает каждому современному государству.

Анализ человеческих аспектов свободы и авторитаризма вынуждает нас рассмотреть ту роль, с которой играют психологические факторы в качестве активных сил процесса общественного развития, а это приводит к проблеме взаимодействия психологических, экономических и идеологических факторов.

К примеру, притягательность, которая имеет фашизм для целых наций, вынуждает нас признать роль психологических факторов. В течение последних веков человек был рациональным существом (по общепринятым мнениям), деятельность, которых должно было быть (по их утверждению) вызвана личными интересами и желаниями.

На те периоды истории оглядывались, как на потухший вулкан, давно уже неопасный. Все были уверены, что зловещие силы полностью уничтожены достижениями современных демократий; мир казался ярким и безопасным. Экономические кризисы считались случайностями, хотя они повторялись регулярно.

И когда фашизм пришел к власти ни кто не был готов ни теоретически, ни практически, и никто не смог поверить в такую предрасположенность к злу. И тот благодушный оптимизм XIX века потревожили с очень разных сторон: Нация и Маркс и позже Фрейд.

Но, по мнению Фромма Фрейд и его ученики имели лишь очень наивное представление о процессах, производящих в обществе: большинство их попыток приложения психологии к социальным проблемам вело к ошибочным построениям.

Фрейд формулировал так называемые основные инстинкты человека, и тем самым он совершал ошибку своих предшественников, что концепция человеческой натуры является отражением тех важнейших стремлений, которые проявляются в современном человеке. Индивид его культуры представляет и человека вообще, а страсти и тревоги, характерные для человека в нашем обществе, коренящихся в биологической природе человека.

Индивид является нам с полным набором биологически обусловленных потребностей, которые должны быть удовлетворены, для эпох они вступают в отношение с «объектами» (другими), служат для достижения цели определяется обменом удовлетворения биологических потребностей при этом связь с другим индивидом всегда является лишь средством достижения цели. А не целью как таковой.

Есть потребности обусловленные природой: жажда, голод и т.д.

На те стремления, которые приводят к различию человеческих характеров — любовь или ненависть, жажда власти или тяга к подчинению — все они являются продуктами социального процесса; прекрасные и самые уродливые наклонности человека не вытекают из фиксированной, биологически обусловленной человеческой природы, а возникают в результате социального процесса формирования личности. Таким образом, общество осуществляет функцию подавления и созидания личности. Главная задача социальной психологии состоит в том, чтобы понять процесс формирования человека в ходе истории. Фрейд представлял себе историю как результат действия психических сил, не подверженных социальному влиянию. Он подчеркивает свое несогласие с теми теориями, которые отрицают роль человеческого фактора в динамике общественного развития. Общей ошибкой всех этих теорий было убеждение, что у человеческой натуры нет своей динамики.

Лишь динамическая психология может понять человеческий фактор. Фиксированный фактор «человеческой природы» не существует, но можно ее рассматривать как нечто беспредельно пластичное. Фромм различает «статистическую» и «динамическую» адаптацию.

Динамическая адоптация — это приспособляемость я к неизбежной ситуации и во время принудительной адаптации с человеком что-то происходит — это подавленная враждебность и она становится динамическим фактором человеческого характера. Любой невроз — это адаптация к таким условиям, которые является для индивида иррациональными.

Рассказывается также о чертах человеческой натуры: они или гибкие, или менее гибкие. Те черты, которые проявляют чрезвычайную эластичность, развиваются как реакции на определенные условия жизни. Гибкими они являются в том случае, когда индивиды развивают ту или иную склонность в соответствии с обстановкой, в которой и приходится жить.

Ни одна из таких склонностей не является изначально присущей человеку, т.е. человек развивает ту или иную склонность в зависимости от приобретенных потребностей.

Но кроме приобретенных потребностей у него есть и физические потребности, объединившись, эти потребности, выступают как потребность самосохранения и властная потребность самосохранения вынуждает его принять условия, которыми является образ жизни общества, где он живет (т.к.

отдельный индивид не может изменить общество, он принимает его условия), а вне общества, одному ему не справится с потребностью связи с окружающим миром, с потребностью избежать одиночества Человек не может жить без какого-то сотрудничества с другими. Есть еще одна причина, которая становится к общности столь насущно необходимой: это субъективное самосознание. Если его жизнь не приобретает какого-то смысла и направленности, он чувствует себя пылинкой и ощущение собственной ничтожности его подавляет. Человек должен иметь возможность отнести себя к какой-то системе.

Человек должен суметь воссоединится с миром в спонтанности любви и творческого труда или найти себе какую-то опору с помощью таких связей с этим миром, которые уничтожают его свободу и индивидуальность.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:

Источник: http://zdamsam.ru/a15099.html

Свобода и смысл жизни

Процесс вычленения индивидуального «Я» из коллективного «Мы» занял значительный отрезок времени в жизни человеческого рода. В чем смысл этого процесса? Человек познает самого себя, становится личностью.

Познание человеком самого себя проходит несколько фаз:

1. Познание своих потребностей и способностей.

2. Обретение свободы воли, свободы выбора и осознание их границ, осознание ответственности, связанной со свободой.

3. Обретение достоинства, то есть внутреннего убеждения в ценности своей личности.

4. Обретение смысла жизни.

Осознание индивидом своих потребностей и способностей к определенным видам деятельности обнаруживается уже во времена варваров.

Круг и тех, и других достаточно узок, он связан с выживанием, борьбой за территорию для охоты и т.д. У людей нет свободы выбора, они должны подчиняться жесткой групповой дисциплине (рода, племени).

Даже вождь действует, скорее следуя обычаю, который не смеет нарушить, чем на свое усмотрение.

По мере роста уровня жизни, совершенствования орудий труда, производства и охоты возрастает автономность отдельного индивида: он теперь способен сам, один охотиться на зверя или выращивать злаки, ковать топоры и т.д.

Одновременно расширяется круг его потребностей, и возникает спрос на новые способности. Человек обретает свободу выбора, в своих действиях он может руководствоваться собственной волей, не подчиняясь воле других.

Это состояние и называется свободой.

Свобода

Свобода воли означает, что у личности нет препятствий к достижению поставленных целей. Слово «свобода» означает отсутствие внешних препятствий, прежде всего давления чужой воли, слово «воля» означает готовность личности к преодолению внутренних препятствий — сомнения, страха, лени, неуверенности в себе и т.д.

Стремление к свободе — одно из самых сильных человеческих чувств. Со свободой человек связывает осуществление своих жизненных планов, возможность по собственной воле избирать жизненные цели и пути их достижения.

Но человек не обладает и не может обладать абсолютной свободой. Она ограничивается многими обстоятельствами, которые в науке принято называть факторами.

Во-первых, способностями человека. Как бы он ни желал стать великим художником и ни употреблял на это свою свободу, но, если у человека нет способности к рисованию, цели он не достигнет. Впрочем, как правило, в таком случае он и не будет ставить перед собой подобную жизненную цель, а направит свою свободу и волю на достижение целей, действительно соответствующих его способностям.

Во-вторых, свободу человека ограничивает его социально-экономическое положение. Рабы и крепостные были практически лишены свободы. Но и в настоящее время, когда граждане государств мира могут свободно путешествовать из страны в страну, большинство из них не имеют возможности воспользоваться этой свободой из-за того, что нет средств.

В-третьих, нельзя жить в обществе, будучи свободным от него. Каждый человек постоянно соприкасается с другими людьми, и ему необходимо считаться с ними. Поэтому существует моральное ограничение свободы: «Поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы они поступали с тобой».

Или в эту фразу можно вставить два «не»: «Не поступай с другими так, как ты не хотел бы, чтобы они поступали с тобой». Эти жизненные правила называются «моральным императивом», то есть обязательным требованием морали, нравственности.

Нарушение этого морального императива ведет к произволу, то есть злоупотреблению свободой в ущерб другим. От произвола защищает не только моральный, но и юридический, государственный закон. В Конституции Российской Федерации (ст.

17) сказано: «Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».

Ответственность

Надо сказать, что человеку нелегко нести бремя свободы. Ведь если он свободен в своих действиях, то он отвечает и за их последствия. А кто же еще? Свобода всегда реализуется человеком «на свой страх и риск».

Поэтому далеко не все люди готовы воспользоваться своей свободой, они стараются не принимать самостоятельных решений, чтобы не брать на себя ответственность за последствия, а перекладывают это бремя на других, чтобы самим ни за что не отвечать.

Однако для тех, кто считает себя настоящей личностью, свобода — это великое благо, она дает возможность человеку полностью раскрыть свои возможности, а чувство ответственности лишь стимулирует напряжение всех сил для достижения цели. Свобода не может быть безответственной. И это касается всех сторон жизни человека, всех видов его деятельности. Свобода безответственного человека опасна для общества.

Есть одна сфера свободы, где личность может с успехом в любых условиях сопротивляться ее ограничениям, — это свобода мысли. Даже тюрьма не может лишить человека свободы мысли. Свобода мысли является предпосылкой любого творческого дела. Для создания нового надо уметь отказаться от старых представлений.

Свобода мысли — это умение самостоятельно осмыслить любое явление, иметь свое мнение даже вопреки мнению большинства или мнению авторитетных, уважаемых вами людей. Когда-то Аристотель в полемике со своим учителем сказал: «Платон мне друг, но истина дороже». Ученики Платона, зачарованные его мыслями, бездумно повторяли их, не подвергая собственному анализу.

Аристотель подверг их сомнению — и это был акт свободы мысли — и установил, что учитель ошибается.

Человек испытывает огромное влияние чужих мнений, теорий, учений, религиозных верований, предрассудков. Западая в сознание человека, они могут лишить его свободы мысли или резко ограничить ее. Человек, который подчиняется чужим мнениям, идеям, верованиям не пытаясь их самостоятельно осмыслить, называется конформистом.

Важными качествами свободной личности являются честь и достоинство. Честь — это высокая положительная оценка личности в глазах окружающих, оценка, которой человек гордится и считает ее заслуженной.

Достоинство — это самоуважение, человек считает себя достойным других людей, достойным их уважения. Честь и достоинство — это те категории, по которым оценивается человек и сравнивает себя с другими людьми. Для свободной личности этой мерой является равенство всех людей и их оценка по заслугам.

Уважение чести и достоинства является важной предпосылкой нормального общения людей. Всякое умаление или унижение чести и достоинства вызывает защитную реакцию у свободной личности и осуждение окружающих. Закон также защищает личность от унижения ее чести и достоинства.

Если обиженный человек сносит оскорбления и унижения своего достоинства, значит, он еще не «созрел» как свободная личность.

Смысл жизни

Высшей фазой, высшей точкой познания человеком самого себя и становления свободной личности является обретение смысла жизни.

Как свободная личность распорядится своей свободой, какую изберет жизненную судьбу, какие цели поставит перед собой? (Заметим, что несвободный человек не может обрести смысл жизни, потому что не распоряжается своей судьбой, ему смысл жизни определяют те, кому он подчинен.

) Конечно, не следует думать, что каждый человек специально размышляет: а каков смысл моей жизни? Он не формируется теоретически, а складывается практически из конкретных целей человека, которых он стремится достичь.

Предаваться ли эгоистическим удовольствиям или стараться для блага своего, своей семьи, друзей, общества? «Иметь» или «быть»? Так сформулировали философы этот вопрос. «Иметь» — значит стремиться к материальному обогащению, к обладанию вещами и деньгами, к накоплению материального богатства ради богатства, а не ради его потребления.

Прототипом такого человека является Скупой рыцарь из одноименной пьесы Пушкина: его любимым делом и самым сильным переживанием было созерцание сундуков с золотом. «Быть» — значит реализовать все свои способности, заниматься любимым делом, раскрыть все свои человеческие качества: любовь к ближним, заботу о детях, дружбу, наслаждение прекрасным и т.д. Жизнь, прожитая таким образом, является вкладом в очеловечивание человечества, о чем мы говорили выше.

Конечно, нельзя абсолютно противопоставлять «иметь» и «быть»: ведь для того, чтобы «иметь», надо хотя бы немножко «быть», а для того, чтобы «быть», неплохо кое-что иметь. Все дело в том, что считать целью, а что средством.

Читайте также:  Личное пространство человека: каковы его границы?

Человек, целью которого является обладание материальным богатством, подчиняет все свои способности этой страсти, становится рабом вещей, в нем развиваются алчность и скупость, а утрата вещи представляется ему катастрофой.

Для человека с установкой «быть» вещи тоже необходимы, да и богатство не помешает, но для него — это средства к полноценной жизни и реализации своих способностей и нематериальных интересов. Богатства, которые превосходят его потребности, он часто использует в различных общественно полезных целях. Так, московский купец П.

Третьяков основал художественную галерею (музей), которая теперь носит его имя. Фабрикант С. Мамонтов содержал художественную галерею и оперный театр. Широко известны имена меценатов М. и С. Морозовых, А. Бахрушина и др. В 1997 году знаменитые российские хоккеисты Фетисов, Ларионов и Козлов внесли большие суммы денег для закупки амуниции для юных российских хоккеистов.

Люди редко задумываются о смысле жизни в молодые годы. Они вспоминают о нем тогда, когда уже бывает поздно и ничего нельзя исправить.

Краткие выводы:

1. В процессе вычленения индивидуального «Я» из коллективного «Мы» человек познает самого себя, становится личностью.

2. Человек обретает свободу выбора, в своих действиях он может руководствоваться собственной волей, не подчиняясь воле других.

3. В свободе воли слово «свобода» означает отсутствие внешних препятствий к действию, а слово «воля» означает преодоление внутренних препятствий — страха, неуверенности и т.д.

4. Человек не может обладать абсолютной свободой. Она ограничивается его природными способностями, социально-экономическим положением, моральными и правовыми правилами поведения.

5. Свобода неотделима от ответственности за содеянное по свободному выбору.

6. Свобода мысли — это умение самостоятельно воспринимать информацию и оценивать ее. Никто не может принудительно лишить человека свободы мысли.

7. Честь и достоинство — непременные качества свободного человека. Они являются мерой уважения его окружающими и мерой его собственного самоуважения.

8. Смысл жизни определяется теми жизненными целями, которые человек ставит перед собой. «Иметь или быть?» — один из главных вопросов смысла жизни.

Задания для размышлений:

1. С вашей точки зрения, что может быть самой большой наградой в жизни?

2. Когда речь идет о свободе, то ее можно рассматривать с двух позиций: свобода от кого и свобода для чего. В чем вы испытываете большую потребность?

3. Возможна ли такая оценка вами учеников класса, в котором вы учитесь: менее достойный и более достойный?

Виктор МУШИНСКИЙ, доктор юридических наук

Источник: http://www.ug.ru/archive/978

Свобода личности

старшая страница|перечень направлений|свободный поиск техник

К психотехникам             К книгам

Свобода личности или личностная свобода, что же это такое? Свобода личности, когда человек может проявлять свободно свою волю, когда человек может действовать в соответствии со своими взглядами, желаниями, интересами.

Но стоит учитывать, что свобода не имеет однозначного и общепринятого толкования. Но чтобы понять, можно пойти от противного, свобода -это противоположность рабству, здесь имеется в виду, когда мы делаем что-либо в угоду другим и в ущерб себе, это и есть рабство.

Нет свободы выбора, как выражать свои желания, так и воплощать их.

Но также существует теория, довольно распространенная, описанная Фроммом в книге «Бегство от свободы» , где он рассматривает проблемы этики, норм и ценностей, которые ведут человека к самореализации и осуществлению его возможностей: «Наше поведение во многом определяется ценностными суждениями, и на их обоснованности зиждется наше психологическое здоровье и благополучие

Также Вам могут быть интересны книги по направлению

Вади А. — Стань свободным человеком — Свобода это то, чего хотят все. Свобода это условие счастья. К счастью, свобода человека – его неотъемлемое право.

Но всегда ли мы чувствуем себя свободными? Разве всегда мы делаем то, что хотим? Свободе личности мешает то и это, и мы мечтаем о том, что бы мы сделали, если бы… Бывает и наоборот – человек ощущает себя свободным. Что хочет, может купить, куда угодно поехать.

Но действительно ли это свободный человек? Что такое реальная свобода личности и как ее обрести?

Грачева Л.Д. — Тренинг внутренней свободы — Упражнения, представленные в этой книге, направлены на актуализацию творческого потенциала: развитие восприятия, реактивности, внимания, воображения, обретение мышечной свободы, освобождение от «брони характера» и т.д.

Они используются в программе обучения актеров в Санкт-Петербургской государственной академии театрального искусства, но с равным успехом могут применяться в обучении любой творческой специальности, так как тренируют не профессиональные навыки, необходимые для того или иного вида творческой деятельности, а обучают организм человека новым для него психофизическим состояниям, новому восприятию, новым реакциям, непривычному эмоциональному включению.

Леонтьев Д.А. — Стратегия свободы — Проблема свободы — одна из основных в философии.

Поиск пу­тей освобождения от любых форм принуждения, цензуры и ограниче­ний, которые выходят за рамки естественной необходимости самосо­хранения общества, является значительным завоеванием философии разума.

Однако сегодня появились серьезные сомнения относительно эмансипирующих возможностей разума вследствие неэффективности просвенцения и критики “масс медиа”, манипулирующих сознанием, а точнее — поведением, на основе искусственно создаваемых мифоло­гем.

Кроме того, есть достаточно серьезные основания считать рацио­нальное познание не только средством освобождения от грубых форм принуждения, но и инструментом реализации других, может быть, бо­лее либеральных, но вместе с тем более глубоких и действенных меха­низмов власти.

Поэтому необходимо по-новому рассмотреть, казалось бы, органичное единство разума и свободы, дополнить критическую рефлексию открытием тех способов, которые используются во взаим­ной игре власти и познания, а также обратить внимание на появление новых форм репрессивности и манипуляции, связанных с управлени­ем разнообразными нормами жизнедеятельности людей.

Фромм Э. — Бегство от свободы — Одна из основополагающих работ Эриха Фромма — «Бегство от свободы» — посвящена психологическим аспектам власти, зависимости и обретения личностей независимости.

«Может ли свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким, от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода — заветная цель, а для других — угроза?». «Не существует ли — кроме врожденного стремления к свободе — и инстинктивной тяги к подчинению?..

Не является ли подчинение источником некоего скрытого удовлетворения; а если так, то в чем состоит его сущность?

Психотехники по направлению

Как повысить самооценку    Самопознание    Свобода личности    
52 шаг из тренига «Развитие уверенности».
унисекс
для взрослых
индивидуально
гештальттерапия
Нина Рубштейн
Манипуляция людьми    Развитие активности    Свобода личности    
Упражнение на личностную свободу.
унисекс
для подростков и старше
индивидуально
арт-терапия
неизвестно
Как развить уверенность в себе    Командообразование    Свобода личности    
Упражнение на командообразование и снятие эмоциональной и поведенческой закрепощенности.
унисекс
для любого возраста
в группе
арт-терапия
неизвестно
старшая страница|перечень направлений|свободный поиск техник

Источник: http://NavigatorWay.com/tehnik_nap.php?type_teh=22

Свобода как психологическая проблема

                                                СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………..3

1.Понятие свободы………………………………………………………………..5

2 .Свобода как осознание :Э. Фромм.……………………………………….……7

3. Свобода — психологическая проблема?……………………………….……….9

4. Анализ проблемы свободы в постсоветской психологии.………………….27

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….29

ЛИТЕРАТУРА……………………………………………………………………30

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность. В последние годы в связи со всеобщим возрождением интереса к гуманитарным, специфическим человеческим проблемам психологии наблюдается повышенное внимание к свободе. Когда-то, еще в XVIII—XIX вв., эта проблема была одной из центральных в психологических исследованиях. В начале же XX в.

в связи с общим кризисным положением в этой науке исследования свободы отошли на второй план. Эта проблема оказалась самой трудной из тех, которые необходимо было ставить и решать на новой методологической основе.

Но игнорировать ее и полностью не замечать было невозможно, поскольку свобода относится к числу тех психических явлений, доказывать жизненно важную роль которых нет особой необходимости.

По этой причине в последующие десятилетия XX в. исследования свободы продолжались,  хотя и не столь широко, как прежде.

Однако вследствие неудовлетворенности общим состоянием исследований свободы многие ученые в первые десятилетия текущего столетия стремились вообще отказаться от этого понятия как от якобы ненаучного, заменить его поведенческими характеристиками или какими-либо другими, операционализируемыми и верифицируемыми, т. е. такими, которые можно наблюдать и оценивать.

Цель работы: исследовать феномен психологии свободы.

Для достижения цели необходимо рассмотреть следующие задачи:

— рассказать о возникновении понятия свободы, привести определения данного понятия различных отечественных и зарубежных исследователей;

— рассказать о развитии свободы;

— отметить практическую значимость свободы в жизни человека;

— сделать выводы по исследуемой проблеме.

Объектом исследования является психология свободы.

Предмет исследования –свобода как психологическая прорблема.

Информационная база. При написании данной работы были использованы труды отечественных и зарубежных авторов, материалы периодической печати, учебные пособия, энциклопедийные издания и словари.

     Вообще свобода в  обыденном сознании ассоциируется  с отсутствием какого-либо давления  или ограничения. Такое значение  отражено, например, в словаре В. Даля, где свобода – это своя воля, простор, возможность действовать по-своему, отсутствие стеснения, неволи, рабства.

Однако данное определение свободы, по своей сути, делает ее близким к своеволию, в смысле произвола желаний отдельного человека, что в корне отлично от философского (прежде всего этического) значения этого понятия.

Здесь также стоит отметить, что осознание свободы как «делаю, что хочу» присуще обычно отроческому, подростковому сознанию и поэтому каждый человек, в той или иной мере, проходит в своем развитии через подобное понимание свободы.

Но, человек – существо социальное, а потому неизбежно сталкивается в своей жизнедеятельности с другими людьми, что ведет, в свою очередь, к необходимости ограничения произвола собственных желаний. Ведь, в конце концов, такое поведение просто неразумно и ведет к соответствующим санкциям со стороны социума.1

     Однако социальность  человека имеет мощный противовес  в лице такой базовой потребности  как стремление к автономии. Причем, на мой взгляд, эта мотивирующая сила является для многих людей более значительной, чем социальность. В этом случае понимание свободы обнаруживается в свободе «от чего-то», то есть в независимости.

Такая свобода в этической философии считается безусловным шагом вперед по сравнению с произволом, но не является вершиной. Ведь в подобном независимом автономном существовании не обязательно присутствует положительный созидающий компонент. Поэтому данное понимание свободы в этике считается отрицательным (что не означает плохо).

Тем не менее, развитие собственной личности, на мой взгляд, неизбежно проходит через данную автономную стадию.

     Тогда резонно задать  следующий вопрос: как отрицательная  свобода обращается в положительную, то есть в свободу «для чего-то»? Такая свобода проявляется и реализуется в возможности, способности и праве человека выбирать что-то (и действовать соответственно) из альтернативных целей и задач, то есть в свободе выбора.

Таким образом, в моем понимании, идея свободы воли сводится к свободе человека выбирать.

Но тогда появляется новый вопрос: что обусловливает тот или иной выбор человека? И тут мы приходим к тому, что на психологическом языке называется ядром личности, а именно к мировоззрению конкретного человека, к его главным жизненным ценностям, в соответствии с которыми он осуществляет процесс выбора.

Причем человек с высоким уровнем личностного развития осознает свои жизненные ценности более полно. Более того, он ощущает их как насущную необходимость и, действуя в соответствии с ними, несет за них ответственность. В этом контексте становится понятным знаменитое определение Спинозы, который считал, что свобода есть познанная необходимость. К тому же явно вырисовывается взаимозависимость подлинной свободы и ответственности.2

      1. Свобода как осознание : Э. Фромм

     Э. Фромм считает позитивную свободу, «свободу для», главным условием роста и развития человека, связывая ее со спонтанностью, целостностью, креативностью и биофилией — стремлением к утверждению жизни в противовес смерти. Вместе с тем свобода амбивалентна.

Она одновременно и дар, и бремя; человек волен принять ее или отказаться от нее. Человек сам решает вопрос о степени своей свободы, делая собственный выбор: либо действовать свободно, т.е. на основе рациональных соображений, либо отказаться от свободы.

Многие предпочитают бежать от свободы, выбрав тем самым путь наименьшего сопротивления. Разумеется, все решается не каким-то одним актом выбора, а определяется постепенно складывающейся целостной структурой характера, в которую отдельные выборы вносят свой вклад.

В результате одни люди вырастают свободными, а другие — нет.

     В этих идеях Фромма  заложена двоякая трактовка понятия  свободы. Первое значение свободы — это изначальная свобода выбора, свобода решать, принять свободу  во втором значении или отказаться от нее. Свобода во втором значении — это структура характера, выражающаяся в способности действовать на основе разума.

Иными словами, чтобы выбрать свободу, человек уже должен обладать исходной свободой и способностью сделать этот выбор разумным образом. Здесь есть некоторый парадокс. Фромм, однако, подчеркивает, что свобода — это не черта или диспозиция, а акт самоосвобождения в процессе принятия решения. Это динамичное, текущее состояние.

Объем доступной человеку свободы постоянно меняется.3

     Результат выбора больше всего зависит, конечно, от силы конфликтующих тенденций. Но они различаются не только по силе, но и по степени осознанности.

Как правило, позитивные, творческие тенденции хорошо осознаны, а темные, деструктивные — плохо. По мнению Фромма, ясное осознание всех аспектов ситуации выбора помогает сделать выбор оптимальным.

Он выделяет шесть основных аспектов, требующих осознания:

1) что хорошо, а что плохо;

2) способ действия в данной  ситуации, ведущий к поставленной  цели;

3) собственные неосознанные желания;

4) реальные возможности, заключенные  в ситуации;

5) последствия каждого из возможных  решений;

6) недостаточность осознания, необходимо  также желание действовать вопреки  ожидаемым негативным последствиям. Таким образом, свобода выступает как действие, вытекающее из осознания альтернатив и их последствий, различения реальных и иллюзорных альтернатив.4

                         3. Свобода — психологическая проблема?

Читайте также:  Истина - история понятия - психология

     Новую историю Европы  и Америки обусловили усилия, направленные на завоевание свободы от политических, экономических и духовных оков, которые связывали человека. Угнетенные, мечтавшие о новых правах, боролись за свободу против тех, кто отстаивал свои привилегии.

Но когда определенный класс стремился к своему собственному освобождению, он верил, что борется за свободу вообще, и, таким образом, мог идеализировать свои цели, мог привлечь на свою сторону всех угнетенных, в каждом из которых жила мечта об освобождении.

Однако в ходе долгой, по существу, беспрерывной борьбы за свободу те классы, которые поначалу сражались против угнетения, объединялись с врагами свободы, едва лишь победа была завоевана и появлялись новые привилегии, которые нужно было защищать.

      Несмотря на многочисленные  поражения, свобода в целом побеждала. Во имя ее победы погибло много борцов, убежденных в том, что лучше умереть за свободу, чем жить без нее. Такая гибель была наивысшим утверждением их личности.

Казалось, история уже подтвердила, что человек способен управлять собой, сам принимать решения, думать и чувствовать так, как ему кажется верным. Полное развитие способностей человека казалось той целью, к которой быстро приближал процесс общественного развития.

Стремление к свободе выразилось в принципах экономического либерализма, политической демократии, отделения церкви от государства и индивидуализма в личной жизни. Осуществление этих принципов, казалось, приближало человечество к реализации данного стремления. Оковы спадали одна за другой.

Человек сбросил иго природы и сам стал ее властелином; он сверг господство церкви и абсолютистского государства. Ликвидация внешнего принуждения казалась не только необходимым, но и достаточным условием для достижения желанной цели — свободы каждого человека.5

      Первую мировую  войну многие считали последней битвой, а ее завершение окончательной победой свободы: существовавшие демократии, казалось, усилились, а взамен прежних монархий появились новые демократии.

Но не прошло и нескольких лет, как возникли новые системы, перечеркнувшие все, что было завоевано веками борьбы, казалось, навсегда.

Ибо сущность этих новых систем, практически полностью определяющих и общественную, и личную жизнь человека, состоит в подчинении всех совершенно бесконтрольной власти небольшой кучки людей.6

      На первых порах  многие успокаивали себя мыслью, что победы авторитарных систем обусловлены сумасшествием нескольких личностей и что как раз это сумасшествие и приведет со временем к падению их режимов.

Другие самодовольно полагали, что итальянский и германский народы прожили в демократических условиях слишком недолгий срок и поэтому надо просто подождать, пока они достигнут политической зрелости.

Еще одна общепринятая иллюзия — быть может, самая опасная из всех — состояла в убеждении, что люди вроде Гитлера якобы захватили власть над государственным аппаратом лишь при помощи вероломства и мошенничества, что они и их подручные правят, опираясь на одно лишь грубое насилие, а весь народ является беспомощной жертвой предательства и террора.7

      За годы, прошедшие  со времени победы фашистских режимов, ошибочность этих точек зрения стала очевидной.

Нам пришлось признать, что в Германии миллионы людей отказались от своей свободы с таким же пылом, с каким их отцы боролись за нее; что они не стремились к свободе, а искали способ от нее избавиться; что другие миллионы были при этом безразличны и не считали, что за свободу стоит бороться и умирать. Вместе с тем мы поняли, что кризис демократии не является сугубо итальянской или германской проблемой, что он угрожает каждому современному государству. При этом совершенно несущественно, под каким знаменем выступают враги человеческой свободы. Если на свободу нападают во имя антифашизма, то угроза не становится меньше, чем при нападении во имя самого фашизма (1) . Эта мысль настолько хорошо выражена Джоном Дьюи, что я приведу здесь его слова:

      «Серьезная опасность  для нашей демократии состоит  не в том, что существуют другие, тоталитарные государства.

Опасность  в том, что в наших собственных  личных установках, в наших собственных  общественных институтах существуют те же предпосылки, которые в других государствах привели к победе внешней власти, дисциплины, единообразия и зависимости от вождей. Соответственно поле боя находится и здесь, в нас самих, и в наших общественных институтах» (2).8

      Если мы хотим бороться с фашизмом, то мы должны его понимать. Домыслы нам не помогут, а повторение оптимистических формул столь же неадекватно и бесполезно, как ритуальный индейский танец для вызывания дождя.

      Кроме проблемы  экономических и социальных условий, способствовавших возникновению фашизма, существует и проблема человека как таковая, которую также нужно понять.

Целью настоящей книги как раз и является анализ тех динамических факторов в психике современного человека, которые побуждают его добровольно отказываться от свободы в фашистских государствах и которые так широко распространены в миллионных массах нашего собственного народа.

      Когда мы рассматриваем  человеческий аспект свободы, когда  говорим о стремлении к подчинению  или к власти, прежде всего возникают вопросы:

      Что такое свобода  в смысле человеческого переживания? Верно ли, что стремление к  свободе органически присуще  природе человека? Зависит ли  оно от условий, в которых живет  человек, от степени развития  индивида, достигнутого в определенном обществе на основе определенного уровня культуры? Определяется ли свобода одним лишь отсутствием внешнего принуждения или она включает в себя и некое присутствие чего-то, а если так, чего именно? Какие социальные и экономические факторы в обществе способствуют развитию стремления к свободе? Может ли свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким, от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода — это заветная цель, а для других угроза?

Источник: http://referat911.ru/Psihologiya/svoboda-kak-psihologicheskaya-problema/555083-3312668-place1.html

Внутренняя свобода

Куда он вкладывает силу своего внимания, то и реализуется.

Если человек хочет обрести духовную свободу, он её обретёт.

А если он хочет оставаться рабом, он и останется рабом.

Жить или умереть – выбирает человек сам.

И.М. Данилов

Человеку дана жизнь. И каждый волен выбирать, как её прожить, независимо от того, осознаёт он за собой это право выбора или плывёт по течению, возлагая ответственность за жизненный путь на других людей. В этом и заключена красота жизни, справедливость и путь познания человека.

Люди хотят, чтобы жизнь приносила радость и счастье. Для многих это является основным приоритетом, несмотря на то, что он может быть не проявлен и скрыт в подсознании. Важно понять, что для человека является радостью и счастьем, что он вкладывает в эти определения.

Счастье временным не бывает, ибо это – не счастье, если с изменением внешних условий оно перестаёт быть таковым. Это может быть эмоциональным всплеском, выбросом гормонов, эндорфинов, приносящим состояние эйфории. После эйфории наступает состояние пустоты, разочарования. А счастье – оно постоянно.

Тихое, спокойное, размеренное, исходящее изнутри, из внутреннего неиссякаемого источника. Настоящее счастье человек может обрести только внутри себя, пребывая в гармонии со своей душой.

Для людей свобода является фундаментальной основой жизни. Она воспевается, прославляется, о ней много говорится, и люди готовы жертвовать многим ради прикосновения к этому состоянию.

У кого-то это действительно получается, и человек преображается, сияет любовью, радостью, светом и добром, а для кого-то она становится горизонтом.

Человек непрерывно стремится к ней, ставит новые цели, достигает их, а радости нет, счастье не приходит.

Нам, как исследователям, познающим этот мир, стоит разобраться, что это за свобода, которая дарит жизнь, наполняет человека изнутри любовью и спокойствием, а что собой представляет другая, эфемерная, призрачная, переходящая в разряд недосягаемой цели, к которой постоянно в течение жизни стремится человек, так же, как ослик за подвешенной перед ним морковью.

Вторая основа АЛЛАТРА из семи базисных мировоззренческих основ духовно-созидательного общества звучит так:

Исходя из этой информации можно сделать вывод, что настоящая внутренняя свобода обретается человеком при неустанной работе над собой. Эта работа подразумевает управление своим вниманием. Вложение внимания – это наделение силой тех или других программ, мыслеформ, мыслей, которые будут в дальнейшем реализовываться.

Развиваясь, человек раскрывает заложенный потенциал, укрепляет сильные стороны, прорабатывает слабые, учится взаимодействовать с людьми, стремится к тому, чтобы жизнь приносила радость в каждом мгновении, несмотря на обстоятельства. Это и есть внутренняя работа человека над собой. Человек укрепляется в духе.

День ото дня становится твёрже в отстаивании своего выбора.

Высшее понимание «выбора» и «свободы» заключается в том, что никто никому ничего не навязывает. Для личности очень важно осознать своё право выбора истинной свободы, свободы от навязанных желаний, шаблонов, стереотипов.

В детстве мы учились ходить, говорить, взаимодействовать с людьми – это были базовые условия для начала жизни в этом мире и гармоничного вплетения нити своей судьбы в общее веретено судеб человечества.

Для каждого человека жизненно необходимо изучить этот мир, изучить кто его заставляет принимать те или иные решения, кто в нём думает, кто в нём вызывает эмоции, кто им управляет. Тогда придёт понимание, что мир дуален и двойственен. Отслеживая работу своего сознания, человек сможет обрести истинную свободу личности.

Личность находится в рабстве у своего сознания и тела до тех пор, пока не научится управлять своим вниманием. Покуда человек неосознанно вкладывает силу своего внимания в мысли, которые приходят к нему извне, как радиоволны, принимает их за свои, эти мысли реализуются в материальном мире. Они же являются программами, которые формируют судьбу человека.

В эпохальной передаче «Откровенный диалог о самом главном» профессор Игорь Михайлович Данилов отметил:

Когда личность становится свободной, в первую очередь от диктатуры материального мира, всё становится на свои места. Человек обретает внутреннюю свободу, постоянную глубинную радость, независимо от места, времени, внешних условий.

Это свобода духа. Это та свобода, которую нельзя отнять, на которую нельзя повлиять. Она чувствуется как самим человеком, так и окружающими его людьми.

Это и есть истинная свобода, к которой стремится каждая личность как осознанно, так и неосознанно.

Часто эта настоящая внутренняя свобода подменяется другими понятиями, ориентированными на изменение внешних условий или создание условий доминирования одной личности над другой.

По факту, изменение внешних условий не освобождает личность от гнетущих мыслей и неудовлетворённых состояний.

Сколько бы человек ни зарабатывал, кем бы ни управлял, где бы ни путешествовал, если он является рабом своего сознания и полностью отождествляет себя с навязываемыми умом мыслями, свободы ему не обрести и не добыть никакой ценой.

Исходя из опыта своей жизни могу сказать, что внутренняя свобода обретается не сразу, надо много работать над собой, пересматривать заложенные в сознании программы, которые мешают чувствовать внутренний источник любви и радости. Идти прямым путём.

Осознанный путь обретения свободы я начал через сознательное введение ограничений в своей жизни.

Начал с ограничения обдумывания негативных мыслей, исключения из речи деструктивных слов и слов-паразитов, продолжил ограничением питания, потребления благ цивилизации и ресурсов, умышленно выбирал условия жизни, где можно было укрепляться в духе, несмотря на внешние условия, сохранять внутреннее глубинное состояние радости. Такой образ жизни позволил поддерживать чувственное радостное состояние в большем диапазоне вариантов жизненных событий, выполняя любые виды действий, работ, взаимодействуя с различными людьми.

Открытием для меня оказалось то, что радость и чувство свободы не привязываются к внешним условиям. Они исходят изнутри.
Искал чувство свободы через путешествия, перемещение тела по разным странам. Освоил практику вольных путешествий автостопом.

Очень ценный и интересный опыт, который позволил не только бесплатно перемещаться на большие расстояния, но и взаимодействовать с людьми, участвовать во взаимном обмене приобретённым опытом. Всё это хорошо, только заметил, что путешествуя с котомкой по миру, своё духовное достояние нёс при себе.

И мысли, и заложенные программы, и внутреннее состояние. Менялись люди, декорации, города, страны, а ситуации оставались прежними. Убежать и скрыться от них не получалось.

То, что беспокоило и волновало, то продолжало волновать, а опыт и наработанное спокойствие позволяло сохранять непоколебимое чувство внутреннего источника радости, чувство связи с Богом.

Дальше пришло понимание, что чем меньше имею желаний и привязанностей к материальным объектам, тем большей свободой обладаю.

Ибо они, словно цепи, связывают по рукам и ногам и не позволяют чувствовать радость жизни, так как постоянно притягивают к себе внимание.

И вопрос стоит не в том, чтоб не пользоваться благами цивилизации, а в том, чтоб не привязываться к ним, а просто использовать их как инструмент, данный для достижения главной цели в жизни.

В книге Анастасии Новых «Сэнсэй-IV» сказано: «Настоящая свобода – это когда человек становится выше этого мира, выше материальных желаний, когда человек каждый день, каждый час проживает ради души, пополняя её сокровищницу добрыми делами, мыслями, помощью окружающим. Когда человек живёт не ради своего эгоизма и значимости, а ради других людей, во имя Бога».

Внутренняя свобода окрыляет, вдохновляет человека, делает человека бесстрашным, дарит неиссякаемый источник любви, которым человек, познавший это чувство, готов делиться со всеми стремящимися и ищущими. Ведь вместе познавать, радоваться жизни и идти вперёд интереснее и быстрее, так как опыт одного человека становится опытом каждого.

Источник: https://allatravesti.com/vnutrennyaya_svoboda

Свобода и психотерапия(Кочюнас Р.) Публикации на сайте экзистенциальной психологии

Можно назвать три глобальные темы, прикосновение к которым в психотерапии может исчерпать практически все разнообразие человеческих проблем и трудностей, с которыми люди обращаются к психотерапевтам.

Это — свобода, любовь и конечность нашей жизни. В этих наших глубочайших переживаниях кроется как огромный жизненный потенциал, так и неисчерпаемый источник тревоги и напряжения.

Здесь остановлюсь на одной из составляющих этой триады — теме свободы.

Наиболее позитивное определение свободы можно найти у S.Kierkegaard`a, который понимал свободу прежде всего как возможность (англ. рossibility). Последнее понятие происходит от латинского слова «posse» (мочь), который также составляет корень другого важного в этом контексте слова — «сила, мощь».

Значит, если человек свободный, он является могучим и могущим, т.е. обладаюшим силой. Как пишет R.May (1981), когда говорим о возможности в связи со свободой, прежде всего имеем в виду возможность хотеть, выбирать и действовать. Это все вместе означает возможность меняться, реализация которой и является целью психотерапии.

Именно свобода предоставляет необходимую силу для изменений.

Читайте также:  Негативный лидер - психология

В психотерапии тема свободы может звучать как минимум в двух основных аспектах.

Во-первых, как составляющая практически всех психологических трудностей, с которыми к нам приходят клиенты, потому что характер наших отношений с другими людьми, видения своего места и возможностей в жизненном пространстве зависит от конкретного (отнюдь не философского), индивидуального понимания свободы.

Субъективное понимание свободы особенно проявляется в тех жизненных ситуациях, где мы сталкиваемся с необходимостью выбирать.

Из выборов соткана ткань нашей жизни — выбора действий в элементарных ситуациях, выбора слов, чтобы ответить другому, выбора других людей и характера отношений с ними, выбора краткосрочных и долгосрочных жизненных целей, наконец, выбора ценностей, которые являются нашими духовными ориентирами в жизни. Насколько чувствуем себя свободными или ограниченными в таких повседневных ситуациях — от этого зависит качество складывающейся жизни.

Клиенты в психотерапию приносят не только собственное понимание вопроса свободы в своей жизни со всеми из этого понимания вытекающими последствиями. Понимание свободы клиентами непосредственно отражается в процессе психотерапии, оно окрашивает терапевтические отношения между терапевтом и клиентом.

Поэтому можно говорить о свободе клиента в терапевтическом контакте, характер построения которого со стороны клиента служит как бы уменьшенной моделью его трудностей.

С другой стороны, в психотерапии свобода клиента сталкивается со свободой терапевта, который обладает своим пониманием свободы и того, как ею распоряжаться в терапевтических встречах.

В терапевтических отношениях терапевт представляет жизненную реальность, внешний мир, и в этом смысле служит для клиента своеобразным резервуаром свободы, предоставляющим определенные возможности и налагающим определенные ограничения в контакте. Таким образом, тема свободы также является важной составляющей процесса становления и развития терапевтических отношений.

В данной статье остановимся лишь на первом из указанных аспектов темы свободы в психотерапии. Анализу вопроса свободы в контексте терапевтических отношений будет посвящена вторая часть данной статьи.

Свобода, являясь главной экзистенциальной ценностью, вместе с тем является источником многих наших жизненных трудностей и проблем. Суть многих из них заключается в разнообразии субъективных представлений о свободе.

Нередко люди, в том числе и некоторые наши клиенты, склонны думать, что по настоящему свободу мы можем пережить лишь в отсутствии каких-либо ограничений. Такое понимание свободы как «свободы от» (V.Frankl) можно назвать негативной свободой.

Наверное каждый когда-нибудь на своем опыте мог убедиться, что значит выбирать что-то свое и для себя, не учитывая такой же свободы выбора других людей (в том числе и свободы как-то относиться к моей свободе), не учитывая внутренних и внешних ограничений.

Вряд ли можно говорить о настоящей и конкретной человеческой свободе, а не абстрактной философской свободе, вне мира структуированных отношений и взаимных обязательств. Можно представить, что творилось бы на городских улицах, если все вдруг начали бы игнорировать правила дорожного движения.

Психотерапевт имеет возможность постоянно убеждаться, к чему приводят своеволие, анархистическое отношение клиентов к своим и чужым правам, к своей и чужой свободе.

Негативная свобода также приводит к переживанию изоляции и одиночества. Ведь известно — чем больше мы забираем свободы себе, не считаясь с реальной взаимосвязанностью с другими, тем меньше остается привязанностей и здоровой зависимости от других, значит — больше одиночества и опустошенности.

Для появления настоящей свободы в жизни необходимо принятие факта существования судьбы. Судьбой в этом случае, вслед за R.May`ем (1981), мы называем целостность ограничений: физических, социальных, психологических, морально-этических, которые можно также назвать «данностями» жизни.

Как говорил знаменитый датский экзистенциальный мыслитель S.Kierkegaard (1941; цит. по E.van Deurzen-Smith, 1997), «реальность является единством возможного и неизбежного».

Поэтому в психотерапии, когда думаем и говорим о свободе, имеем в виду ситуационную свободу, когда свобода каждого нашего выбора определяется возможностями и ограничениями, налагаемыми конкретной жизненной ситуацией. J.-P. Sartre (1956) это называл «фактичностью человеческой ситуации», M.

Heidegger (1962) — условием «заброшенности» человека в мир. Эти понятия отражают то, что наши возможности контроля над своей экзистенцией являются ограниченными, что некоторые вещи в нашей жизни являются предопределенными.

Прежде всего, само существование как пространство для жизнетворчества ограничено во времени. Жизнь конечна и для любых человеческих поступков и изменений существует лимит времени. Невозможно избежать социальных границ свободы, о чем писалось выше.

Ограниченно свободными нас делают и психологические особенности — свойства характера, меняющиеся эмоциональные состояния, индивидуальные особенности восприятия жизненных ситуаций, особенно трудных и сложных, и привычные способы действия в них. Наконец, будучи свободными, многое в жизни не позволяем сами себе, т.е.

наши возможности выбора действий определяются усвоенными ценностями, совестью.

Говоря словами Е.Gendlin`а (1965-1966), «…существует фактичность, ситуация и условия, на которые мы не можем махнуть рукой.

Мы можем преодолевать ситуации, их интерпретируя и действуя в них, но не можем их выбрать другими. Нет такой магической свободы, чтобы просто выбрать себя другими, чем мы есть.

Без трудных, много усилий требующих шагов мы не можем стать свободными от ограничений, наложенных на нас».

С другой стороны, любая жизненная ситуация обладает определенным количеством степеней свободы. Человеческая природа достаточно гибкая для того, чтобы, невзирая на всевозможные ограничивающие обстоятельства и условия, свободно выбирать свои способы действия в жизни.

Можно сказать, что свобода и означает постоянный выбор между альтернативами, и что еще важнее, создавание новых альтернатив, что исключительно важно в психотерапевтическом смысле. J.-P.

Sartre (1948) говорил весьма категорично: «Мы обречены на выбор… Не выбирать — это тоже выбор — отказаться от свободы и ответственности».

Люди, в том числе обращаюшиеся к психотерапевту, нередко путают открытые возможности и ограничивающую необходимость. Клиенты, недовольные своей работой или семейной жизнью, свою ситуацию нередко рассматривают как безысходную, непоправимую, ставя себя в позицию пассивной жертвы обстоятельств.

В действительности, они избегают выбора, а значит, свободы. Ведь когда встречаемся с всевозможными трудностями и кризисами в жизни, теряется способность чувствовать себя свободными в этих жизненных обстоятельствах — трудности нас просто придавливают.

Появляется закрытость от полного опасностей, ловушек внешнего мира, погружение в накаленный напряжением и тревогой внутренний мир — арена жизненного пространства, в котором принимаются решения и делаются выборы, сужается до минимальных пределов и наполняется людьми и обстоятельствами, которым остается лишь противостоять и таким образом выжить.

В связи с этим, одной из главных целей экзистенциальной терапии можно считать помощь клиенту в понимании, до каких пределов простирается его свобода менять что-то в настоящей жизненной ситуации, в чем его трудности не разрешимы в настоящее время, в чем он сам ограничивает себя, интерпретируя свою ситуацию как неразрешимую и ставя себя в положение жертвы. R.May (1981) целью всякой психотерапии называл стремление помочь клиенту освободиться от им самим созданных ограничений, обусловленностей, помогая увидеть способы бегства от себя путем блокирования своих возможностей в жизни и создания крайней зависимости от других людей, обстоятельств, своих представлений о них.

Таким образом, свободу в контексте психотерапии мы можем представить как сочетание возможностей и ограничений в конкретной жизненной ситуации для конкретного человека в настоящее время. Как отмечает E.

van Deurzen-Smith (1988), о свободе можем говорить настолько, насколько признаем или осознаем то, что невозможно, что необходимо и что возможно.

Это понимание помогает расширить видение своей жизни путем анализа возможностей и ограничений — как внешних, так и внутренних — в конкретной жизненной ситуации.

В психотерапии, как и в жизни в целом, осознавание своей свободы сопровождается переживанием тревоги. Как писал S.Kierkegaard (1980), «тревога является реальностью свободы — как потенциальность, предшедствующая материализации свободы».

Нередко люди приходят к психотерапевту с «внутри закованным рабом» и в прцессе психотерапии им предстоит «расти до свободы». Это вызывает сильную тревогу, как и появление любых новых, непривычных ощущений, переживаний, ситуаций, встреча с которыми несет в себе непредсказуемость последствий.

Поэтому многие клиенты психотерапии долго топчутся перед порогом желаемых психологических и жизненных изменений, не решаясь перешагнуть его. Любые изменения трудно представить без определенного внутреннего раскрепощения, освобождения.

Отсюда в психотерапевтической практике часто встречаемый парадокс — сосуществование в одном человеке осознания необходимости изменений и желания ничего не менять в приносяшей страдание, но устоявшейся, жизни.

Кстати, и после эффективной психотерапии клиенты нередко уходят с большей тревогой, чем пришли, но с качественно другой тревогой. Она становится источником остроты переживания течения времени, стимулирующим постоянное обновление жизни.

Переживание тревоги тесно связано с переживанием отчаяния. Это переживание мы считаем первым необходимым этапом подготовки к истинной свободе. В психотерапевтической практике мы часто можем наблюдать, что настоящая мотивация к терапевтическим, жизнеменяющим изменениям появляется лишь наряду с чувством безысходности, достижением некой границы страдания, т.е.

с переживанием отчаяния. Об этом кстати говорят Анонимные Алкоголики в своих наставлениях. Основная терапевтическая функция этого переживания — это устранение поверхностных, иллюзорных представлений о своей жизненной ситуации, о своей жизни в целом. Ограничения и с ними связанное переживание отчаяния необходимы для истинной свободы, так как свобода, по словам R.

May (1981), появляется лишь в наличии чего-то, ей противоположного. Согласно K. Jaspers (1951), «… границы рождают мою самость. Если моя свобода не сталкивается ни с какими границами, я превращаюсь в ничто. Благодаря ограничениям, я вытаскиваю себя из забвения и привожу в существование. Мир полон конфликтов и насилия, которые я должен принять.

Нас окружает несовершенство, неудачи, ошибки. Нам часто не везет, а если и везет, то только частично. Даже творя добро, я косвенно творю и зло, потому что то, что для одного хорошо, для другого может быть плохо. Все это я могу принять лишь принимая свою ограниченность».

Успешное преодоление преград, мешающих построению свободной и реалистичной жизни, и смирение с непреодолимыми преградами придают нам чувство личной силы и человеческого достоинства.

Вместе с тем, наряду с принятием неизбежных ограничений, со смирением с тем, чего не в силах изменить, в жизненном и психотерапевтическом смысле важным является и сопротивление ограничениям свободы.

Ведь понятие «свободы» часто находится рядом с понятиями «сопротивление», «бунт» — не в смысле разрушения, а в смысле сохранения человеческого духа и достоинства.

Это также можно назвать умением говорить «нет» и уважением к своему «нет».

Чаще всего, когда говорим о свободе, имеем в виду возможность выбирать способы действий в жизни, «свободу делания» (R.May). С психотерапевтической точки зрения исключительно важной является свобода, которую R.May (1981) называл «сущностной». Это свобода выбрать свою установку по отношению к чему-то или к кому-то.

Именно сущностная свобода является основой человеческого достоинства, так как сохраняется при любых ограничениях и зависит не столько от внешних обстоятельств, сколько от внутренней настроенности. Она прежде всего связана с умением увидеть парадоксальность окружающего нас мира и наших переживаний.

Большинство из наших сущностных переживаний — тревога, любовь, вина, рождение, становление и конечность во времени всего происходящего в жизни — никогда не являются проблемами, которые мы должны решать, а парадоксами, которые должны осознать и пережить. Как говорил французкий философ G.

Marsel, «жизнь — это не проблема, которую мы должны решать, а тайна, которую мы должны раскрыть». В психотерапии решение многих проблем должно расматриваться как приобретение более ясного, отчетливого видения в прцессе жизни скрытых парадоксов. Как писал R.

May (1981), принятие нормальной тревоги необходтмо для освобождения от невротической тревоги, принятие нормальности парадоксального переживания любви — ненависти, здоровья — болезни, жизни — смерти необходимо для освобождения от невротических аспектов многих наших в целом нормальных переживаний.

Но какой бы свободой не обладали мы, она никогда не яляется гарантией, а лишь шансом для осуществления своих жизненных планов. Это следует иметь в виду не только в жизни, но и в психотерапии, чтобы вместо одних иллюзий не создавать другие.

Вряд ли мы и наши клиенты когда-нибудь можем быть полностью уверены, что свободой пользуемся наилучшим образом, что тот или иной осуществляемый в жизни выбор является действительно правильным, даже если в данный момент он больше всего соответствует нашим потребностям.

В психотерапии важно предостерегать клиента от одномерного понимания свободы и жизненной истины. Любая истина всегда многомерна. Возможно, даже можно сказать, что наши жизненные истины являются лишь отправными точками для сомнений.

Реальная жизнь всегда богаче и противоречивее любых обобщенных истин, тем более полученных с помощью психотерапевтических манипуляций и технических приемов. Ведь любые наши истины чаще всего являются лишь одной из возможных интерпретаций жизненных ситуаций.

Поэтому и в психотерапии следует помогать клиенту принять некую условность им совершаемых выборов — их условную истинность относительно конкрeтного времени и конкретных жизненных обстоятельств. В этом состоит и условность нашей свободы.

Литература

  1. van Deurzen-Smith E. (1997) Everyday Mysteries: Existential Dimensions of Psychotherapy. London: Routledge.
  2. van Deurzen-Smith E. (1988) Existential Counseling in Practice. London: Sage.
  3. Gendlin E. (1965-1966) Experiential explication and truth.// Journal of Existentialism, 6, 131-146.
  4. Heidegger M. (1962) Being and Time. N.Y.: Harper and Row.
  5. Jasper К (1951) The Way to Wisdom. London: Routledge and Kegan Paul.
  6. Kierkegaard S. (1980) The Concept of Anxiety. Princeton: Princeton University Press.
  7. May R. (1981) Freedom and Destiny. N.Y.: Norton.
  8. Sartre J.-P. (1956) Being and Nothingness: An Essay on Phenomenological Ontology. N.Y.: Philosophical Library.
  9. Sartre J.-P. (1948) Existentialism and Humanism. London: Methuen.

Кочюнас Р.,

Источник: http://hpsy.ru/public/x743.htm

Ссылка на основную публикацию